Российская академия наук

РОССИЙСКАЯ
АРХЕОЛОГИЯ
№2

2013

Журнал основан в январе 1957 г.
Выходит 4 раза в год
Журнал издается под руководством
Отделения историко-филологических наук РАН

Главный редактор
д.и.н. Л.А. Беляев
Редакционный совет:
чл.-корр. РАН Р.М. Мунчаев (председатель),
акад. РАН А.П. Деревянко, к.и.н. И.С. Каменецкий,
д.и.н. Ю.Ф. Кирюшин, акад. РАН Н.А. Макаров,
акад. РАН В.И. Молодин, д.и.н. М.Г. Мошкова, чл.-корр. РАН Е.Н. Носов,
д.и.н. А.Д. Пряхин, д.и.н. А.И. Шкурко, акад. РАН В.Л. Янин
Редакционная коллегия:
чл.-корр. РАН Х.А. Амирханов, чл.-корр. РАН А.П. Бужилова,
чл.-корр. РАН П.Г. Гайдуков, д.и.н. А.Н. Гей, д.и.н. В.И. Гуляев, д.и.н. Е.Г. Дэвлет,
к.и.н. Д.С. Коробов (ответственный секретарь),
чл.-корр. РАН Г.А. Кошеленко, к.и.н. Н.А. Кренке,
д.и.н. А.В. Чернецов, д.и.н. Ю.Б. Цетлин (зам. главного редактора)
Заведующая редакцией
Т.С. Волкова
Адрес: 117036, Москва, ул. Дм. Ульянова, д. 19
Телефон 124-34-42
Е-mail: rosarkh@newmail.ru
Москва
Издательство “Наука”

© Российская академия наук, 2013
© Редколлегия журнала “Российская археология”
(составитель), 2013

108

ОМЕЛЬЧЕНКО

2008. С. 85–90), функционировал в
III–IV вв.
На V этапе пространство двора, заполненного пеплом, нивелировали строительными остатками, поверх которых укладывали
сырцовый кирпич (Отчет…, 2007.
С. 8. Рис. 6). На этой платформе
(16.5 × 6 м) сооружены четырехколонный айван и широкая центральная лестница, ведущая к святилищам (Раскопки…, 2000. Рис. 3, 8).
К югу от платформы лежала нижняя
площадка 16.5 × 7.8 м, т.е. сохраняется террасное размещение основных частей комплекса (рис. 2, 3).
Детали планировки пайкендского храма III–V этапов находят ряд
соответствий в других святилищах
огня иранского мира. Это характерное для ряда других более ранних
храмов вертикальное членение в
виде нарастающих объемов (террас), связанных лестничными маршами (Ghirshman, 1976. Frontispice.
Рис. 3. Цитадель Пайкенда. Монеты. 1, 2 – серебро; 3–8 – медь.
Fig. 16, 41, 42; Шлюмберже, 1985.
С. 63, 64. Рис. 48–50; Сулейманов,
4
и косуле . В заполнении нашли также 3 крупных 2000. С. 98, 102); парное количество колонн в айване;
кинжала и 5 ножей, не считая мелких фрагмен- затруднение обзора помещений с алтарями за счет
тов; 12 ножей и кинжал были обнаружены в самих нескольких линий стен и граней платформ, а также
святилищах. Все это – определенно свидетельства смещения осей лестниц и проходов в святилища; ис5
культовых церемоний, проводимых в храме .
пользование алебастра и жженого кирпича в констВремя сооружения платформы, ставшей осно- рукциях и интерьере и т.д. Специфика пайкендского
вой для двора, как показывают комплекс керамики храма – наличие двух связанных обводными коиз-под нее (Отчет…, 2008. С. 9. Рис. 13, 14) и най- ридорами святилищ. Такую же ситуацию в Сурхденная на нижнем полу площадки перед ней се- Котале исследователи объясняют проведением разребряная монета (рис. 3, 1) – подражание чекану ных частей одного ритуала на двух участках. Два
Антиоха с головой коня на реверсе, III период связанных обводным коридором помещения с айэмиссии (Зеймаль, 1983. С. 85. Табл. 9, 060–074) – ваном было в храме Фратараков в Персеполе. Два
не ранее первых веков н.э. Сам же храм III эта- парных алтаря постахеменидского времени открыпа, судя по керамике с боковой лестницы и из пе- ты на высокой открытой площадке в Накши-Рустапельных отложений за платформой (Омельченко, ме (Литвинский, Пичикян, 2000. С. 272, 273, 328,
329, 237–239. Табл. 57; 58, 3). Но, пожалуй, самое
большое
сходство
пайкендские
святилища
имеют
4
В древности местный ландшафт представлял собой тугаи
с
основным
ядром
сасанидского
храма
царского
с многочисленными водными источниками, сейчас же преобладает сухая степь. Нахождение костей животных в золь- огня Адур Гушнасп в комплексе Тахт-и Сулейман
никах, что недопустимо с точки зрения канонического зоро- (рис. 2, 4). Здесь были соединены обведенный коастризма, отмечено и на других памятниках, связываемых с ридором чортак (А) и атешгах (В), где постоянкультом огня (например, Дахани-Гуламан, Тахти-Сулейман в но поддерживался огонь (Stronach, 1985. P. 624.
Иране, в храме Еркургана), и объясняется исследователями
Fig.
3,
9).
В
пайкендском
храме
V
этапа
(рис.
2,
3)
влиянием местных древних культовых воззрений (Semenov,
1996. S. 49; Литвинский, Пичикян, 2000. С. 270, 271; Сулей- один вход был оставлен у западного святилища
манов, 2000. С. 103–106).
(Semenov, 1996. Рис. 12).
5
У зороастрийских жрецов-магов из Бухары существовал обыВ Согде территориально и хронологически наичай собираться в Пайкенде на праздник Н-к-х-Агам в месяце
более близок храму Пайкенда городской храм
Пасакич (Бируни, 1957. С. 254).
РОССИЙСКАЯ АРХЕОЛОГИЯ

№2

2013

110

ОМЕЛЬЧЕНКО

Рис. 4. Казарма на юго-западе цитадели Пайкенда. 1 – план, архитектурный разрез; 2 – юго-западный угол, помещения 8–10.

Выявлен ряд интересных деталей. Если длинные
стены помещений (стена коридора и крепостная)
были оштукатурены глиной с саманом (рубленой
соломой) до перекрытий, то перегородки между
помещениями нередко покрыты обмазкой макси-

мально на высоту 90 см – для удобства сидящего
на суфе человека. Во многих помещениях в углах
справа от дверных проемов лежали диски из зеленой или красной необожженной глины. В пяти
комнатах на стенах у входов отмечены нанесенные
РОССИЙСКАЯ АРХЕОЛОГИЯ

№2

2013

112

ОМЕЛЬЧЕНКО

над надувным песчаным заполнением выстлали
пол (Семенов, 1996. С. 140).
Основанием для датировок комплекса казармы
являются прежде всего нумизматические материалы. Вся обнаруженная разменная монета представлена только медными подражаниями позднекушанскому чекану Хувишки (?), Васудевы, Канишки II
(III), ходившими, по-видимому, со второй половины III и на всем протяжении IV в. (рис. 3, 3–7).
В то же время известно, что с начала IV в. в обращение на землях Сасанидского наместничества
(автономного владения) в Средней Азии начинает
активно вводиться так называемая кушано-сасанидская медь (Горин, 2009. С. 18). Монета сасанидского кушаншаха Варахрана II (?) (около 350 г. н.э.)
была найдена в слое запустения над полом коридора на севере цитадели (Семенов, 1996. С. 138).
Таким образом, верхний пол комплекса “казарм”
должен датироваться концом III и до первых десятилетий IV в. К этому же времени относится найденное в помещении 7 серебряное подражание тетрадрахме Евтидема (л.с.: голова правителя в тиаре
с лучистым нимбом вправо; об.с.: Геракл с палицей на омфале влево) с согдийской надписью MR’Y
(Лившиц, Луконин, 1963. С. 169). Оно относится
к I варианту II группы по Л.Н. Казамановой (1961.
С. 121, 122, 127. Табл. 2, 11) или V группе по М. Алраму (Alram, 1986. S. 275. Taf. 39, 1228, 1229). Такие монеты, судя по весу (пайкендская – 8.48 г), обслуживали крупные торговые операции (рис. 3, 2).
Находки в башне, построенной после запустения ранних помещений, стратиграфически и хронологически перекрывают материалы из казармы.
Среди этих находок – монета Асбара I типа (рис. 3, 8),
которая начинает обращаться в V в. (Ртвеладзе,
2002. С. 210).
Не противоречат датировке помещений казармы
и ряд индивидуальных находок (рис. 5). Костяные
заколки с фигурным навершием, пряслица из мраморовидного известняка c резным концентрическим орнаментом, лепные фигурки коньков известны
в кушано-сасанидском комплексе Северной Бактрии–Тохаристана конца III – IV в. (Завьялов, 2008.
C. 111–114, 106, 107). Небольшие железные трехлопастные наконечники стрел с переходящими к черешку под тупым углом лопастями широко распространяются в III–V вв. (Обельченко, 1974. С. 207;
Горбунова, 2000. С. 48; Литвинский, 2001. С. 101,
102). К этому же времени относятся крупная бусина синего стекла с глазком (рис. 5, 7) и бронзовая
ручка от котла (таза) (рис. 5, 12): похожая находка
была сделана в Хорезме (Кой-Крылган-кала, 1967.
С. 160. Табл. XVIII, 12). Орнамент из напаянных
нитей на фрагменте стеклянного сосуда (рис. 5, 8),

по-видимому, кубка (стекло – редкость в слоях этого времени в Средней Азии) находит соответствие
в римской позднеантичной посуде, проникавшей
далеко на восток, как, например, кубок из могильника Кара-Агач в Западном Казахстане (Кропоткин,
1970. С. 30). Обожженная булла с оттиском персонажа с “парфянской” прической (рис. 5, 15) происходит из песчаного заполнения помещений.
Керамические материалы можно разделить на
этапы: I включает находки с третьего пола помещений 5, 9, из натечно-надувных прослоек над их же
конструктивными полами и из них и с четвертого
и пятого полов помещения 12 (рис. 6, 1–21); II – со
вторых полов помещений 5, 9 и со второго и третьего полов помещения 12 (рис. 6, 22–46); III – с первого пола всех помещений и перекрывающего его
однородного серого слоя толщиной до 20 см, насыщенного пеплом, угольками, органикой (рис. 7).
Керамика демонстрирует единообразие в технологии и типологии. Более многочислен и разнообразен керамический комплекс с верхнего пола, что
объясняется бóльшими масштабами раскопок и
большей толщиной слоя над ним (вероятны и более
широкие хронологические рамки III этапа). Вся посуда, за исключением кухонной, сделана из хорошо
промешанной глины; в тесте – вкрапления кварца
(естественная примесь?) и белые включения, вероятно, гипса. Нижняя часть столовых сосудов иногда подправлялась ножом; на днищах крупных форм
отмечены следы песчаной подсыпки. Обжиг – равномерный, перекалены только стенки хумов, в тесто которых изредка добавлялась дресва. Черепок
в изломе светло-красного цвета, незначительный
процент составляют серые по обжигу сосуды. В результате высокотемпературного воздействия почти
вся тарная посуда приобрела характерную светлую
поверхность. Это же касается некоторых столовых
форм, но в ряде случаев можно определенно говорить об ангобе (отслаивается). Подобные характеристики, в частности, присущи керамике Мерва
начиная со II–III вв. (Рутковская, 1962. С. 68).
В наборах посуды выделенных этапов существенные различия не наблюдаются, только тулово
бокалов из нижних слоев преимущественно цилиндроконическое (рис. 6, 1–4), а из верхних – выпукло-коническое или колоколовидное (рис. 7, 1–6).
Внутри одного бокала были мелкие многочисленные сколы (от ложки?), свидетельствующие об
использовании этой формы не только для питья.
Столовые кувшинчики без ручек, напоминающие
абрисом кружки (рис. 6, 23; 7, 7) есть во втором
и третьем этапах, но их нет в первом. В то же время в нижних двух слоях в отличие от верхнего
РОССИЙСКАЯ АРХЕОЛОГИЯ

№2

2013