k\4\\\v^\S\\s\\w^ Печатано по постановленію Западно-Сибирскаго Отдѣла И м п е р а т о р с к а г о Русскаго Географическаго Общества. Сч\Ч\\\Ч\\' 4 Январь — 12° ;1 Апрѣль-|-10,з° 1 ІЮЛЬ + 2 0 , 9 ° ) Октябрь +2,4° 1 6,з° ; Август.+16,з° !> Ноябрь — 6,3° Февраль— 9° ? Май Мартъ +1,5° < ІЮНЬ +21,2° іj Сентяб.+] 1,7° ,j Декабрь-- 1 0 , 8 ° Если сопоставить эти данныя съ таковыми же для Омска, сред­ няя годовая температура котораго=—0,2°, то окажется, что только августъ въ Омскѣ нѣсколько теплѣе, или почти таковъ же, какъ въ Семипалатинск, всѣ же остальные мѣсяды въ Семипалатинскѣ зна­ чительно теплѣй, причемъ особенно отличаются температуры зим­ нихъ и весеннихъ мѣсяцевъ. Весна въ Семипалатинск гораздо теплѣе омской, хотя выпадаютъ и рѣзко холодные дни: средняя декабря въ Омскѣ—18°; января—20,9°; февраля— 17,9°; марта— 10,4°; апрѣля— 0,6,°; мая-]-10,5°. Рѣка Иртышъ въ Семипалатинск покры­ вается льдомъ, въ среднемъ, 23-го октября и вскрывается 6-го апрѣля. Санный путь устанавливается въ началѣ ноября, прекращается въ началѣ марта. Въ богатой содержаніемъ, разносторонней статьѣ Абрамова, о временахъ года въ Семипалатинск говорится слѣдующее. Весна начинается въ первыхъ числахъ марта. Холмы Семейтау начинаютъ пестрѣть бѣлымъ и синеватымъ отливами; около 10 числа они представляются уже въ сплошной синевѣ. Около 25 числа тепло иногда доходитъ вполдень д о + 2 0 ° . Въ первыхъ числахъ апрѣля, иногда и гораздо ранѣе, падаютъ первые дожди. На мѣстахъ сыроватыхъ и болѣе подверженныхъ дѣйствію солнечныхъ лучей появляется зелень. Около 20 числа луга пестрѣютъ цвѣтами, листъ на березѣ распускается, черемуха цвѣтетъ. Въ первой подовинѣ мая утренника бываютъ холодные, береза, тополь, рябина и боярышникъ совершенно одѣты листомъ, во второй половинѣ—шиповникъ и акація уже въ двѣту (въ Омскѣ шиповникъ разцвѣтаетъ къ половинѣ іюня, акадія—къ 20 мая). Въ первой половинѣ іюня начинаютъ понемногу косить траву на лугахъ, а около 15 поспѣваютъ огурцы и земляника; въ 20-хъ числахъ поспѣваетъ клубни­ ка (въ О м скѣ -въ началѣ, а особенно къ 10-му іюля). Въ первой половинѣ іюля поспѣваютъ арбузы и дыни, которыми особенно сла­ вится Семипалатинскъ, и ростъ ихъ продолжается до послѣднихъ чиселъ августа. Со второй половины ійля начинается общій сѣнокосъ, а потомъ жатва хлѣбовъ. Въ августѣ поспѣваютъ морковь, картофель, свекла, частью капуста; въ концѣ улетаютъ ласточки и желтѣетъ листъ на деревьяхъ (въ Омскѣ—раньше). Въ сѳнтябрѣ настаютъ холодныя ночи, падаютъ инеи, сохнетъ трава (авторъ, 6 зываетъ полынь, лебеду, дурманъ, дикую коноплю, бѣлѳну, причемъ о коноплѣ прибавляетъ: около Семипалатинска конопля растетъ къ бору, въ разныхъ мѣстахъ, и осталась, вѣроятно, отъ древнихъ народовъ, потому что здѣшніе жители никогда не сѣяди и не сѣютъ конопли. Изъ кормовыхъ травъ указаны: „кипецъ (Stipa), аржанецъ,. вязель, трилистникъ, лабазникъ, полынь (джусанъ), вострецъ (сіякъ) — кустами, а на старыхъ пашняхъ въ бору на сырыхъ мѣстахъ и частью на лугу—желтикъ (чжунъ-урчка), считающійся питательнѣелуговой вязели, такъ что возъ желтика равняется двумъ возамъ другого лугового сѣна“. Г. Катанаевъ, въ цитированной выше статьѣ, говоритъ, что „желтикъ“—раетеніе изъ сем. стручковыхъ (стран. 12-я). ІІо С л о в ц о в у („Фитоірафич. описиніе Тюменскаго округа стран. .108), желтикомъ у насъ по Иртышу называется дикая лю­ церна, Medicago falcata L., одна изъ типичнѣйшихъ степныхъ травъ. Слѣдовательно, вмѣсто „стручковыхъ“ (Cruciferae) нужно читать бобовыхъ (Papilionaceae). Medicago falcata L.—прибавляетъ И. Я. Словцо въ—считается очень хорошей кормовою травой и называется иногда шведскимъ сѣномъ, а также нѣмецкою люцерной. Разсмотриыъ теперь, одну за другой, картины растительности города и его окрестностей, держась слѣдующаго порядка: 1) обще­ ственный садъ и улицы; 2) степь между городомъ и дюнами; 3) дюны; 4) степь лѣвой стороны Иртыша; 5) низины и острова рѣки. 1. Небольшой, но довольно благоустроенный общественный садъ,, разбитый въ лучшей, центральной, части города Семипалатинска, съ его свѣжей зеленью, фонтанами и бесѣдками, производить на заѣзжаго человѣка впечатлѣніе тѣмъ болѣе пріятное, что городъ вообще крайнебѣденъ садами. Преобладающими, деревцомъ является здѣсь мелко­ листный вязъ—карагачъ, въ меныпинствѣ—довольно жидкія и не высокія березки; много кустарниковъ, особенно дикаго шиповника и татарской жимолости; есть и акаціяг, Caragana arborescens Lam. Садъ не даетъ тѣни. Аллеи и площадки песчаныя. Орошеніе искус­ ственное. Сорными травами являются нѣкоторыя лебедовыя (Salsola, Chenopodium), Amaranthus retroflexus, гречка Polygonum aviculare, часто Medicago falcata, много Elymus, съ весьма толстою соломи­ ной и крупнымъ колосомъ, но низкаго; не рѣдки Malva borealis и, Convolvulus arvensis, опутывающій кусты и увѣшивающій ихъ бѣлорозовыми вороночками; какъ сорная трава, этотъ видъ выонка. 8 лыхъ буграхъ ея кромѣ песка буквально ничего не встрѣтишь. Не­ посредственно за послѣдними строеніями города, вокругъ загороди для скота, раввина съ песчаной почвою, на болыпомъ пространствѣ частью вытоптанная, частью заваленная навозомъ, представ­ ляется мѣстами совершенно голою, мѣетами одѣтою обширными за­ рослями лебедовыхъ, Chenopodeae, между которыми особенно обра­ щ аете на себя вниманіе одинъ видъ мари съ блестящею, какъ бы клейкою, сѣроватою лопастною листвой и лежачими стеблями, мною, къ сожалѣнію, не опредѣленный. Далѣе, до самыхъ дюнъ на горизонтѣ, съ ихъ тополями и сосенками, видишь слегка волнистую об­ ширную равнину, съ солонцеватыми впадинами и буграми, кото­ рые по ыѣрѣ приближения къ дюнамъ становятся все выше и выше. Общій фонъ равнины тусклый, сѣроватозеленый; бугры слабо по­ крытые зеленью или вовсе голые представляются желтоватыми, какъ и дюны. Многія обширныя впадины издали кажутся темнобурыми: это-заросли кустарнаго таволожника Spiraea hypericifolia Lam., въ которыхъ какъ примѣсь попадаются довольно высокіе колючіе кусты среднеазіатскаго Halimodendron argenteum, впервые по Иртышу замѣченнаго мною около пос. Грачей, верстъ за 7 до этого селенія, лежащаго между станицами Семіярской и Долонской1). Другихъ колючихъ растеній кромѣ еще Ceratocarpus arenarius и Cirsium esculentum, на этой равнинѣ я не встрѣтилъ. Преобладающими растеніями являются здѣсь нѣкоторьте видга полыни и лебедовыя, а также подорожникъ, Plantago maritima, сплошными массами одѣвающій поверхность солонцеватыхъ пониженій. Повышенные уча­ стки поверхности одѣты зеленью вообще гораздо скуднѣй, чѣмъ уг­ лубления, если только послѣднія не слишкомъ занесены пескомъ. Мѣстами рѣзко выдѣляются клумбы высокихъ злаковъ, особенно колосника, Elymus. Изъ сорныхъ травъ здѣсь обыкновенны Хапthium, Amaranthus, Artemisia Absinthium, Setaria viridis, Polygonum aviculare; встрѣчаются въ небольшомъ количествѣ также Sisymbrium Sophia, Crepis tectorum, Berteroa (Farsetia) incana; послѣдняго боль­ ше. Въ нѣкоторыхъ сырыхъ впадинахъ весьма обиленъ низенькій одуванчикъ, Taraxacum officinale, спутникъ Plantago maritima и колючаго Cirsium; въ другихъ подобныхъ же впадинахъ массы Plantago major и Potentilla anserina; мѣстами очень много призеJ) Этотъ кустарникъ называли мнѣ каракараганомъ; попадался онъ семей­ ками на тощихъ открытыхъ глшшстыхъ берегахъ.