А К АДЕ МИ Я Н А 'У К с с с р ТРУДЫ ФО.ЛЬКJ\ОРВОЙ СЕщрш ИНСТИТУТА АНТРОПО.Лоrии ,И ЗТВОГРАФВR СОВЕТСКИЙ ФОЛЬКЛОР СТАТЬИ И МАТЕРИАЛЫ ВЫПУСК ПЕРВЫЙ ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ ЛЕНИНГРАД 1934 НАУК СССР К сожалению, еще много трудностей и до сих пор стоит на путях: освобождения туркменки. Туркменская женщина так мало развита, что, пойти открыто против "адата ,о ей стоит иногда больших усилий. Доста­ точно сказать, что процент грамотности среди женского населения аулов до недавнего прошлого был совсем ничтожен, и это обстоятельство делает окончательное раскрепощение туркменской женщины тельным. Предстоит еще долгая и упорная борьба. крайне затрудни­ Но сдвиг уже сделан. Даже туркменки кочевницы начинают понимать, что прежнее их положение­ изменилось. Мне в Ашхабаде рассказывали о некоторых выбранных на. съезд делегатках, которые, несмотря на уговоры родных об отказе участия в конференции, все же выезжали из своих аулов, от· хотя и в сопро­ вождении всей семьи, так как в одиночестве делегатку на съезд не пускали домашние. (Такие "коллективные" выезды делегаток вместе со своими· домочадцами отчасти объясняются тем, что кочевому или полуоседлому туркмену не составляет особенно большого труда сняться с места со всем своим хозяйством.) Так и появлялись в городе целыми караванами: с кибит­ ками, верблюдами, лошадьми и прочим имуществом. Все этапы, проходимые туркменкой на путях своей истории, отра-­ жаются в ее песнях и других видах творчества. Здесь будут приведены. несколько образцов, наиболее ярко фиксирующих в себе те эпохи, в которые они создавались: старое время и годы после революции - - три женских фольклорных произведения. обращение в стихотворной форме к туркменкам одной из · наиболее передовых среди них женщин, тов. Бердыкылычевой. Первая из публикуемых ниже песен-старинная, характеризует собой тяжелое забитое положение молодой замуж против воли в дальний аул. туркменской женщины, выданной Она лишена возможности когда-либо­ увидеться со своими родными, подругами, выхвачена из родной, знакомок с детства обстановки и отдана в чужую семью, купившую ее как вещь­ и требующую от нее беспрекословного подчинения и повиновения. Начало песни указывает на то, что сама девушка очень хорошо понимает свое­ положение рабы, которую можно продать куда угодно. Но бороться у нее, нет сил, она может только жаловаться: cuiъul quja da~ atmaiъ batar gicjer ene-~an jacj-illere qьjб 0atmaiъ jiter gicjer ene•~an menirъ git~ek jol~ma badam ekirъ ene-~an badam Ьа~ь qaidaьnda balam digin ene-~an. 2 1 Обычное право. 2 134 Пояснения, касающиеся принятой здесь транскрипции, см. в конце статьи. Ее мысли дома, у своих роднЬlх. Она вспоминает и чашку, из кото­ рой ела, будучи дома, и угол кибитки, где она сидела за работой: ткала ковры, шила платья и занималась другими хозяйственными делами. В этом же yr лу, около своего "qьбьl cuwal" 1, она готовила себе приданое, чтобы впоследствии привезти его с собой "на белой верблю­ дице" в далекую чужую сторону, в семью, куда ее отдали насильно. Какая обреченность! Из песни видно, что молодая женщина уже успела почувствовать на себе тяжелое и зависимое положение, в какое туркманка обычно попадала в семье мужа. Ей, например, долгое время, по крайней мере до рождения первого ребенка, как мне пояснили, 2 не разрешалось говорить вслух в присутствии родни мужа. Можно привести интересный факт, который я наблюдала при посещении семьи бывшего муллы в ауле Шор-Депе Мервского района. Одна из молодых невесток знала много женских песен, но непосред­ ственно мне не могла их продиктовать, а тем более спеть, так как в присут­ ствии свекрови не имела права говорить вслух. В то время был полдень жаркого туркменского лета, и вне кибитки работать было невозможно. Пришлось выйти из положения таким образом: передавала на ухо ,, молодуха" шепотом старшей невестке слова песен, и та уже вслух повто­ ряла их мне. Характерно, что подобные факты встречаются чаще всего в семьях бывших баев или служителей религии. Это особенно ярко бро­ сается в гла~а в том случае, если женщина является второй или третьей женой (по положению), часто проданной в такую семью бедняком-отцом скорее в качестве работницы, чем жены. Конечно не приходится сомне­ ваться в том, что в самом недалеком будущем подобные остатки старого быта должны быстро исчезнуть. Интересно рассмотреть приведенную старинную песню также и со стороны ее происхождения. Нужно сказать, что лирика, как наиболее интимный род творчества, реже заимствуется по сравнению с другими фольклорными -произведениями (к которым, в первую очередь, следует отнести эпос и сказочный материал). Особенно показательна в данном отношении эта песня, настолько связанная со старым бытом туркменской женщины, что невозможно предполагать о заимствовании этого произве­ дения из песенного репертуара какого-либо другого народа. Например, как свойственны и близки туркменке понятия о "qьбьl рого было ее место в родном доме, о "т6w0е canaq" - cuwIO ", у кото­ чашке, из которой она ела, и о прочих атрибутах домашней обстановки кочевой туркмен­ ской кибитки; здесь также непрерывно встречается относящаяся к окру­ жающей природе терминология: упоминается и колодец, имеющий гро­ мадное в значение пустыне, и не менее важный ее объект "белая 1 Ковровый мешок, в КО'l'орый кладу'l' различные носильные вещи. Вешается на стене кибитки. У кочевников туркмен по;,;обные мешки заменяют собой сундуки и комоды. 11 См. так.zе~ А. Морозова. Труд туркменки. Туркменове;,;ение, 1929, № 6-7, стр. 136 lS. место не совсем обычные для туркменской женщины бунтовщические настроения. Всякий, кто знает положение туркменки до революции, поймет,. насколько такое поведение невестки выходило за пределы дозволенного. Молодая героиня этой песни, повидимому, происходила из небогатой семьи и за ее "воспитанием" в духе того времени некому было следить. Воз-­ можно, что она была из семьи ,,.кулов" ,1 которые являются потомками рабов, захваченных туркменами из Персии во времена "аламанов ",2 и представляют собой по быту почти совершенно отуркменившиеся ячейки, уже вошедшие в состав туркменских родовых делений, но до недавнего, времени еще пользовавшиеся некоторым антагонизмом, главным образом со стороны местного байства. Их дочерей богатые туркмены брали эамуж­ неохотно, и поэтому девушки из таких семейств так же, как и бывшие рабыни "кырнак" {qьrnaq), чаще всего выдавались замуж за бедняков, не имевших возможности заплатить калым, Одна туркменка рассказывала мне о такой "кырнак", если не ошибаюсь, из аула Чонгур: ,,муж ее был очень бедный, у него не было денег, чтобы запла7ить калым, вот он ее и взял". Из слов молодой женщины, приводимых в песне, видно, что она также не была куплена за деньги, о чем она и дает понять свекрови: ja:~--ulьi;:ьq(ь)rъь jьqnajьp q (ь )ran Oanap bermedirъ Ты не собирала своих стариков [для сватовства]. Ты не считала и не давала [за меня] деньги. И вообще, она, повидимому, не чувствует себя ничем обязанной. Не-­ даром свекровь порицает ее за то, что та не опускает перед ней головы из скромности и не ходит на цыпочках (как это делают невестки в других. семьях): ol owoda Ь(ь)r gelin menden jMiin1 hem ae{ь)jar 6kce6ini qaldьrьp garaqlьq(ь)nь Ьаеь1аr В том ауле одна невестка [при встрече] передо мной [из скромности] опускает лицо, Подняв свои каблуки, ступает на носках ... (подразумевается: ,, а ты этого не делаешь"). qul" (J._,Ji) - раб. "Аламан" - на'бег. До прихода русских (1881 r.) туркмены часто предпринимали 1 " 2 массовые набеги на своих соседей, главным образом У неприятеля скот, забирая имущество и пленников. на персидскую границу, уводя Небольшими группами набеги совер­ шались и после прихода русских. За свою поездку я часто встречалась с нестарыми еще туркменами, рассказывавшими про былые набеги, в которых они участвовали. 138