ОБЩЕНИЕ Татары в казахской степи: соратники и соперники Российской империи Анатолий Ремнёв Ключевые слова: арабский алфавит, Васильев А. В., Валиханов Ч., Ильминский Н. И., кириллица, культуртрегерский проект, «мусульманский фанатизм», национализация имперской политики, ориенталистский дискурс, «отатаривание» казахов, русификация, русско-казахские школы, Степная комиссия, цивилизационная миссия России. Татары в Степи как «мобилизованная диаспора» Расширение политического и экономического влияния России на казахскую степь во второй половине XVIII века совпало с доминированием в имперской политике просветительской идеологии, в которой исламу как монотеистической религии отводилась вспомога1 тельная роль в цивилизационной миссии русских . Установился толерантный взгляд на ислам, были предприняты попытки его огосударствления. Достижению этой цели должны были способствовать, во-первых, созданное по распоряжению Екатерины II в 1789 году в Уфе Оренбургское мусульманское духовное собрание (ОМДС), вовторых, формируемый ОМДС институт так называемых указных 2 мулл . Мусульманская организация мыслилась (и готова была стать) элементом имперского управления, а начавшееся при поддержке правительства строительство мечетей — важным компонентом не только конфессиональной политики, но и масштабного культуртрегерского проекта. Привлекаемые мечетями, казахи должны были чаще посещать русские города и со временем перейти к оседлому образу жизни; мечеть должна была стать своеобразным центром притяжения, вокруг которого могло бы в Степи образоваться казахское Анатолий Викторович Ремнёв, профессор кафедры дореволюционной отечественной истории Омского государственного университета, Омск. Анатолий Ремнёв. Татары в казахской степи... 9 начальник Оренбургского пограничного управления В. В. Григорьев. С деятельностью татарских и башкирских мулл он непосредственно связывал выступления казахов против российских властей. Особенно заметным татарское влияние на казахов было в северных районах Степи. Вот как описывал ситуацию в Букеевской орде этно14 граф и чиновник А. Н. Харузин : «...Действительно, татары, познакомившись с цивилизациею уже давно, во всех отношениях гораздо выше стоят киргизов. <...> При том татарин человек торговый — уже давно раскинул он в степных центрах... свои лавочки; уже давно мало-по-малу затягивает он киргиза в свои лапы. Татарин для киргиза авторитет; цивилизующийся киргиз сбрасывает свой киргизский (бухарский) халат и надевает татарский; цивилизованный киргиз, надев чистый халат идет вместе с татарином на вечернюю молитву в мечеть. И высшая мечта киргиза не обрусеть, а отатариться». Вместе с тем казалось, что казахи, по словам того же Григорьева, в силу своего рода «природной незамутненности их духа» наиболее податливые для культурной работы, «при благоразумно направленной деятельности правительства поймут... всякую меру, на благо принятую, и очень легко могут сделаться полезными и преданными подданными России» 15. С позиций эволюционизма ислам теперь представал тупиковым направлением: ему было отказано в наличии цивилизующих начал, в идеологических обоснованиях имперских экспертов он уже определялся как сила, препятствовавшая интеграции казахов в империю. Известную роль в этом политическом повороте сыграли не только Кавказская и Крымская войны, но и обострение «польского вопроса». Столкнувшись на западных окраинах с угрозами полонизации украинцев, белорусов, литовцев, германизации эстонцев и латышей 16, империя обнаружила, что на восточных окраинах столь же опасным противником делу обрусения поволжских народов, башкир 17 и казахов могут быть татары . Мусульмане-татары были включены в 18 число «уважаемых врагов» (выражение К. Мацузато) империи, а в ряду многочисленных имперских вопросов образовался «мусуль19 манский вопрос» . Все громче начали раздаваться голоса об ошибочности прежней политики игнорирования ислама и об угрозе «отатаривания» казахов. На этом политическом фоне формируется подозрительное отношение к деятельности мусульманского духовенства, возникают опасения, что Оренбургский муфтият станет для российских мусульман Анатолий Ремнёв. Татары в казахской степи... 11 задача выяснения степени распространенности ислама у казахов, а также возможности их христианизации. Предшествующая политика заигрывания с мусульманством и использования татар как культурных посредников была признана ошибочной. Теперь предлагалось принять активные меры к охранению древних казахских верований, поскольку их можно будет заменить со временем хрис21 тианством : «В религиозном отношении мы стали вразрез с магометанскими взглядами положения Сперанского. Мы укажем на необходимость действовать законною христианскою пропагандою и хотим запретить выписку чужеземных мулл, которые должны быть непременно из наших киргиз». В конфессиональных вопросах Степная комиссия опиралась в значительной мере на экспертное мнение Ч. Ч. Валиханова. К мусульманской теме «этот лучший представитель далеких степей и киргизского народа», как его именуют члены комиссии, обратился в 22 своей известной записке о судебной реформе , написанной им для 23 западносибирской администрации . Будучи уже смертельно больным (умер 10 апреля 1865 года), в конце 1863 или в начале 1864 года он надиктовал также не законченную им специальную записку «О мусульманстве в Степи». Его взгляды и записка стали известными и повлияли на выводы Степной комиссии, в трудах которой она цитируется с указанием на авторство Валиханова. Главным виновником утверждения ислама в Степи Валиханов считал М. М. Сперанского, которого даже называл «апостолом Магомета в Сибирской степи». Его беспокоило то, что мусульманские «книжники» преследуют народные обычаи — это грозит казахской народности утратой самобытности и превращением в общемусульманский тип. Он обрушивается с уничтожающей критикой на мусульманское духовенство, представленное в Степи преимущественно «полуграмотными муллами из татар и фанатичными выходцами из Средней Азии». Получив европейское образование и оставаясь верным сыном своего народа, Валиханов видит возможность цивилизации для казахов только через сближение с русской культурой, в том числе и с православием. На преданность татарского духовенства рассчитывать не приходится. Это доказало поведение крымских татар во время войны с Турцией. Казанские татары столь же не расположены к России, как и крымские. Примечательно, что антимусульманская направленность критики Валиханова соединена с протестом против Анатолий Ремнёв. Татары в казахской степи... 13 в 1880-х годах степной генерал-губернатор Г. А. Колпаковский так 27 оценивал современную ему ситуацию в казахской степи : «...Старые нравственные устои народной жизни расшатаны, а новых еще не создано, естественно, что народ ищет духовной опоры в религии и поэтому прислушивается к проповеди вероучения Магомета, распространяемой купцами татарами и бухарцами». У казахов, по его убеждению, благодаря их собственным нравственно-бытовым правилам, вытекавшим из родового строя народной жизни, сохранился своего рода иммунитет к исламу. Государство пока ограждает «религиозный индифферентизм» казахов от мусульманского учения, но оно насаждается тайными проповедниками из татар. Весьма показательно, какую лексику члены комиссии используют для обоснования необходимости пересмотреть прежнюю политику и какие обвинения они адресуют исламу в целом: отличается «изуверством, фанатизмом и отчуждением от цивилизованных народов». «Фанатизм» и производные от него определения — лейтмотив в заключении комиссии: с одной стороны, «фанатическое настроение» мусульман, «фанатический до изуверства» исламизм у башкир и татар, грозящие «заразить» казахов «духом нетерпимости и фанатизма»; с другой, обнадеживающий «нефанатический характер» казахов и их «равнодушие» к исламу. «Нецивилизованность» и «дикость» казахов в российском ориенталистском дискурсе наделяются теперь явно позитивным смыслом. Башкиры, у которых степень мусульманизации и татаризации была заметно выше, чем у казахов, представляются имперским властям нетрудолюбивыми, невежественными, равнодушными к собственному благосостоянию, необщительными с русскими и недоброжелательными к империи. Описания же казахов изобилуют более благожелательными характеристиками, по уровеню умственного и экономического состояния казахи определенно ставятся выше башкир 28. «В массе этого населения незаметно недостатка трудолюбия и к улучшению своего благосостояния и вообще можно сказать с уверенностью, что киргизы народ способный к труду, более или менее промышленный и имеющий в себе много задатков для лучшего будущего; но задатки эти еще весьма слабы...» Поэтому нужно спешить : 29