ДВИЖЕНІЕ И БОЙ ночью. Военная бесѣда въ 145 пѣх. Новочеркасскомъ Его Величества полку. СЪ ПЛАНАМИ. СОСТАВИЛЪ подполковникъ В. И. СЕЛИВАНОВЪ. С.-Псінсрбургъ, Колокольная, собственный домъ. №14 1889. А. Ночныя движенія. Цѣль ночныхъ движеній. Ночныя движенія предпри­ нимаются : во первыхъ — съ цѣлью ускорить маршъ, во вто­ рыхъ — съ цѣлью скрыть его: въ этомъ случаѣ они являются мѣрой обезпеченія успѣха какого-либо важнаго маневра войскъ или нечаяннаго нападенія и, въ третьихъ, наконецъ, ночныя движенія вызываются необходимостью избѣжать губительнаго дѣйствія современнаго огнестрѣльнаго оружія. Въ послѣдней кампаніи нашей въ Турціи мы встрѣчаемъ разнообразные случаи примѣненія ночнаго движенія: такъ части 9-го корпуса, спѣша къ Никополю, а 14-я пѣх. дивизія и 4-я стрѣлковая бригада —на Шипку — для ускоренія марша двигаются не только днемъ, но и ночью. На переправу у Систова войска двигались также ночью, но уже съ цѣлью скрытъ начало переправы. Постановка ночью батарей подъ Ловчею и ночное движеніе для занятія 2-го и 3-го гребней Зеленыхъ Высотъ подъ Плев­ ной вызывались желаніемъ избавиться отъ громадныхъ потерь, неизбѣжныхъ съ дневными операціями въ сферѣ современнаго огня. Неудобства ночныхъ движеній. Ночь — время от­ дыха и этого правила не слѣдуетъ нарушать неразсчетливо; нужно помнить, что. если ночныя движенія, съ одной стороны, оказываютъ иногда громадную услугу, то, съ другой стороны, имѣютъ и большія неудобства. При ночныхъ дѣйствіяхъ войскамъ трудно оріентироваться, они не имѣютъ возможности оцѣнить обстановку при сильной темнотѣ: дѣйствуютъ ощупью, идутъ медленно, причемъ сильно крыли огонь въ то время, когда французскія колонны порав­ нялись съ ними, а затѣмъ скрылись вновь въ глубину оврага.— Огонь немедленно распространился по французскимъ войскамъ. Колонны остановились, и продолжали стрѣлять другъ противъ друга до утра. Обѣ колонны понесли большія потери. Въ минувшую нашу кампанію мы также встрѣчаемъ случай подобный предъидущимъ и показывающій всю рискованность ночныхъ движеній па пересѣченной и мало изслѣдованной мѣст­ ности. , Шипка — 14-го августа 1887 года. 14 августа было послѣднимъ, 6-мъ днемъ, отчаянныхъ усилій Сулеймана про­ рваться черезъ Шипкинскую позицію. Въ этотъ день бой за Лѣсную гору на нашемъ правомъ флангѣ съ перемѣннымъ счастіемъ продолжался до четырехъ часовъ по полудни. Въ четыре часа непріятель овладѣлъ Лѣсной, но далѣе, не смотря на всѣ усилія, не могъ податься, удерживаемый всякій разъ огнемъ картечныхъ гранатъ. Бой, повидимому, кончился. Обѣ стороны, истомленныя ежедневной, безпрерывной пальбой, ка­ залось, проведутъ ночь спокойно. Однако еще вечеромъ, позвавъ къ себѣ командира цен­ тральной батареи, начальникъ праваго фланга позиціи полков­ никъ Липинскій приказалъ быть на сторожѣ, такъ какъ у турокъ замѣтно было движеніе войскъ по южному скату Лѣсной горы къ Волынской горкѣ. Мы приготовились къ встрѣчѣ. Между тѣмъ турецкіе та­ боры, бродя по скату горы, перелѣзая массу сваленныхъ и въ безпорядкѣ разбросанныхъ деревьевъ, вышли, спутавшись, на свои-же ложементы. Часу въ двѣнадцатомъ ночи раздался выстрѣлъ, другой, и затѣмъ вся Лѣсная освѣтилась какъ бы непрерывнымъ рядомъ газовыхъ рожковъ. Предполагая, что непріятель двинулся въ атаку на нашу Волынскую горку и, желая удержать его, центральная батарея дала четыре вы­ стрѣла картечной гранатой по Лѣсной. Это окончательно укрѣпило защитниковъ Лѣсной въ убѣжденіи, что они атако- каетъ по небу, громъ грохочетъ, пугая еще болѣе и безъ того трясущагося коня, на ушахъ котораго горятъ огоньки. Время не терпитъ, а между тѣмъ приходится пробираться чуть не ощупью, руководствуясь прежде всего инстинктомъ, такъ какъ мгновенное освѣщеніе молніей, ослѣпляя, не особенно благопріятствуетъ оріентированію. Кромѣ насъ двухъ, кажется, нѣтъ живаго существа во всей равнинѣ; по вдругъ раздается испуганный окликъ подъ самымъ носомъ лошади:— Ой, кто ѣдетъ, стой!» — «Офи­ церъ». — Что пропускъ? — «Погонъ». — Погонъ — проѣзжай! Формальности кончились, но начинается не менее инте­ ресный не формальный разговоръ: «Отчего ты раньше не окликнулъ! — Ваше Благородіе, ни зги не видно!— Вѣрно, а ухо на что ?» — Ваше Благородіе, только какъ лошадь мордой ткнула — замѣтилъ: не слыхать ничего! Замѣчаніе вѣрное, потому что по намокшей пашнѣ лошадь движется беззвучно, а паше вооруженіе пригнано по казачьи, слѣдова­ тельно не бряпчитъ.—"А башлыкъ на головѣ?»—Никакъ нѣтъ-съ. На головѣ или нѣтъ—провѣрить нельзя, ничего не видно, а пока его во мракѣ нащупаешь, онъ всегда успѣетъ снять.—«Ну, смотри въ оба! Вѣдь будь я турка, снесъ-бы я тебѣ голову! Гдѣ кавалерійская застава? Но указанію перепуганнаго часоваго пѣхотной цѣпи на­ чинается опять путешествіе ощупью. Вотъ въ сторонѣ что-то послышалось. Своимъ пяти чувствамъ не довѣряешь, а пола­ гаешься только на казака, по поводъ инстинктивно натяги­ вается.— -Марковъ, слышишь?»—Слышу.—«Кажется лошади ?» Точно такъ, должно быть застава. Ѣдемъ на слухъ;—дѣйстви­ тельно, оказываются драгуны. Но недостатку кавалерія аван­ посты ставились смѣшанными: цѣпь состояла изъ казаковъ, а застава и главный караулъ изъ драгунъ. Послѣ неминуемыхъ формальностей, требую офицера. При блескѣ молніи черная фигура въ буркѣ поднимается и подходитъ ко мнѣ, тяжело шлепая по топкой пахотѣ.