184 А , БРЕмъ. пасть въ слѣдъ проѣхавшихъ раньше лошадей, но без престанно проваливались по брюхо въ мокрый снѣгъ или обледенѣлую воду. А за ними, покрякивая во всѣхъ швахъ на уxабахъ, подпрыгивала наша кибитка, иногда проваливаясь въ яму, из которой по цѣлымъ часамъ не могли ее вытащить выбивающаяся изъ силъ лошади. Жа лобно позвякиваетъ колокольчикъ, тщетно кричитъ, по нукаеть, ругается и стегаетъ лошадей ямщикъ; только съ посторонней помощью мы выбираемся изъ ямы и продол жаемъ путь . Мучительно тянутся часы ; дорога кажется вчетверо или впятеро длиннѣе , чѣмъ она есть на самомъ дѣлѣ. Смо трѣть по сторонамъ изъ кибитки почти не стоитъ труда , потому что кругомъ разстилается пустынная, некрасивая равнина . Только въ деревняхъ можно найти что -нибудь интересное, но и то лишь тому , кто любить и привыкъ наблюдать. Зима еще удерживаетъ весь деревенскій людъ по избамъ, красиво построеннымъ, но плохо содержимымъ; только маленькіе мальчуганы , одѣтые въ тулупы , шле паютъ босикомъ по мокрому снѣгу и лужамъ, черезъ ко торыя болѣе взрослые мальчики и дѣвочки перебираются на ходуляхъ, да вокругъ почтовыхъ станцій и постоя лыхъ дворовъ праздно щатаются нищіе, но какіе нищіе ! Такіе, отъ которыхъ любой художникъ пришелъ бы въ такой же неистовый восторгь, какъ и я самъ. Когда , прося милостыню , они снимали шапку , то ихъ почтен ная лысина , ихъ длинная бѣлая борода , грязь и отренья , покрывавшая ихъ тѣло, дѣлали ихъ такимъ живымъ оли цетвореніемъ отрeкшихся отъ міра подвижниковъ, что я нарочно подавалъ имъ милостыню, чтобы только увидѣть это широкое проекратное, а иногда и девятикратное крестное знаменіе , которымъ они осѣняли себя . такое выразительное , такое проникновенное, какимъ могли осѣ нить себя только истинные христіане. Въ поляхъ и лѣсахъ, гдѣ зима еще слишкомъ даетъ себя знать, кромѣ сѣрой вороны да овсянки , мы не встрѣчали почти ни одной птицы ; въ деревняхъ же насъ привѣтствовали, по крайней мѣрѣ, очаровательныя талки, лучшее украшеніе деревенскихъ крышь, черные вороны , сороки и другія птицы , не говоря уже о домаш нихъ животныхъ, изъ которыхъ больше всего бросались въ глаза бродящая на свободѣ свиньи . А. БРЕМъ. 186 отдѣляющій Европу отъ Азіи. Путь пролегаетъ черезъ отлогія, невысокія, но постепенно идущія вверхъ, тряды холмовъ. Характеръ мѣстности измѣняется ; глазъ встрѣ чаетъ если и не грандіозныя, то, во всякомъ случаѣ, хорошенькія горныя картинки. Небольшая рощицы, поля и луга напоминаютъ предгорья Штейермаркскихъ Альпъ. Рощи состоять то изъ низкорослыхъ сосень, то изъ березъ, то изъ березъ и сосень вперемежку съ ли пами , осинами, черными и серебристыми тополями, надъ круглыми маковками которыхъ возвышаются несравнен ныя, кипарисообразныя вершины пихты или сибирской ели. Деревни становятся больше, избы лучше всѣхъ видѣнныхъ нами раньше, но дороги скверны, невообра зимо скверны . Послѣ трехдневнаго тяжелаго пути , мы достигаемъ, наконецъ, водораздѣла двухъ большихъ рѣкъ, 2 Волги и Оби, и по пограничному каменному столбу, на одной сторонѣ котораго стоитъ „ Европа “, на другойн „ Азія “, мы узнаемъ, что переступили черту нашей родной страны Свѣта ! Подъ звонъ стакановъ мы вспоминаемъ объ отсутствующихъ близкихъ... Мы не можемъ остановиться надолго въ привѣтливомъ, гостеприимномъ Екатеринбург , съ его золотоплавильными заводами и гранильными фабриками ; ибо весна все мо гучѣе и громче заявляетъ своемъ приближеніи , все рыхлѣе и мягче становится ледь на рѣкахъ, который долженъ служить намъ мостами до самаго далекаго Ом ска . Не останавливаясь, спѣшимъ мы дальше, по равни намъ азіатской части Пермской губерніи, пока не дости гаемъ ея границы , а съ нею вмѣстѣ и границы Западной Сибири . Здѣсь, на первой же почтовой станции , насъ привѣт ствуетъ отъ имени губернатора тюменскій уѣздный началь никъ, готовый сопровождать насъ по своему уѣзду. Въ Тюмени мы нашли приготовленный къ нашему пріѣзду домъ одного изъ богатыхъ обывателей города и тутъ узнали еще ближе, что значить настоящее русское госте приимство. И до сихъ поръ насъ вездѣ принимали съ ве личайшимъ радушіемъ; но, начиная отъ Тюмени, всѣ высшіе сановники округа или губерніи заботятся о насъ, знатнѣйшіе дома гостеприимно открываютъ передъ нами свои двери . Насъ встрѣчаютъ, какъ принцевъ крови , един ственно благодаря тому, что мы преслѣдуемъ научныя 188 А. БРЕМъ. гу Иртыша, по направленію къ Семипалатинску . Еще ранѣе , между Ялуторовскомъ и Омскомъ, намъ пришлось пересѣчь степь - Ишимскую; теперь же степь охватывала насъ со всѣхъ сторонъ, и каждую ночь поднималось къ небу красное зарево пожара отъ опаливаемыхъ прошло годнихъ травъ. Вдоль по Иртышу летѣли уже къ сѣверу перелетныя птицы , вслѣдъ за идущимъ по рѣкѣ льдомъ; водяныя птицы массами покрывали стенныя озера ; раз личныя породы жаворонковъ большими стаями вились близъ дороги ; красивые степные соколы уже успѣли воз вратиться на свое лѣтнее мѣстопребываніе - словомъ, весна стала совершившимся фактомъ. Въ Семипалатинскѣ мы имѣли счастье найти , въ лицѣ просвѣщеннаго начальника области , горячаго ревнителя нашихъ научныхъ цѣлей, авъ лицѣ его супруги - радуш ную, любезную хозяйку. Не довольствуясь гостеприим ством , оказаннымъ намъ въ Семипалатинскѣ, генералъ пожелалъ познакомить насъ съ главною составною частью населения своей области - киргизами , и устроилъ съ этою цѣлью грандіозную охоту на архаровъ или дикихъ бара новъ, вдвое превосходящихъ величиною нашихъ домаш нихъ овецъ . Мы отправились на охоту з мая; переѣхали черезъ Иртышъ и по Ташкентской почтовой дорогѣ направились въ киргизскую степь. Послѣ шестнадцати часовъ ѣзды, мы достигли гористой мѣстности , въ которой предполагалась охота , и гдѣ, въ честь насъ, былъ разбить цѣлый киргиз скій аулъ. Здѣсь насъ любезно встрѣтила выѣхавшая уже наканунѣ супруга генерала, и радушно привѣтствовали десятка два киргизскихъ хановъ и старшинъ, со своею многочисленною свитой . Величайшее оживленіе царило въ Аркатскихъ горахъ въ три послѣдующіе дня. Для киргизовъ, какъ и для насъ, наступилъ праздникъ, Горы и равнина звенѣли подъ копытами лошадей принимавшихъ участіе въ охот восьмидесяти всадниковъ; солнце весело лило свой свѣтъ на пестрыя одежды киргизовъ, шумная жизнь кипѣла въ горахъ и ущельяхъ. Когда - то грозные хищники, а теперь самые мирные, вѣрные и довольные своею судьбою под данные Россійскаго государства , киргизы явились со своими лучшими скакунами , цѣнными иноходцами, борзыми соба ками, верблюдами, импровизаторами- музыкантами, кулач 190 А. БРЕмъ, 2 всѣми остальными, такъ счастье возвысило его надъ дру гими; ибо онъ, вѣрно прицѣлившись, попалъ въ архара двумя пулями и привезъ его въ юрту. Всѣмъ охотникамъ хотѣлось имѣть удачу, но только одного желание исполнилось, на радость намъ, на радость и тебѣ, о высокая госпожа, къ которой я теперь по веду рѣчь. „ Всѣ мы въ великой радости, что можемъ привѣтство вать среди насъ не только мужчинъ, но и тебя ; всѣ мы желаемъ тебѣ счастья, благополучия и тысячу лѣтъ здрав ствовать. 2 п 1 Соблаговоли принять нашъ привѣтъ! Хоть ты , можетъ быть, видѣла много людей получше насъ, но никто искрен нѣе насъ не привѣтствовалъ тебя. „ Да благословить тебя Богъ, домъ твой и дѣтей тво ихъ. Я не нахожу достаточныхъ словъ, чтобъ восхвалить тебя ; но мой языкъ данъ мнѣ Богомъ, и онъ говорилъ, мой красный язык , то, что лежало у меня на сердцѣ “. Мы покинули Аркатскiя горы , и тут же на мѣстѣ охоты простились съ нашимъ гостеприимнымъ хозяиномъ. Въ Сергіополѣ , первомъ городѣ Туркестанскаго края , мы снова были привѣтствуемы уже отъ имени генералъ губернатора этой области, и продолжали путь , въ провождении даннаго намъ отряда казаковъ. Киргизскіе начальники выставляли намъ по пути почетные конвои и лошадей, которыя, вѣроятно, никогда еще не бывали въ упряжи, и потому, вначалѣ, какъ бѣшеныя, мчали наши тяжелые экипажи. Киргизскіе ханы оказывали намъ гостеприимство , заботились о нашемъ ночлегѣ и продо вольствій , и выставляли юрты на всѣхъ мѣстахъ, гдѣ мы желали остановиться на отдыхъ; киргизы ловили намъ для коллекции змѣй и другихъ пресмыкающихся, заки дывали для тѣхъ же коллекцій сѣти въ степныя озера и сопровождали насъ въ нашихъ охотничьихъ экскурсіяхъ, точно вѣрные псы . Такимъ образомъ, миновали мы сiяю Іщую полнымъ весеннимъ нарядомъ степь, останавливались для охоты и сбора коллекцій на Алакулѣ или „ пестромъ озерѣ“ , проѣзжали черезь цвѣтущія долины и улыбаю щаяся и величественныя горы Алатау - райскія мѣстно сти , текущія млекомъ и медомъ, -взлѣзали на высокія 2 торы , любовались гремящими горными ручьями , зелеными альпiйскими озерами , чудными далями и, наконецъ, по