МУНИС И АГЕХИ

ХИВИНСКИЕ ХРОНИКИ XIX в. МУНИСА-АГЕХИ КАК ИСТОЧНИК ПО ИСТОРИИ ТУРКМЕН

Из общего числа исторических сочинений, написанных в Средней Азии в XIX в., наибольшее значение для
истории туркмен имеют труды хивинских историков Муниса и Агехи.

Интерес хивинских авторов к туркменам далеко не случаен и объясняется определенными особенностями
прошлого Хивы, на всем протяжении своей истории находившейся в непрерывных и тесных
взаимоотношениях с туркменами.

Именно этим обстоятельством и объясняется то чрезвычайно значительное место, какое уделено туркменам
в официальной хивинской истории Муниса-Агехи.

Первым по времени автором, довольно подробно затрагивающим вопрос о хивинско-туркменских
отношениях в более отдаленном прошлом, является известный хивинский хан и историк Абулгази (16431663).

Преемником и продолжателем трудов Абулгази явился в XIX в. придворный хивинский литератор, мираб 1,
Шир Мухаммед, сын Эвез-бия, известный под своим литературным прозвищем Мунис'а. Мунис (род. в 1778
г.) принадлежал к узбекской знати из рода юз, один из представителей которой, Адина Мухаммед-мираб,
успел выдвинуться на ханской службе еще при Ануша-хане (1663-1687) и был пожалован званием бия 2,
присваивавшимся, как известно, представителям узбекской феодальной аристократии. Отец Муниса, Эвезбий-мираб, выступал в 60-70-х годах XVIII в. в качестве одного из верных сподвижников основателя
позднейшей хивинской династии, инака Мухаммед Эмина и вел вместе с последним борьбу против туркмен
3. [24]

Со смертью Мухаммед Эмина (1790) Эвез-бий служил сыну его. Эвезу-инаку, а со смертью последнего (1804)
перешел на службу к его сыну Эль-тузеру 4, принявшему на себя в том же 1804 г. ханский титул и явившемуся
таким образом первым ханом новой (кунградской) династии. Мунис также состоял в свите инака Эвеза 5, а
после него вошел в круг придворных нового хана Эльтузера, по предложению которого он в 1806 г. и
приступил к составлению истории Хивинского ханства, «никем не писавшейся со времени Абулгази».

Поручая Мунису составление исторического труда, хан указал при этом автору, что его сочинение по красоте
изложения и величию содержания должно затмить собою «Шах-намэ» знаменитого Фирдауси, при этом
имелось ввиду несомненно, что в роли героев должны выступить хан и его сподвижники 6.

|52в| Этот хан (Ильбарс-хан) совершил поход на Хорасан и возвратился оттуда с богатой добычей. В это
время умер шах Исмаил (сефевид, 1524). Хан снова послал в Хорасан войско и подчинил себе северные
районы этой области от Мейхене до Дуруна. [324] После этого он послал войска на Балкан 4 и в Мангышлак и
завоевал жившие там туркменские племена.

О Суфиян-хане, сыне Эминек-хана (ок. 1515г.)

|53б| Выделяясь своей энергией и предприимчивостью из среды своих |54а| сверстников, этот хан (Суфиянхан) с помощью шахзаде Актай-султана занял, царский престол в Ургенче.

Балканские и мангышлакские туркмены, как то: эрсари, хорасанские салыры, теке, сарыки и йомуты,
являвшиеся со времени хана Ильбарса подданными (Хивы), при Суфиян-хане возмутились и, убив сорок
человек" ханских бератдаров (имевших ханские бераты») 5, перестали вносить закят. 6

Вследствие этого хан послал человека к шахзаде, после чего с многочисленными войсками выступил против
туркмен. Произведя на них набег, хан убил и взял в плен много мужчин, женщин и детей.

Части туркмен, однако, удалось спастись; они бежали и засели, приготовившись к осаде, на безводной
возвышенности Чотак. 7 Хан последовал за ними и осадил это место. Лишенные воды, туркмены просили
защиты Актай-султана. Султан попросил своего брата (Суфиян-хана) простить их. На них было наложено, в
виде взыскания, но тысяче баранов за каждого (убитого), а всего сорок тысяч баранов, после чего они
(войска) возвратились.

Да будет известно, что эти туркмены во время Исфендияр-хана (см. ниже) ежегодно давали по сорок тысяч
баранов. С других туркмен также брали (баранов), выдавая на это «бераты», так что (всего поступало): с ичкисалыров 17 000 баранов, с хасан-эли — 10 600, с арабачи — 4400, с гокленов — 13 200, с адаклы — также 13
200. Племена хызыр-эли и теведжи занимались [325] земледелием и (поэтому) платили зерном. (Стихи,
посвященные торжеству покорения туркмен.)

Суфиян-хан умер в 928 г. х. (1521/22 гг.), 8 процарствовав 6 лет. 9 У него осталось пять сыновей.

Об Исфендияр-хане

|63a| Это был государь мудрый и справедливый. Через сорок дней после того, как его отец Араб Мухаммед
попал в плен к своим сыновьям, но (Исфендияр) ушел из Хазараспа и отправился к шаху Аббасу. Набрав с его

Бежав через одиннадцать лет из Исфагана, Абулгази через Бастам пришел к туркменам, которые жили около
Мейхене и провел среди них зиму. Затем он направился на Балкан и там, среди теке, прожил два года. После
этого Абулгази прибыл на Мангышлак, находившийся (тогда) в подчи нении у калмыков. Калмыцкий хан
принял Абулгази к себе и относился к нему с уважением и любезностью. 17

Через год аральские узбеки, доставив калмыцкому хану большое количество подарков, увезли к себе
Абулгази. Это событие произошло в 1052 г. х. (1642 г.). Через шесть месяцев после этого умер хан Исфендияр.
В 1054 г. х., 18 в начале года овцы, Абулгази воцарился в Аральском вилайете. Хивинские туркмены ему не
подчинились (и) читали хутбу на имя Надир Мухаммед-хана (бухарского). Абулгази дважды делал набеги на
Хиву. Надир Мухам мед послал помощь туркменам. С ними Абулгази много сражался. По этой причине
Надир Мухаммед послал своего внука, по имени Касим-султана, с большим войском. По приходе султана хан
(Абулгази) выступил и, придя в местность Гендумкан, 19 послал (своих людей) в чапаул (набег), оставшись
сам с 200 человек. Пришедшие в это время хивинские войска вступили в бой на южном берегу хивинского
арыка, но, потерпев поражение от (тех) |65б| 200 человек, возвратились (стихи).

Возвращаясь, хан встретил на берегу реки (свое) войско, ходившее в чапаул, и направился в Арал.

По восшествии на бухарский престол Абдуль-Азиз-хана, 20 Абулгази-хан снова с своими войсками
направился в Хиву и, взявши ее, победил и осилил туркмен.

Он назначил на (различные) должности 360 человек из узбеков. Из них тридцати двум человекам он дал
место около себя, а именно: два шейх-уль-ислама, два казия, один реис из потомков святого Сейид-ата, один
мутевелли, один накыб, четыре аталыка, четыре инака, четыре мираба, четыре бия, один парваначи, два ака,
два арбаба, четыре чагатайских инака (***), один везир, что теперь называется мехтером, один кушбеги. 21
Последние два, не имея (установленного) места, должны в присутствии [328] хана стоять. Узбеков он
разделил на четыре части (гурух), которые называют «тупэ», а именно: одно тупэ составляют уйгуры (и)
найманы, другое конграты (и) кыяты, третье — нукузы (и) мангыты и четвертое — канглы и кыпчаки. К ним
присоединил он четырнадцать родов (уруг), которые и носили название «онтурт-уруг» (т. е. четырнадцать
родов). Джелаиры и али-эли были присоединены к кыятам, кенегесы — к нукузам, а ходжа-эли к мангытам.
Дурманы, юзы и минги были присоединены к уйгурам, а потомки пророка — шейхи — к найманам. Все
земли по каналам (нахр), какие выходят из Аму-дарьи, были поделены между ними. 22 Население Ургенча
было переселено в местность к западу от Ханках, где было вы строено укрепление (кала), и жителям роздано
много земли. В настоящее время Ургенч на этом месте. 23 Он чрезвычайно благоустроен и находится: в
цветущем состоянии. Он является главным торговым местом в Хорезме. Это произошло в 1056 г. х. (1646 г.),
соответствующем году курицы. 24

После этого хан привел в порядок государственные дела и собирался выступить против туркмен,
находившихся в давнишней вражде с ним. [329] В это время Гулям-бехадыр, 25 Дин Мухаммед, онбеги, 26
Урус, онбеги, три сердара 27 с тремя-четырьмя тысячами туркмен разбили палатки и остановились в песках к

|70a| ... Однажды, когда хан (Эренг-хан) проезжал (около г. Хивы) по мосту через Бадархан-арык, его лошадь
рванулась, хан упал и умер, разбивши себе голову. Один из приближенных (мехрем) остался около хана, а
другой поехал с известием о смерти к его матери, Тохта-ханым, происходившей из дарганских туркмен. Та
немедля взяла четырех лошадей и приехала к сыну. Тайно похоронив его, она направилась в Дарган и, скоро
достигнув места своего назначения, остановилась в доме своего отца. У ее старшего брата был сын, как
ростом, так и лицом чрезвычайно похожий на Эренг-хана. Он с детских лет и до достижения возмужалости
находился вместе с ханом (стихи). Люди принимали его за Эренг-хана.

С тысячью туркменских всадников направился он в Хиву. Сановники (умара) Эренг-хана, не зная, что
произошло с их ханом и где он находится, были в недоумении. В то время Эренг-хан ездил в Дарган, чтобы
повидаться со своим тестем.

Увидев тысячу человек родичей туркмен и решив, что хан возвращается, волъможи вышли ему навстречу и
впустили во дворец. Через месяц [331] один из предков автора (этой книги), по имени Чин-бий из рода юз, 33
возвысившийся из среды прочих сановников, благодаря вниманию к нему со стороны Эренг-хана, Адина
Мухаммед-аталыка 34 и Худай-кули-инака, 35 был послан послом в Исфаган к султану Хусейн-хану.

Через два месяца после этого события Адина Мухаммед-аталык, являвшийся (в это время) главной опорой
государства, выехал на охоту.

Воспользовавшись тем, что этого сановника в городе нет, тот туркмен схватил семь знатнейших вельмож, во
главе с Назар-инаком, найманом, и отправил некоторых из них в Мекку, некоторых в Бухару, а некоторых
|71a| в Арал. Хорезмским государством овладели туркмены, которые стали притеснять узбеков. Через
короткое время жестокость и несправедливость туркмен возросли до того, что повлекли за собой полное
разорение трудового народа (фукара).

Осведомившись о происходящем, находившийся на охоте Адина Мухаммед аталык направился в Арал с тем,
чтобы набрать в той местности войска и прогнать туркмен. Когда он достиг укрепления Тук (Тук каласы), то
услышал, что туркмены находятся на дороге, чтобы напасть на него и никого не пропускают. С аталыком,
кроме сорока охотников (миршикар), никого не было. Вследствие этого он возвратился и направился в
Бухару. Когда аталык добрался до (озера) Ходжа-коль, здесь с ним встретился упомянутый выше Чин-бий с
тремя стами узбекских семейств.

Произошло это таким образом, что когда Чин-бий-мираб возвращался из Исфагана, он при въезде на
хивинскую территорию услышал о происходящих событиях. Скрываясь среди населения, он прибыл в
Хазарасп и, послав тайно людей, перевез (к себе) свое семейство и переправился через Аму. Через короткое
время к нему присоединились угнетаемые узбеки, сбежавшие от притеснений туркмен. Соединившись, все
они направились [332] в Арал. После встречи с упомянутым аталыком они сочли за лучшее направиться |71б|
в Арал. Разгромив попавшихся на пути туркмен, они остановились в Арале. Избрав здесь себе в ханы Джучисултан-хана из потомков Хаджим-хана, они собрали войско из конгратов, мангытов, канглы, кыпчаков и