АНГЛО-РУССКОЕ СОГЛАШЕНІЕ 1907 ГОДА. Во главѣ этого монашества стоять нѣсколько высшихъ духовныхъ лицъ; изъ нихъ наибольшую силу имѣетъ, такъ называемый, Далай-Лама. Рядомъ съ нимъ имѣется еще глава, почти такого же достоинства, а остальныя лица болѣе или менѣе незамѣтны. Духовенство разби­ вается на рядъ орденовъ, между собой почти независимыхъ, которые имѣютъ своеобразные уставы. Каждая изъ этихъ монастырскихъ группъ управляетъ какой нибудь областью. Нѣкоторые изслѣдователи называютъ форму правленія Тибета политической анархіей. Съ этимъ, конечно, трудно согласиться: ре­ зультаты анархіи были бы на лицо, а такихъ въ многостолѣтней исторіи Тибета никто не видѣлъ, да едва ли когда и увидитъ. Во всякомъ случаѣ, тотъ резидентъ, который, якобы, является предста­ вителемъ богдыхана, есть просто на просто чиновникъ, который на извѣстный періодъ времени прибываетъ въ Лхассу, откуда вѣдаетъ рѣшительно всѣмъ, чѣмъ можетъ вѣдать: дѣлами и серьез­ наго характера, и второстепеннаго. Къ нему идутъ и жены за разводомъ; къ нему идутъ и монахи, провинившіеся противъ статута; онъ же вѣдаетъ и судебными дѣлами разнаго порядка, разбирается въ государственныхъ дѣлахъ и т. д. Но едва ли правильно предпо­ лагать, что такого рода управленіе есть управленіе по существу. Страна живетъ по своимъ старымъ традиціямъ, управляется людьми, которымъ всѣ вѣрятъ и къ которымъ издавна привыкли, а къ резиденту относятся какъ къ человѣку пришлому, и къ нему добровольно прибѣгаютъ лишь тѣ люди, которые не вполнѣ удовлетворены мѣст­ ными инстанціями или мѣстными судами. Мирная жизнь Тибета, вѣроятно, долго бы протекала въ обыч­ ной для него безмятежности, если бы въ началѣ XVIII столѣтія на аренѣ Индіи не появилась Англія. Во всю половину XVIII и первую половину XIX столѣтія эта новая гостья имѣла слишкомъ много заботъ, чтобы обратиться въ сторону той страны, о которой я имѣлъ честь только что доложить. Но вотъ дѣла Индіи были окончены, все, что имѣло цѣнность, было прибрано къ рукамъ и Англія подошла, наконецъ, къ подножію Гималаи. Оттуда впервые, поднявъ взоръ вверхъ, она увидала, что подъ далекими небесами живетъ маленькая страна, на которую она не успѣла еще наложить свою жадную руку. На первый разъ это даже смутило ее. Одинъ вице-король, изъ очень нетерпѣливыхъ, снарядилъ тотчасъ же экспедицію, но эта экспе­ диція на первыхъ же порахъ потерпѣла фіаско. Оказалось, что ти­ бетцы уже успѣли, при всей простотѣ нравовъ и ограниченности своего политическаго кругозора, подмѣтить, что къ нимъ подошелъ врагъ, съ которымъ они должны серьезно считаться. Что предстояло дѣлать бѣдной и безсильной странѣ? Оружія нѣть, войска нѣтъ, силъ нѣтъ, денегъ также нѣтъ. Оставалось прибѣгнуть къ одному изъ способовъ, къ которому прибѣгаютъ слабые народы. Этотъ способъ—пассивное сопротивленіе. И тогда-то на зарѣ XIX столѣтія окончательно былъ выработанъ тотъ пріемъ, который можно назвать принципомъ недопущенія ни одного европейца на территорію Тибета. Много объ этомъ принципѣ говорилось, много даже написано него­ дующихъ статей въ англійской литературѣ; но если вдуматься и всмотрѣться въ вещи по человѣчески, то нужно согласиться, что 4 АНГЛО-РУССКОЕ СОГЛАШЕНІЕ 1907 ГОДА. 4. Политичесное положеніе Авганистана. Что изъ себя представляетъ Авганистанъ? Авганистанъ—горная страна, съ населеніемъ, по нѣкоторымъ разсчетамъ въ 5, по другимъ въ 6 милліоновъ душъ, разнороднаго состава, но съ болѣе компакт­ ной массой въ лицѣ авганскаго племени, наиболѣе воинственной и правящей частью населенія: авганцевъ насчитываютъ 2—3 милліонаИздавна Авганистанъ управлялся отдѣльными ханами, во главѣ кото­ рыхъ время отъ времени становился какой-либо честолюбецъ, который и удерживалъ верховную власть въ своемъ потомствѣ па болѣе или менѣе продолжительное время. Онъ считался первымъ между равными. Можетъ быть судьба Авганистана сложилась бы такъ, какъ ей и надлежало сложиться по нормальнымъ законамъ природы, если бы на лицо не оказалось одного обстоятельства, которое предупредило строго и деспотично всю его послѣдующую политическую судьбу. Авганистанъ, какъ это ясно видно на картѣ 1), заключаетъ въ себѣ кратчайшіе пути, пролегающіе между Россіей и Индіей, или, говоря точнѣе, чрезъ Авганистанъ пролегаютъ два операціонныхъ направле­ нія на Индію со стороны Россіи, наиболѣе удобныя и исторически извѣстныя. Этотъ фактъ, съ точки зрѣнія гражданскихъ людей, по­ жалуй, и маленькій, но съ точки зрѣнія военныхъ—колоссальный, предопредѣлилъ дальнѣйшую судьбу Авганистана и привелъ его къ тому положенію, въ которомъ онъ теперь находится. Англія уже съ первыхъ шаговъ, какъ только она появилась въ Средней Азіи, стала безпокоиться объ Авганистанѣ. Еще ничего не было слышно о прибли­ женіи Россіи, еще она была далеко у Уральскаго хребта, когда въ политической литературѣ Англіи уже стали мелькать статьи, касавшіяся тогда никому неизвѣстной страны. Но съ начала XIX столѣтія, когда былъ опубликованъ Наполеономъ извѣстный планъ движенія на Индію, второй изъ его крупныхъ плановъ, который предполагалъ наступленіе отъ береговъ Каспійскаго моря чрезъ восточную Персію на Авганистанъ, значеніе послѣдняго, какъ территоріи, замыкающей пути, грозные для судебъ Индіи, стало для англичанъ совершенно ясно. Съ тѣхъ поръ, двѣ, державы — Россія, можетъ быть, путемъ безсознательнаго влеченія, Англія по системѣ—стараются перехватить эту территорію въ свою пользу на случай того соперничества, о ко­ торомъ въ Европѣ чаще говорится, какъ о легендѣ, но о которомъ говорятъ въ Средней Азіи совершенно убѣжденно. Со стороны Англіи въ данномъ случаѣ обнаружилось систе­ матическое желаніе всѣми мѣрами, какими только она располагала, взять Авганистанъ въ свои руки. Сначала послѣдовалъ рядъ политическихъ посольствъ. Такъ какъ они не приводили къ цѣли, то „были созданы“, — я говорю умышленно „были созданы“, — 1) См. карту, приложенную въ 3-й книжкѣ журнала за 1907 годъ къ статьѣ А. Андогскаго: «Военно-географическое изслѣдованіе Авганистана, какъ раіона на­ ступ. операцій русской арміи». 6 АНГЛО-РУССКОВ СОГЛАШЕНІЕ 1907 ГОДА. вліяніемъ Англіи, и что переходить эту рѣчку нельзя ни въ коемъ случаѣ. И вотъ, человѣку, являющемуся собственникомъ земли, кото­ рой владѣли его предки, быть можетъ, много столѣтій, приходится прибѣгать для воздѣлыванія своей крошечной нивы къ такому спо­ собу: ночью, вбродъ или вплавь, онъ пускается черезъ рѣченку, вспахиваетъ свой клочекъ земли и къ разсвѣту, какъ воръ, возвра­ щается назадъ. Онъ ждетъ поры, когда созрѣетъ нива, тогда опять украдкой онъ переплываетъ рѣчку, если случится большая вода, или же переходитъ ее вбродъ; жнетъ хлѣбъ и опять таки, какъ воръ, возвращается къ себѣ на другую сторону. Видите, что создала политика, главнымъ образомъ, англійская, и какъ она была безжалостна въ отношеніи этихъ маленькихъ народцевъ. Были случаи еще болѣе жестокіе: разъ, въ качествѣ начальника Памирскаго отряда, я получилъ извѣстіе, что бадахшанецъ, т. е. жи­ тель по ту сторону рѣки, обвиняется начальникомъ Файзабада, глав­ наго города Бадахшана, въ томъ, что онъ начальнику отряда, т. е. мнѣ. доноситъ какія то секретныя свѣдѣнія. Этого человѣка я ни­ когда и въ глаза не видалъ и никакихъ секретныхъ свѣдѣній отъ него не получалъ. Я пишу биргиту (начальнику Файзабада) письмо, въ которомъ высказываю самое рѣшительное завѣреніе, что приве­ деннаго случая измѣны никогда не было, что на человѣка взводятъ напраслину... моя просьба не возымѣла никакого дѣйствія. Оттого ли, что не повѣрили мнѣ или у несчастнаго были вліятельные недобро­ желатели, сказать не могу, но только черезъ нѣсколько дней до меня дошелъ слухъ, что мнимаго лазутчика распяли на площади Файза­ бада. Будь иныя отношенія, я могъ бы спасти его, но въ данномъ случаѣ я былъ безсиленъ: небольшая рѣчка надежно уединяла меня отъ кровавой сцены. Какъ потомъ выяснилось, одинъ изъ жителей нашего берега поссорился съ бадахшанцемъ на какой то любовной почвѣ, донесъ на него, представилъ лжесвидѣтелей и въ результатѣ разыгралась та ужасная казнь, о которой я потомъ получилъ извѣстіе. Я не буду продолжать приводить примѣры. Достаточно этихъ небольшихъ для того, чтобы доказать, насколько Авганистанъ, до самыхъ мелочей, былъ уединенъ отъ Россіи. Цѣль Англіи въ этомъ отношеніи была блистательно выполнена. Такимъ образомъ положеніе Авганистана, незадолго передъ тѣмъ, какъ состоялось англо-русское соглашеніе, было слѣдующее: эта страна номинально или оффиціально была самостоятельной: она управлялась Эмиромъ на правахъ независимаго властителя, но по существу находилась въ полной власти Англіи, и притомъ въ столь полной степени, что въ послѣдніе годы изъ прежняго буфера Англія стала подготовлять въ лицѣ Авганистана уже передовой театръ на случай столкновенія съ Россіей въ Средней Азіи. Что касается Россіи, то она, придвинувъ свою границу къ Авганистану на 20—30 лѣтъ раньше Англіи, первая начавъ сношенія съ нимъ въ концѣ 20-хъ годовъ и притомъ очень успѣшно, имѣя съ Авганистаномъ границу болѣе чѣмъ въ 2000 верстъ, должна была смотрѣть на эту страну, какъ на совершенно запретную для себя, съ которой она не имѣла права входить даже въ какое-либо частное сношеніе. 8