[ 9 1 (062) ( 5 8 4 ) ]

[Вышел 19 марта 1 9 2 5 ]

J o u r n a l of the T u r k e s t a n

v

Branch of t h e R u s s i a n Geographical Society.
1924. Vol X V I I .

ИЗВЕСТИЛ
ТУРКЕСТАНСКОГО

ОТДЕЛА

D

общ

В А.

Том XVII.
Под редакцией секретаря Отдела И. А. Райковой.

î*
Ташкент.
1924 г.

1

— 200 —
тественное продолжение Восточного Ирана, точно отмечается географическая широта и долгота важнейших пунктов в градусах и минутах,
поверхность районов определяется в кв. милях. По этим данным вся
площадь нынешнего Афганистана определяется в 150'т. кв. миль с населением в четыре миллиона душ. Упоминая о климатических условиях
страны, авторы, к сожалению, приводят данные о температуре, не упоминая, по какой шкале они их отмечают. ') В конце этого географического обзора, занимающего 8Ѵа первых страниц книги, отмечается, что
Есе данныя о размерах территории страны, о ее населении и колебаниях температуры взяты из прежних сочинений, часто противоречащих
между собою, и потому могут быть рассматриваемы только как п р и б л из и т е л ь н ы е , что в конце книги будут приложены точные данные о
границах Афганистана, его территории и населении и карта. Однако
в »конце второго тома этих приложений не оказывается и, можно думать,
что они совсем не были отпечатаны.
История Ахмед-Шаха-дуррани, основателя современного государственного образования, называемого Афганистаном, изложена достаточно
подробно (стр. 9—35), обнимая все события его правления, точно отмечены все даты, приведены хронограммы тех или других исторических
происшествий. Для занимающихся историей суфизма, в Туркестане не
безынтересен эпизод из взаимоотношений Ахмед-Шаха и бухарского эмир а , Шах-Мурад-Ма'сум-Гази, этого дервиша на престоле. В U 8 2 года
Хиджры Ахмед-Шах послал своего визиря. Вали-Хана, с войском в Б а л х
и Бадахшан для усмирения зспыхнувшаго там мятежа. Мятежн'ики
были поддержаны бухарским эмиром, Шах-Мурадом, Вали-Хан поспешил донести об этом своему государю. Ахмед-Шах выступил тогда свойском из Кандагара по Гератской дороге на Б у х а р у . Переправившись через «Мервскую р е к у » 0 ^
Ахмед-ІИах прошел округа: Меймене, Б а л х ,
Андхой и Шибирган, закрепил их за собою и, оставив визиря ВалиХ а н а правителем Кундуза и Бадахшана, он вступил в пределы Б у х а р ы .
Около Карши его встретил с войсками эмир Шах-Мурад. Ахмед-Шах,
однако уклонился от боя и вступил в мирные переговоры. Мир был
заключен и пограничною линиею между Афганистаном и Бухарою была
установлена р. Аму-Дарья. При этом афганский эмир выразил желание
поклониться хырке Пророка, которую тот завещал анахорету и подвижнику первых лет ислама, Увейсу Карани, и которая, в конце концев,
очутилась в Бухаре (где, повидимому, считалась величайшей святыней).
Шах-Мурад с необычайным почетом послал ее Ахмед-Шаху, а тот, получив этот высокочтимый плащ Пророка, свез его в Кандагар, отнюдь не
подумав о его возврате бухарскому государю. Сведения об этом эпизоде наша история позаимствовала из «Тарихи-Султани» (со ссылкою на
2
нее,) ) автор которой совершенно не обратил внимание на анахро1

) В этом отношении выгодную противоположность представляет т р у д Султана
М у х а м м е д хаиа дурранийца, „Тарих-й Султани", где показания о температре Яфгаиистана даны в г р а д у с а х Фаренгейта.
2
) В „Тарихи-Султани". м е ж д у прочим, сообщается, что когда у з б е к и — мутеваллии. сопровождавшие хырку Пророка, узнали, что А х м е д - Ш а х увозит ее в Кандагар,
о н и ночью вскрыли с у н д у к , тде она х р а н и л а с ь , и, вырезав из ее оплечья то место,
которое соприкасалось со знаком пророчества, бывшем на теле Мухаммеда, ушли
в Б у х а р у . Хьірка была выставлена в Афганистане для поклонения сначала в Кабуле,
а потом в Кандагаре, где ее поместили в старой с о б о р н о й мечети. После смерти Яхм е д - Ш а х а . его сын и преемник, Тимур-Шах, выстроил с восточной стороны гробницы
о т ц а к у п о л о о б р а з н о е здание с мечетью и водоемом и поместил в него этот плащ Пророка ^^ÜOL-ÄJJ'J бомбейск. изд. 1298 г.; стр. 144—145).

— 202
с
мотр усыпальницы Ахмед-Шаха эмиром Хабибуллою, при посещении им Кандагара в 1325 году X , , убедил его, что она действительна была построена не
только для принятия останков .основателя современного Афганистана, но
и для хранения хырки Пророка: на это указывали и архитектурные детали и положение гробницы не в центральном месте усыпальницы (стр.
28 29).
Описание царствования Ахмед-Шаха,—после емерти его в ночь на
пятницу 20-го Реджебв 1186 г. X.,—оканчивается, между прочим, очер3
ком путей в Индию, описанием районов Индийского Двуречья («Ч'з )
и происхождения религии сикхов (стр. 30—50). Правлению преемника
Ахмед-Шаха, Тимур-Шаху, посвящены страницы 35—45, среди них
заслуживают внимания подробности столкновения его с бухарским
эмиром Шах-Мурад-Ма'сумом, который, воспользовавшись походом ТимурШаха в Пенджаб и Синд, предпринял опустошительный набег на районы
Х о р а с а н а ' и Т у р к е с т а н а , входившие в состав Афганистана (стр. 41).
Последующее описание правления Шах-Земана, вступившего на
престол после смерти Тимур-Шаха (в 1207 году X.), занимает страницы
45 — 62 и заключает помимо, подробностей чисто исторического значения
небезынтересные сведения по административному и военному устройству
тогдашнего Афганистана, так, например, упоминается избрание и распределение министров по рангам (из числа тех, которые содействовали возведению его на престол), исчисление войсковых частей и размеры получаемого ими содержания (большинство их составляли монголы и кызыльбаши, последние были детьми тех, которых Ахмед-Шах переселил из
Персии) и прочие подробности.
Преемнику Шах-Земана, его брату Шах-Махмуду (его первому правлению), посвящены страницы 62—68. Вступив на престол после трагической смерти своего брата, убитого, по одним источникам в 1216 году,
а по другим—в 1217 г. X . , Шах-Махмуд, опиравшийся, главным образом,
на чужеземные элементы, на преданных ему кызыль-башей, лишился престола вследствие неожиданно вспыхнувшего народного в о с с т а н и я ' в столице страны, в Кабуле. И оффициальная история почти в эпических
чертах излагает этот мрачный случай взрыва народного недогования
(хотя и не так витиевато, как это описано в «Тарихи-Султани»).
В 1219 г. X. один из кызыль-башей обманом завлек к себе в дом сына
одного из кабульских жителей, красивого мальчика, и вместе с другими
своими знакомыми содомитами подверг его изнасилованию. А затем, продержав его некоторое время и напоив вином, с примесью опиума и
листьев белены
) , вытолкнул из дома. Мальчик в состоянии опьянения добрался до родительского дома, где и расказал отцу все происшедшее. Отец с криком бросился к Шах-Мураду, требуя правосудия.
Эмир, всегда снисходительно относившийся к свом кызыль-башам, передал
дело в суд. Верховный судья, Молла-Мухаммед-Са'ид-хан, из племени
баракзаев, не нашел поводов к обвинению виновных, потому что истец
не мог выставить требуемых шариатом свидетелей. Это решение произвело самое невыгодное впечатление на горожан, бывших суннитами ханефитского толка, тогда как обвиняемый, как и все кызыль-баши, был
шиитом. В пятничный день родственники потерпевшего и другие горожане,
с обнаженными головами и ногами, разодрав платья, собрались в соборную мечеть, где, поместив мальчика под кафедру, стали требовать правосудия у проповедника, читавшего х у т б у . Тот дал им разрешение
на убийство и разграбление имущества всех кызыль-башей. Едва это было

\

204

-

ние к моей статье «Джемшицы и их страна» («Изв. Т . О. Р . Г. О-ва»,
т. XVI),—восстание джемшидскаго Ялангтуш-хана и Мухаммед-ХанаК а р а й и я . правителей Гератской области. Согласно данным нашей истории этот эпизод представляется в таком виде: оба эти лица вступили
в тайные сношения с Алла-Кули, хивинским ханом, и передались к нему;
Ялангтуш-хан сделался начальником пограничного Туркестана. Вскоре
после этого туркмены —сарыки сделали большой набег на Мешедский
район; правитель Мешеда, принц Ахмед-Али-мирза, с войском выступил
им навстречу, у Пули-Хатун. что близ Серахса, произошло сражение.
Туркмены потерпели страшное поражение: одни были убиты, другие
попали в плен. Одного из пленников отослали к хивинскому хану, так
как стала известна его переписка с Мухаммед-Ханом-Карайе'ем, АллаКули был очень сконфужен этим обстоятельством и решил вступить в дружественные отношения с персами. Он послал влиятельных старшин туркмен-теке и сарыков «на поклон» к победоносному правителю Хорасана.
В лагере принца они принесли заверения в дружбе и покорности и
Ахмед-Али-мирза отпустил всех пленников. Не замедлили выразить
персам свою покорность и преданность и мятежные главы Гератских аймакоз: Ялангтуш-хан и Мухаммед-Хан-Карайи. Случай этот имел место,
судя по изложению последующих событий, около '1226 года Х и д ж р ы .
Правление Дост-Мухаммед-хана, именуемого «великим эмиром» ( j ^ f .лН)*
"діижение персиан на Гератскую провинцию, осада Герата, столкновение
английских и русских интересов в Афганистане, новое вступление ШахШуджи в Афганистан уже с а н г л и й с к и м и войсками, захват им власти и бегство Дост-Мухаммед-хана в Б у х а р у , перипетии его последующей сложной борьбы с Шах-Шуджею, заканчившейся убийством последнего в 1258 г., гибель английского гарнизона, Бёрнса и Маккайтена и
другие события—занимают 128—182 страницы Одним из источников при
изложении борьбы Шах-Шуджи с Дост-Мухаммедом и активного участия
англичан в возведении Шах-Шуджи на престол был, повидимому, труд
Мухаммед-Абдсл-Керима монши
JJIS^AJJU*) (ср.
Каунпорскую
литографию 1267—1851), но много есть и таких подробностей, которых
нет в этом сочинении, и которые, повидимому, взяты из дневника ШахШуджи, указанного в числе источников настоящего труда. Заслуживает
внимание в этом отделе изложение политической борьбы англичан и русских в Афганистане. Их наша история излагает в таком виде. Английский посланник в Персии, мистер Макнайль, считал русское правительство подстрекателем персиан в их проэктируемом походе на Герат и
усматривал в этом возможность последующего об'единения афганцев и
персиан, что неизбежно бы угрожало Индии. Вследствие этого он всячески противодействовал походу персов на Герат, где правителем был
принц Камран, сын Шах-Махмуда, находившийся в весьма слабой зависимости от центрального правительства. Опасения англичан имели
реальные основания, т. к. движение персов на Герат в сущности было
лишь внешней операцией, прикрывавшей оживленные сношения ДостМухаммеда и кандагарских сердарей с Мухаммед-Шахом, в планы которых входили именно совместные действия против Индии. Шах двинулся
на Герат, и Макнайль, послав своему правительству подробное донесение
о положении дел, пожелал сопровождать шаха в походе. Английское
правительство, у з н а з подробности из донесения Макнайля, отправило
Александра Бёрнса послом к Дост-Мухаммеду с большими полномочиями, чтобы он, не пренебрегая никакими средствами, отклонил его