Е. Е. Н е р а з и к
И З И СТОРИ И ХО РЕЗМ СК О ГО СЕЛ ЬСК О ГО Ж И Л И Щ А

Археологические и этнографические работы все больше подтверж­
даю т мысль о несомненном влиянии древних традиций на формирование
культуры населения Средней Азии в настоящ ее время. Археологи вскры­
ли обширные участки застройки на руинах древних городов и сельских
поселений. В ряде случаев поэтому удается проследить связь между
древним и современным среднеазиатским жилищ ем. Н аиболее изучен­
ным в настоящ ее время является, пожалуй, сельское жилищ е Х орезм ­
ского оазиса. Работы Хорезмской археолого-этнографической экспеди­
ции Института этнографии АН СССР
дали
материалы,
позво­
ляющие проследить в общих чертах историю формирования сельского
жилищ а Х орезма, которому и посвящается данная статья. Основным
объектом наш его исследования являются жилищ а узбеков южного Хо­
резм а, характерные для конца XIX — начала XX в. (их строили там в
середине 40-х годов XX в .). Планировка этих жилищ сложилась, как мы
постараемся показать, на протяжении веков и стала традиционной для
Хорезмского оазиса. В несколько измененном виде эта планировка лег­
ла в основу строительства современных колхозных домов '.
И сследователи хорезм ского ю ж ноузбекского жилища уж е давно
обратили внимание на его сходство с древними хорезмскими постройка­
ми. О днако поскольку самые эти древние постройки до последнего вре­
мени были ещ е недостаточно изучены ввиду отсутствия многих проме­
жуточных звеньев, сопоставление древнего и современного жилища но­
сило общий характер.
Так, В. Л . Воронина ещ е в 1949 г. считала, что «особый, весьма лю ­
бопытный в архитектурном отношении тип жилья представляют укреп­
ленные усадьбы Х орезма, сохранивш ие почти нетронутыми черты глу­
бокой архаики и раннего средневековья» 2.
М. В. Сазонова детально сопоставила небольшой дом Якуббая Д ж уманиязова из Турткульского района Каракалпакской АССР с домом
XII в., открытым в средневековом Кават-Калинском оазисе на террито­
рии той ж е республики, отметив как сходство плана в целом, так и
сходство в размещ ении одинаковых по назначению пом ещ ений3 (рис. 1).
В.
А. Л авров примерно в эти годы попытался проследить эволюцию
хорезм ского жилищ а, начиная с глубокой древности. Полной и закон­
ченной картины, однако, не получилось ввиду недостатка материала.
П о сущ еству тогда было известно лишь несколько жилых башен в
усадьбах Беркут-Калинского оазиса (V II— V III вв.) и одна усадьба в
Кават-Калинском оазисе (XII — начало XIII в .). Всего этого было явно
недостаточно для того, чтобы составить полное и четкое представление
о древнем жилищ е, не говоря уж е о создании эволюционного ряда. К то1 А. Н. Ж и л и н а , Традиционны е черты в современном ж илищ е Хорезма, «Сов.
этнография», 1969, № 3.
2 В. Л . В о р о н и н а , Узбекское народное жилище, «Сов. этнография», 1949, № 2,
стр. 81, 82.
3 М. В. С а з о н о в а , К этнографии узбеков ю жного Хорезма, «Труды Хорезмской
археолого-этнографической экспедиции», т. 1, М., 1952, стр. 283.
43

хозяйственно-географическими условиями, а в некоторых случаях и не
без влияния новых пришлых этнических групп, прослеживается тот ж е
тип сельского дом а. При этом если на дальних западных окраинах,
возле Ак-К.алы и Ш ехрлика, дом а с центральным коридором встречаются
относительно редко, то по мере продвижения на восток, ближе к Ам у­
дарье, количество их возрастает. Н аиболее выразительные виды этого
типа жилья обнаруж ены в поселении близ развалин античного городища
Акча-Гелин, по имени которого оно и названо.
П оселение протянулось на несколько километров вдоль русла боль­
шого канала; онб состояло из нескольких крупных групп — своеобраз­
ных хуторов, включавших и жилые дом а и хозяйственные постройки.
Интересующ ий нас тип дом а повторялся в каж дом хуторе. Как и в дом е
№ 20 из зам ахш арского поселения, одну половину подобной постройки
составляли две одинаковые по плану жилые комнаты, а д р у г у ю —-х о ­
зяйственные. Облик жилых комнат такж е не отличается от открытых в
дом ах XII — начала XIII в. П о-видимому, одна из них, расположенная
непосредственно у входа, являлась м и хм ан-ханой. В коридоре, на этот
раз сквозном, обнаруж ен тандыр для выпечки лепешек и отопительный
очаг в виде круглой выемки в невысокой глинобитной суфе. Характер­
ной особенностью плана является выделение центра коридора благодаря
изменению толщины стен, которое можно рассматривать как попытку
придать плану центрическую композицию. Н ад входной частью коридо­
ра возм ож ен второй эта ж (рис. 1, И ) .
Сопоставляя эти в общ ем-то однотипные дом а X II— XIV вв. с домами
узбеков ю ж ного Х орезм а, нельзя не видеть в них большого сходства
как с точки зрения общ ей композиции, осью которой являлся централь­
ный коридор, так и располож ения жилых и хозяйственных помещений.
В исследованных нами дом ах нет разделения на жилую и хозяйствен­
ную части, что характерно, как мы видели, для небольших домов узбеков
южного Х орезма. Д а л ее мож но думать, что у ж е в жилищ ах V II— VIII вв.
сущ ествовали такие выразительные элементы планировки хорезмских
ю ж ноузбекских жилищ как двухэтаж ны е телеки. Наличие ж е их в дом ах
последую щ их периодов несомненно. Труднее установить время возникно­
вения высоких а й ван ов, столь характерных для архитектуры хивинского
жилищ а. В развалинах сельских дом ов Хорезма X II—XIV вв., где со­
хранились в основном только фундаменты стен, выделить высокие по­
мещения трудно. Тем не менее можно доказать, что в некоторых хор езм ­
ских постройках, например в донж оне Якке-П арсана, имелись высокие
двусветные помещения. Центральная комната этого донжона выделена
стенами значительно большей толщины, нежели в других комнатах з д а ­
ния. Расчеты показали, что центральное купольное помещение по высоте
превышало остальные. Есть некоторые основания предполагать, что та­
кие а й ва н ы имелись и в крупных дом ах X II— XIV вв., тем более что
центральные двусветные залы были неотъемлемой чертой многих круп­
ных жилых построек V II— XII вв. на территории ю жной Туркмении,
архитектура которой развивалась сходными с хорезмийской путями 8.
В ообщ е ж е высокий двусветный зал часто встречается в архитектурных
сооруж ениях стран Востока начиная с глубокой др ев н ости 9. В жилом
народном строительстве узбеков ю жного Х орезма высокий центральный
айван более характерен для городского жилья, в сельских ж е дом ах его
строили сбоку от коридора, занимавш его, как мы видели, центральное
положение в планировке. М ожно, однако, думать, что строились и сель­
ские дом а, подобны е городским, тем более что дом а с центральным
ай ва н о м есть в современных сельских поселках и существовали, как по­
казано выше, в Х орезм е ещ е в давние времена.
8 Г. А. П у г а ч е н к о в а , П ути развития архитектуры южного Туркменистана
поры рабовладения и ф еодализм а, М., 1958, стр. 206—208.
9 См. Г. А. К о ш е л е н к о , К ультура П арфии, М., 1966, стр. 121— 130.
47

Рис. 2. Д ом X II — начала X III в. в поселении близ Зам ахш ара. (Ц ифрами обо­
значены номера ком нат).

крупная ж илая ячейка имела центральный коридор и четыре комнаты,
располагавш иеся попарно в каж дой половине. По сущ еству, это тот же
описанный выше тип дом а для небольшой семьи, но включенный как
органическая часть в состав более крупной жилой постройки. Одна из
комнат этой ячейки была жилой с обычным кухонным очагом, две —
кладовыми для хранения продуктов и одна была предназначена для
отдыха: в ней был переносный отопительный очаг. Д ругая половина
дом а такж е разграничена параллельными стенками на двух-трехкомнатные секции, но помещения здесь очень велики — 40— 50 м 2. Н азначе­
ние их угады вается с трудом, так как они лишены какой-либо «мебели»,
а слой, накопившийся над полом, совершенно стерилен и очень невелик.
М ож но предположить, что это и внутренние дворики и комнаты для
хранения какой-либо хозяйственной утвари. Здесь же. находилась трехкомнатная секция, отделанная гораздо богаче аналогичных секций ю ж ­
ной половины дом а. Очаг и ташна в ней облицованы обожженными кир­
пичами, кое-где обож ж енны ми кирпичами выложен пол. Н аходка пре­
красного поливного люстрового сосуда, скорее всего привозного, усили­
вает впечатление парадности этих комнат. Вероятно, эта секция была
м и х м а н -х а н о й . В описываемой половине обнаруж ено несколько кладо­
вых с многочисленными ямами в полу.
Н ам каж ется несомненным, что этот дом был разделен на жилую и,
вероятно, хозяйственную части. Его планировка заставляет вспомнить
описание дом а хивинцев, данное М. И. Иваниным, посетившим Хивин­
ское ханство в середине прошлого столетия. По его словам, «каждый
хозяин вокруг своего двора делает глиняную стену или вал толщиной
1 саж ., а вышиной 1, 2 саж . и более. Д вор бывает разгорож ен надвое: в
передней части, т. е. в примыкающей к дороге или к каналу, устраива4 С о в е т ск а я э т н о гр а ф и я , № 3

49

Рис. 4. Б аш н я в хаули А вез-М акрама близ Хивы.

такж е органически входивший в общ ую застройку; обширные залы или
внутренние дворики. В то ж е время располож ение всех этих элементов
во всех случаях различно. В Якке-П арсане застройка огромного домамассива, каким был замок, лимитировалась крепостными сооруж ения­
ми: мощными стенами с оборонительными башнями и жилой башнейдинжоном, узкое пространство м еж ду которыми и отводилось под за ­
стройку.
Нельзя не сравнить донж он, мощно высящийся на огромном пахсовом цоколе, над жилыми и хозяйственными комплексами, с любопыт­
ными башнями, обнаруженны ми в загородны х хивинских постройках,
например в хаули А вез-М акрам а 13 (рис 4 ). Эти башни очень похожи на
раннесредневековы е донжоны своими очертаниями, конструкцией, а
такж е располож ением в системе общ ей планировки усадьбы. Однако в
стенах одной из комнат каж дой из этих башен имеются многочисленные
мелкие нишки, имевшие декоративное значение, что вызывает ассоциа­
ции у ж е с другими постройками — каптар-хана (буквально — голубят­
ня) сельских уса деб Х орезм а X II— XIII вв. Впрочем, полагают, что кап­
тар-хана в архитектурном отношении прямо продолж аю т донжоны
V II— V III вв. и, следовательно, в появлении в XIX— XX вв. таких «гиб­
ридов», как хивинские башни, нет ничего удивительного. Д обавим , кста­
ти, что донж он Якке-П арсана представляет ту ж е центрического плана
ячейку, которая в разных сочетаниях повторяется в крупных загородных
сельских комплексах и хаули состоятельных людей в Хивинском оазисе.
Центрическая планировка была столь широко распространена в раз­
ные времена на Востоке, что на этом не стоит специально останавли­
ваться, достаточно вспомнить скромные месопотамские жилые построй­
ки с внутренним двориком 14 и обширные дворцы, такие как сасанидский
дворец в Ф ирузабаде 15 или гораздо более поздний Таш-Хаули в Хиве 16,
13 Н а эти своеобразные сооруж ения наше внимание обратил Г. П. Снесарев; мы
пользуемся случаем принести ему свою искреннюю признательность.
14 F. C u m o n t , F ouilles de D oura-E uropos, P aris, 1926, p. 20; C. W o o l l e y , E x ­
cav atio n s a t U r, 1930—01, «The A ntiq u aries Jo u rn al» , vol. XI, № 4, 1931, p. 360—362 я др.
15 О. R e u t h e r , S a sa n ia n architecture, «Survey of P ersian Art», v. I, London —
N ew York, 1938, p. 535, fig. 150.
16 В. А. Л а в p о в, Указ. раб., стр. 126, рис. 240.

4*

51