ВВЕДЕНИЕ
Основная часть материала, включенного в сборник, была собрана^
в ходе работы над восточными письменными источниками по истории
киргизов и Киргизии, проводившейся, в Институте востоковедения*
АН СССР с 1954 по 1957 г. Работа по отбору и переводу этого материала производилась по инициативе Киргизского филиала АН СССР'
(ныне Академии наук Киргизской ССР) и была вызвана необходимостью привлечения более широкого круга письменных источников при
исследовании истории киргизов и Киргизии, многие ранние этапы которой (вплоть до XVIII и начала XIX в.) до, сих пор еще недостаточно
изучены.
При подготовке сборника были привлечены вышедшие за последние годы издания источников для корректировки переводов извлечений из них, выполненных по прежним изданиям или по рукописям.
Все переводы были вновь проверены и отредактированы, примечания!
уточнены с учетом новой исследовательской и справочной литературы.
В сборник включены также переводы извлечений из двух источников*,
введенных в научный обиход после 1957. г.: уйгурской рукописи «Рафик ат-талибин», списанной А. М. Мугиновым \ и сочинения «Маджму
ат-таварих», описанного и изданного (в фрагментах по списку восточ2
ного факультета ЛГУ) А. Т. Тагирджановым .
В сборник вошли извлечения из 20 'источников на арабском, персидском и .тюркских языках. Половина из них—источники неопубликованные, переводы извлечений из них выполнены' по рукописным
текстам. При отборе текстов из опубликованных источников для
1
включения переводов в этот сборник дредлочтение отдавалось мате риалам, при работе над которыми можно -было -использовать-. новые
издания текстов, вышедшие за последние годы. Большинство п^реэодов сделаны из источников, не переводившихся ни на русский, на а з
западноевропейские языки.
... < ^
(
Рассматривая настоящий сборник как. первый . выпуск «Материалов по истории киргизов и Киргизии», мы; стремились цри его комплектовании использовать новый материал (неизвестные и малоизвестные рукописи) и обеспечить.надежность текстов* положенных в основу
для переводов (привлекались новые, издания ;и;.лучшие рукописные
списки), чтобы дать исследователям историй, киргизов и Киргизии
сведения из труднодоступных источников. Эти сведения помогут утрчV А. М. М у г и но в, Описание уйгурских рукописей Института народов Азии
АН СССР, стр. 179, № 340 (полностью выходные данные Приводятся в библиографий;
:
см, стр. '247—249. наст. изд.).
"" '•• '-' * \'"- ••'• '
. . - : : :;
.'
о : ч[о :
s
2
А. Т. Т а г и р д ж а н о в, Описание таджикских ж'Персидских рукописей Воёт<йного отдела библиотеки ЛГУ, т. 1. История^ биотрафкя; геог|рафия, стр. 153-—158>
Г
:
M!li
«Собрание'историй» Маджму- ат-таварйх.
:^
"
•
'
•
' -"
i

а

важные этапы формирования киргизской народности на Тянь-Шане,
все известия о кара-китаях, имеющиеся в сочинении Ибн ал-Асира,
могут оказаться полезными при исследовании различных .вопросов
истории киргизов и Киргизии. В наш сборник вошло все то, что Ибн
ал-Асир сообщает о кара-китаях, в том числе и рассказы о событиях,
происходивших в областях, находящихся далеко от Тянь-Шаня (например, о войнах кара-китаев с Гуридами).
Сведения о монгольском нашествии и непосредственно предшествовавших ему событиях содержатся в извлечениях из сочинения Мухаммада ан-Нисави, посвященного жизнеописанию Джалал ад-Дина.
Включенный в сборник перевод из этого сочинения выполнен по изданию текста, опубликованному О. Уда в Париже в 1891 г., с привлечением рукописи, переписанной шейхом Тантави и хранящейся под
4
шифром С 811 в собрании ЛО ИВАН . Филологическая работа над
текстом, проведенная с использованием этой рукописи и с учетом чтения ее шейхом Тантави, дала возможность осуществить русский перевод извлечений, более надежный и основательный, чем перевод.
О. Уда, к нашему времени значительно устаревший и несвободный
от неточностей.
Во включенных во вторую часть сборника переводах из сочинений
тимуридского времени имеется значительный материал о политических
и военных событиях главным образом второй половины XIV и первой
половины XV в., содержащийся в рассказах о походах Тимура и его
преемников и в описаниях сражений, происходивших на территории
современной Киргизии и в непосредственно примыкающих к ней областях. Для изучения событий политической истории XIV в., происходивших в северо-восточной части Средней Азии, особенно ценны сведения, извлеченные из сочинения Му'ин ад-Дина Натанзи «Аноним
5
Искандара» .
Во входящих в третью часть переводах из Тарих-и Кашгар сообщаются сведения об участии киргизских военачальников в событиях
XVI—XVII вв. в Восточном Туркестане, а в извлечениях из кокандских
повествовательных источников кроме известий, характеризующих
роль киргизских военачальников в политической жизни Ферганы и
Кокандского ханства в XVIII—XIX вв., имеются упоминания о восстаниях киргизов против кокандских властей в первой половине XIX в.
Для исследования вопросов социально-экономической истории извлечения из повествовательных источников дают мало материала^
а документальных источников по средневековой истории, относящихся:
непосредственно к территории современного Киргизстана, пока не
обнаружено. Немногочисленные сведения, отчасти характеризующие
социальное устройство и государственные порядки, встречаются в сочинении Ибн ал-Асира Кигаб ал-камил фи-т-та'рих и в «Анониме Искандара», в остальных источниках таких сведений еще меньше. Некоторые результаты может дать сравнительное изучение социальных и
административных терминов, -применявшихся авторами источников.
В извлечениях из географических сочинений, вошедших в основном
4

Об издании текста см. стр. 249 наст. изд.
5
Г
В исследовании «Анонима Искандара» большие заслуги принадлежат В. В. Бартольду, который ввел этот источник в научный обиход и установил имя его автора
(см. ниже, наст, изд., стр. 112). В своих исторических трудах В. В. Бартольд использовал сведения из этого источника, но в незначительной степени; «Аноним Искандара»
остается источником, почти не использованным историками; небольшие фрагменты из
него, относящиеся к истории Золотой Орды, переведены на русский язык (см. СМИЗО,
II, стр. 11, 126-138).

В то же время такие термины, как «чигиль», «кипчак», «могол»
(«монгол»), употреблялись в определенные периоды в собирательном
значении, и этими терминами в письменных источниках могли обозначаться киргизы или отдельные «племена, входившие или вошедшие
э
впоследствии в состав киргизской народности . В самом раннем упоминании о киргизах (хырхызах) у арабских географов, которое принадлежит Ибн Хордадбеху (IX в.), о них говорится при перечислении
соседей тогузгузов, причем рядом с хырхызами упомянуты тюргеши,
азкиш(и) и кипчаки; далее сообщается, что в стране хырхызов имеется
мускус, после чего сказано, что харлухи и халаджи «живут по эту
10
сторону реки» . Сведения Ибн Хордадбеха и других ранних авторов
показывают, что к киргизам были близки по территории, образу
жизни и обычаям кипчаки и кимаки, азы, халлухи, чигили. Фрагменты,
содержащие сведения не только о самих киргизах, но и о близких к
ним племенах и народностях, имеющиеся в использованных для составления издаваемого сборника источниках, полностью переведены
на русский язык; часть их публикуется в первом выпуске, остальные
предполагается включить во второй выпуск.
Наиболее обширный историко-этнографический материал о киргизах и близких к ним племенах раннего средневековья содержится в
географическом сочинении Худуд ал-*алам (80-е годы X в.). Публикуемые здесь переводы извлечений из этого источника выполнены с
учетом нового иранского издания текста, вышедшего в Тегеране в
11
1962 г. . Имеющиеся в Худуд ал-*алам сведения относятся в основном к киргизам (хырхызам), жившим намного севернее Тянь-Шаня,
т. е. к енисейским киргизам. Но наряду с этим в источнике есть несколько упоминаний о хырхызах и их отдельных группах как о непосредственных соседях племен, занимавших территорию нынешней
Киргизии и примыкающие к ней области. Сообщения автора Худуд
х
ал- алам представляют большой интерес для истории киргизского народа, но допускают различные толкования, так как характер исторических взаимосвязей между северными и тяньшаньскими киргизами
остается невыясненным. Поскольку в последующих письменных источниках пока не обнаружено сообщений о киргизах на Тянь-Шане и в
примыкающих к нему областях вплоть до XV—XVI вв., когда впервые
появляются бесспорные известия о них, вопрос о времени распространения названия «киргизы» на Тянь-Шане остается открытым и возникли различные предположения о переселениях киргизов на Тянь12
Шань с Енисея, Алтая или из Восточного Туркестана .
9

Махмуд Кашгарский (см. МИТТ, т. I, стр. 311) сообщал о том, что. у гузов
чигилями называли (по мнению этого автора — ошибочно) всех тюрок, живущих «от
Джейхуна до Верхнего Китая»; см. также: В. В. Б а р т о л ь д , Соч., т. II, ч. 1, стр. 578—
579. О каркаринских кипчаках» как народе Манаса, героя киргизского эпоса, см.:
В. В. Б а р т о л ь д , Киргизы, стр. 541, прим. 55. О термине «моголы» см.: К. Р и т т е р ,
Землеведение..., пер. В. В. Григорьева, вып. II, Дополнения, стр. 313—315, прим. 47 и
51; сведения о названиях «могольских» племен в ст.: В. П. Ю д и н , О родоплеменном
составе могулов Могулистана и Могулии и их этнических связях с казахским и другими соседними народами. *
10
BGA, VI, стр. 31.
11
Об этом издании см. наст, изд., стр. 35 и прим. 3.
12
См.: В. В. Б а р т о л ' ь д , Киргизы, стр. 509—510 и прим. 24—27; стр. 512—514
и прим. 3—9. О предполагаемых передвижениях киргизов из Иртышско-Енисейского
междуречья на Тянь-Шань в первые столетия после монгольского нашествия см.:
К. И. П е т р ов, К истории движения киргизов на Тянь-Шань и ,их взаимоотношения
с ойратами в XIII—XIV вв. Положения К. И. Петрова оспаривает О. Караев
{К вопросу о передвижении киргизов на Тянь-Шань и ассимиляция ими местных племен в XIII—XV вв., стр. 115—122). Обзор гипотез см. в ИК (1968), стр. 143—150.