АКАДЕМИЯ • HsAVtf t y f - Н М в Н О Н О ^ U P.E, ТРУДЫ ют ноту РКМЕНИОТ лырнрй% АРХЕОЛОГИЧЕСКОЙ , КОМПЛЕКСНОЙ ЭНОПДДйШи ЙаДАТЬЧЬШВО .АКАДЕМИИ НАУК ТУРКМЕНСКОЙ ОСУ АШХА5АД-19Ы М А Т Е Р И А Л Ы ПО АРХЕОЛОГИИ МЕРВА археологическими и, по возможности, комплексными экспедициями. При этом нельзя упускать из вида, что.хотя каждый город имеет свою доста­ точно индивидуальную историю, она всегда тесно связана с судьбами его страны. Как в отрыве от истории последней нельзя изучать и пра­ вильно понять процесс развития города, так и историю страны за пе­ риод классового общества нельзя полностью осмыслить, если брать ее изолированно от прошлого входивших в ее состав городов. Среднеазиатская советская археология всегда уделяла особое вни­ мание именно крупным местным древним городам исходя из того, что их археолого-топографическое изучение в самом широком понимании, с охватом развития производства, ремесла, торговли, классовой борьбы и т. п., представляет собой часть истории общества. Исключительное многообразие в их культурных наслоениях следов деятельности прошлых поколений, в том числе бесчисленных вещественных материалов всяких категорий от керамических черепков до монет, предметов искусства и памятников_письменности, дало археологам возможность плодотворно участвовать в разрешении вопросов по периодизации истории всех рес­ публик Средней Азии. Уместно напомнить, что достаточно резко наме­ тившемуся после работ 1933 года на памятнике кушанского времени Айрытамской археологической экспедиции Узкомстариса вопросу о воз­ можном наличии в далеком прошлом Средней Азии рабовладельческого общества начало практического разрешения было положено Термезской археологической комплексной экспедицией (ТАКЭ), заложившей свои первые раскопы на обширном городище Старого Термеза в 1936 го­ ду и продолжавшей их до 1938 года включительно. В результате четы­ рех полевых сезонов удалось на археологическом материале впервые показать, что Термез, известный до того по письменным источникам со времени незадолго до арабского завоевания в VII в., в действительно­ сти имеет более чем двухтысячелетнюю историю; что он возник в пору рабовладельческого общества, когда в долине Сурхана была создана и основная ирригационная система; что расцвет рабовладельческого Тер­ меза приходится на время вхождения в состав государства «великих ку­ шан» и что наступивший затем кризис рабовладельческой формации, приведший 2 к некоторому упадку города, закончился еще до арабского завоевания . Позднее учрежденная многолетняя Хорезмская археологоэтнографнческая экспедиция, охватившая низовья Аму-Дарьи и рабо­ тавшая на более широком материале, дала для Хорезма ту же схему периодизации, что и ТАҚЭ по Термезу, лишь с небольшими несовпаде­ ниями в датировках отдельных моментов. Был пересмотрен археологами одновременно и вопрос об истории Самарканда. Если до того считалось сомнительным отождествление его с Маракандой древнегреческих источников, а начало жизни на месте городища Афрасиаб В. Л. Вяткин относил к IV—V вв. н. э.3, то средне­ азиатской археологии уже в 30-х годах удалось документально доказать, что Самарканд имел сложную и длительную историю развития еще за период рабовладельческого общества. Было установлено, что поселение территории Афрасиаба, безусловно соответствовавшей Мараканде, су­ ществовало уже может быть к середине I тысячелетия до н. э. и в пору вхождения в состав государства Ахеменидов имело крупные размеры. Разрушенная по распоряжению Александра Македонского, в наказание за второе восстание согдийцев в 328 г. до н. э., Мараканда воз8 «Развалины Старого Мерва»8, равной которой кет ни на одном языке ни по одному из городов Среднего Востока. В начале нынешнего сто­ летия В. В. Бартольд дополнил этот труд своей работой «К истории Мерва», внеся отдельные коррективы и введя в научный обиход ряд9 новых сведений, почерпнутых у средневековых восточных авторов . После того он же сообщил немало дополнительных фактов по истории Мерва, упоминая их\ в различных своих трудах. При всем том и B. А. Жуковский, и В. В. Бартольд в самой малой степени касались вре­ мени, предшествующего арабскому завоеванию. В этом отношении очень характерно, что в упомянутой монографии за весь более чем полутысячелетний период истории города с середины III в. до н. э. и до начала IV в. н. э., имеется лишь одна фраза: «Положение Мерва в дни греко-бактрийского владычества, к сожале-шю, остается в пол­ 10 нейшей неизвестности» и нет совершенно ничего о городе поры су­ ществования Парфянского государства, что объясняется уровнем евро­ пейской науки конца прошлого столетия в части парфянской пробле­ мы, с одной стороны, и изученности среднеазиатских археологических памятников, с другой. Из археологических мероприятий можно упомя­ нуть разведку, осуществленную в восьмидесятых годах А. В. Комаро­ вым, и закладку в 1904 году нескольких шурфов на Эрк-кале и Гяуркале участниками американской экспедиции Института имени Карнеги. На основании полученных при этом материалов, из которых нумизма­ тические были определены А. К. Марковым, а надписи на фрагментах керамики и лопаточных костях животных К- 3. Залеманом и В. В. Радловым, члены американской экспедиции никаких новых выводов по истории Мерва не дали, за исключением ошибочного установления по монетным находкам 11 III в. н. э. в качестве terminus post quern для всей керамики Гяур-калы . После Великой Октябрьской социалистической революции Ста­ рый Мерв был включен в список объектов, взятых по постановлению ЦИК и СНК Туркреспубликн от 27 марта 1923 г. на государственный учет и охрану по линии Туркомстариса. Изучение городища и находив­ шихся на нем архитектурных памятников предусматривалось планами центральных, среднеазиатских и туркменистанских научных организа­ ций, которые частично и были осуществлены. В 1927 г. Старый Мерв посетили В. Л. Вяткин и Б. Н. Засыпкин, интересовавшиеся тогда в основном архитектурными объектами. В 1929 г. проживший в Байрам Али свыше полумесяца А. Ю. Якубовский при ознакомлении с городи­ щем осуществил хорошую фотофиксацию его архитектурных памятни­ ков. В 1935 и 1937 гг. изучением их занимались Н. М. Бачинский и В. И. Пилявский. В 1937 г. А. А. Марущенко и Б. Б. Пиотровский произвели раскопки в двух пунктах внутри Эрк-калы—на центральном бугре и на возвышении в северо-западной части крепости. Результа­ ты этой работы до начала деятельности ЮТАКЭ оставались неизвест­ 12 ными, так как в свое время не были опубликованы . По той же при­ чине не вошли в научный обиход небольшие раскопки в Старом Мерве средневековых керамических печей, вскрытие которых производилось C. А. Ершовым и С. А. Судаковым. Несмотря на то, что при обследовании Старого Мерва с 1917. года до учреждения ЮТАКЭ было установлено некоторое количество но- ю