•

:

Г.А.ПУГАЯЕНКОЕА

ПУТИ РАЗВИТИЯ
АРХИТЕЮГУРЫ
ЮЖНОГО ТУР1СМЕНИОАНА
ПОРЫ ЕАЮВЛАДЕНИЯ
И ФЕОДАЛИЗМА
^с^

ВВЕДЕНИЕ

•Е^ЕЕЕЯ?

1922 г., намечая задачи работ молодого Туркестанского государствеиного университета по изучению Средней Азии, акад. В. В. Бартольд указывал на необходимость проведения специального иссле­
дования местных архитектурных памятников. Намеченный к составле­
нию альбом сохранившихся построек он предлагал начать в хронологнческом порядке с мавзолея Саманидов в Бухаре (IX—X вв.) как
памятника самого раннего из числа известных в это время, указав, кроме того, на
необходимость подробного исследования кёшков—«укрепленных замков дворян1
землевладельцев домуеульманского периода и первых веков ислама» .
За 30 лет, протекшие с тех пор, в области среднеазиатского архитектуроведения
проделано столь много, что пожелания покойного академика ныне составляют давно
уже пройденный этап. В отделах охраны и реставрации памятников при республикан­
ских управлениях по делам архитектуры хранятся десятки альбомов и многие сотни
чертежей, фотографий, рисунков, фиксирующих состояние памятников, процессы их
восстановления, результаты археологических и конструктивных вскрытий. Широкие
археологические исследования в Средней Азии выявили массу интереснейших соору­
жений древности, ранее неведомых или просто не привлекавших внимания. При этом
хронологические рамки раздвинулись вглубь веков по крайней мере на пол­
торы тысячи лет от эпохи Саманидов. Существенно изменился и самый характер задач,
возникших перед советскими учеными как старшего, так и младшего поколения, при­
ступившими к исследованию истории архитектуры народов Средней Азии.
Если в дореволюционном Туркестане изучение замечательных памятников местного
зодчества исчерпывалось составлением внешиеописательных их характеристик и сбором
иллюстраций, если статьи аналитического характера были исключительно редки, если

Ш

1

В. В. Б а р т о л ь д. Отчет о командировке в Туркестан.— «Изв. РАИМК», т. II, № 1, 1922,
стр. 20—21; его же. Ближайшие задачи изучения Туркестана.— «Наука и просвещение». Таш­
кент, 1922, № 2, стр. 6—8.
5

Начало изучения архитектурных памятников Южного Туркменистана относится
к сравнительно позднему времени. Некоторые сведения о них, заключенные в восточ­
ных сочинениях средневековья и более близких к нам эпох, сохраняют для нас значе­
ние лишь письменного первоисточника, подтверждая или дополняя данные о памятни­
ке, если он еще сохранился, восполняя сведения в тех случаях, если он стерт с лица
земли.
Началом изучения никак нельзя признать и те отрывочные, случайные упомина­
ния или беглые описания развалин некоторых архитектурных памятников, которые
можно встретить в отчетах, проникавших в южнотуркменистанские земли, начиная с
первой половины XIX в. западноевропейских путешественников (Берне, Аббот, Конноли и др. — о Мерве, Вамбери — о Мешхеди-Мисриане). Но специальный интерес
к архитектурным памятникам Закаспия возникает лишь вслед за присоединением
его с конца 70-х годов прошлого столетия к России. Памятники местного зодчества
привлекают внимание русских офицеров, пересекавших по делам службы просторы
Туркменистана (Шетихин, Деконвиль, Кастальский, Логофет и др.), инженеров, осу­
ществлявших геолого-географические разведки (Лессар, Коншин и др.), журналистов
и туристов (Эспер-Ухтомский, Циммерман, Марков и др.), художников (Каразин,
Дмитриев-Кавказский, Мишин и др.), фотографов (в числе их был и известный в
свое время парижанин Надар). В публикуемых начиная с этого времени очерках,
отчетах, корреспонденциях можно встретить разной ценности упоминания, краткие
описания, изображения ряда сооружений Мерва, Анау, Мешхеди-Мисриана и др.
Первичный учет памятников закаспийской старины был выполнен в 80-х годах гене­
ралом А. В. Комаровым.
Однако началом подлинно научного подхода к древним памятникам архитек­
туры Туркменистана следует считать 1890 г. — год научной поездки в Закаспий про­
фессора В. А. Жуковского, командированного со специальной целью Археологической
комиссией, который осмотрел ряд архитектурных памятников, описал их, зафиксиро­
вал в фотографических снимках, прочел надписи, собрал легенды с привлечением
письменных первоисточников. Если труды В. А. Жуковского до сих пор не утратили
своего большого научного значения, то поездка в 1892 г. в Закаспий и Туркестан
археолога Д. И. Эварницкого едва ли заслуживает упоминания, так как опубли­
кованные им сведения о памятниках не представляют почти никакой научной цен­
ности. Бесплодно прошли для изучения истории местной архитектуры работы амери­
канской экспедиции Р. Пампелли в Анау и Мерве (1903—1905 гг.).
После 1905 г. и вплоть до Великой Октябрьской социалистической революции от­
мечается определенный спад в накоплении данных о древнем зодчестве Закаспийского
края. Однако недолго функционировавший (в 1901—1906 гг. и в 1915—1917гг.) в Асхабаде Закаспийский кружок любителей археологии при деятельном участии В. Д. Дейнеко,
Б. А. Литвинова, Ф. А. Михайлова, Л. А. Зимина произвел обследование памятников
Фараба, Астана-баба и некоторых других. Вообще в среде русских ученых интерес
к древним памятникам не угасал, о чем свидетельствуют отдельные публикации тех
лет: А. А. Семенова — о мечети Анау (к памятнику этому он возвращался не раз в сво­
их работах послереволюционного периода); Б. А. Литвинова — об архитектурном
комплексе в Астана-баба. Академик В. В. Бартольд, затрагивавший вопросы истории
7

туркменской культуры), основанного в 1928 г. Активное участие в работах
Туркменкульта принимают А. А. Марущенко, С. А. Ершов и др. К числу
достижений этого научного учреждения в области историко-архитектуриого изучения
Южного Туркменистана относятся: обнаружение при раскопках на Нисе (в селении
Багир близ Ашхабада) остатков архитектурных построек парфянского времени; вскры­
тие архаического дома на холме Ак-тепе в Ашхабадском районе; регистрация некоторых
ранее не известных архитектурных руин, например пещерного комплекса у Таш-Кепри. С конца 1928 г. при Туркмепкульте было учреждено Бюро по охране памятников
старины и искусства, функции которого впоследствии перешли к археологической
секции Туркменского института истории. Архитектурные работы последнего с 1934
по 1940 г. возглавлял Н. М. Бачинский. В 1936—1937 гг. им осуществлялись ремонт­
ные работы на мавзолеях Саиджара и так называемого Мухамеда Ханапья в Мервеи на
мечети Анау, которым предшествовала закладка разведочных шурфов с целью выясне­
ния состояния фундаментов, анализ некоторых строительных растворов, обследова­
ние конструкций. Впервые после В. А.Жуковского Н. М. Бачинский при участии
архитектора В. И. Пилявского проводит изучение некоторых сырцовых зданий старого
Мерва — ледохранилищ и древних кёшков (феодальных замков). Результаты работ
обоих этих исследователей получили отражение в ряде публикаций. Значительным
достижением предвоенных лет следует признать издание первого выпуска «Архитек­
турных памятников Туркмении» (Москва—Ашхабад, 1939), включающего наиболее
выдающиеся постройки Куня-Ургенча, мавзолеи Мерва—султана Санджара и так на­
зываемого Мухамеда Ханапья, а также мечеть Анау. Сборник содержит очень лаконич­
ные аннотации, но вместе с тем значительный иллюстративный материал: обмеры,
фотографии, рисунки, чертежи.
В годы Великой Отечественной войны при земляных работах на городище Мадау
(1941 г.) были обнаружены руины большего средневекового медресе, а в 1942 г. при ра­
ботах на территории городища Таш-Рабат (средневековый Данданкан) были обнару­
жены остатки мечети X—XI вв., богато украшенной резным алебастром.
Большие историко-архитектурные исследования на территории Южного Турк­
менистана связаны с первой послевоенной пятилеткой. Управление по делам архитек­
туры при Совете министров Туркменской ССР в 1946—1947 гг. через свои органы по
охране памятников проводило подготовительные мероприятия к ремонтно-реставрационным работам на некоторых сооружениях, состоящих в списке памятников все­
союзного значения. В 1946— 1947 гг. архитектор A.M. Прибыткова произвела обмеры
и исследования мечети Талхатан-баба и мавзолея Абул-Фазла в Серахсе. Однако наибо­
лее значительный цикл исследования осуществляется с 1946 г. по настоящее время
Южно-Туркменистанской археологической комплексной экспедицией (ЮТАКЭ).
Перед архитектурным отрядом ЮТАКЭ, возглавлявшимся автором настоящего
исследования, была поставлена задача всестороннего изучения историко-архитектур­
иого прошлого Южного Туркменистана. Наряду с памятниками, давно уже получив­
шими всеобщую известность, углубленному изучению были подвергнуты памятники
малоизвестные; при этом в процессе работ были открыты также объекты, вообще в науке
не зарегистрированные.
В 1946 г. ЮТАКЭ было начато изучение памятников парфянской архитектуры,
продолжавшееся в последующие годы работ экспедиции. В 1947 г. обследовались
У