А К А Д Е М И Я НАУК СССР ИНСТИТУТ НАРОДОВ АЗИИ ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ РУССКОГО ВОСТОКОВЕДЕНИЯ С б о р н и к VI ИЗДАТЕЛЬСТВО ВОСТОЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Москва 1963 Из истории первого высшего востоковедного учебного заведения 305 русского консула в Кашгаре Николая Федоровича Петров­ ского (1837—1908), подолгу жившего в Ташкенте7. С. Ф. Ольденбург вел оживленную переписку с некото­ рыми туркестановедами8, 1Внимательно следил за туркестановедческой литературой, откликался на нее своими рецен­ зиями и т. д. 9. Известно, наконец, что С. Ф. Ольденбург был страстным приверженцем идеи организации новых учебно-востоковед­ ных учреждений типа институтов не только в России, но и русских «институтов в азиатских странах зарубежного Восто­ ка, идеи, ему особенно дорогой и, к сожалению, пока не осу­ ществившейся» 10. Упомянутая статья С. Ф. Ольденбурга нашла положитель­ ный отзвук на страницах газеты «Туркестанские ведомости»; редактором которой был тогда Н. Г. Маллицкий. Возможно, именно ему и принадлежит следующий текст, опубликован­ ный на страницах этой газеты (хотя более вероятно, на наш взгляд, авторство другого туркестановеда — Н. П. Остро­ умова) . «Высшая школа востоковедения в Ташкенте — такова блестящая идея, к которой совершенно независимо от туркестанцев, давно уже мечтавших об этом, пришел академик С. Ф. Ольденбург... Такое мнение тем более веско, что С. Ф. Ольденбург не занимается ни тюркскими наречиями, ни мусульманством, ни историей Востока, ни среднеазиат­ ским искусством. В устах лица, специализировавшегося на одном из упомянутых предметов, подобный отзыв еще мот быть объяснен пристрастием специалиста, эгоизмом ученого, готового забыть все ради процветания дорогой ему отрасли 7 С. Ф. Ольденбург, Памяти Николая Федоровича Петровского (1837—1908), — «Записки Восточного отделения Русского археологиче­ ского общества», т. XX, 1912, стр. 1—8; о Н. Ф. Петровском см., в част­ ности, Б. В. Лунин, Из истории русского востоковедения и археологии в Туркестане, Ташкент, 1958, стр. 74—75, 267 и др. 8 Ср. В. М. Алексеев, Сергей Федорович Ольденбург..., стр. 42. 9 Ср. его отзыв на одну из 'кн.: «Протоколы Туркестанского кружка любителей археологии», — «3аптеки Восточного отделения Русского ар­ хеологического общества», т. XII, 1899, стр. 27—>28, также: С. Ф. Ольден­ бург, Н . П. Остроумов, Сарты, — «Записки Восточного отделения Русского археологического общества», т. IX, 1896, стр. 304—305, рец. «Описание археологической и нумизматической коллекции, принадлежащих Таш­ кентскому музею и Туркестанскому археологическому кружку. Сост. Н. П. Остроумов и И. В. Аничков при участии студентов С.-Петербург­ ского университета М. и А. Ульяновых и Н. Остроумова», Ташкент, 1900; «Записки Восточного отделения Русского археологического обще­ ства», т. XIV, 1902, стр. 135, 136. 10 В. М. Алексеев, Сергей Федорович Ольденбург..-, стр. 42, 43. 20 Заказ 260 Из истории первого высшего востоковедного учебного заведения 307 Заслуживает особого внимания политическая аргумента­ ция организации высшей востоковедной школы в Ташкенте, как она понималась автором статьи. «Момент для возбуждения этого вопроса, — читаем мы,— крайне благоприятный. Никогда еще Россия не была более серьезно заинтересована делами персидскими, чем в настоя­ щее время. Настает та борьба за рынки, которая, по выраже­ нию английского оратора, составит содержание истории XX века, и одним из самых могучих орудий в этой борьбе будет наука. Подобные соображения вызвали к жизни Вла­ дивостокский институт; настало время поднять вопрос о соз­ дании подобного учреждения и в Ташкенте». Газета подчеркивала, что открытие в Ташкенте Восточ-. ного института было давней мечтой туркестанцев. Действи­ тельно, местные работники еще до появления статьи С. Ф.,Оль­ денбурга ставили вопрос об организации в Ташкенте Восточ­ ного института. Так, М. М. Вирский предлагал «учредить в Ташкенте Восточный институт, — по примеру такого же, ка­ кой недавно открыт во Владивостоке, для изучения языков, индустани, персидского, арабского, сартовского и киргизского, истории и географии Индии, Афганистана, Персии, Бухары, Хивы и других пограничных ханств, с тем чтобы окончившие полный курс преимущественно (назначались на все должности как административно-полицейского, так и других ведомств Туркестанского края... Окончившие курс в Восточном 'инсти­ туте принесли бы неисчислимые выгоды для правительства, они, если не всегда, то долго бы служили в Туркестанском крае и правительству далеко менее пришлось бы тратить деньги на прогоны и подъемные переводимых сюда на служ­ бу большей частью на три года, а самое большее уже на пять лет» 13. Статья С. Ф. Ольденбурга и выступление газеты «Турке­ станские ведомости» не замедлили обратить на себя внима­ ние В. В. Бартольда, всегда зорко и пристально следившего за научной жизнью Туркестана. В. В. Бартольд выступил с обширной статьей по затронутому вопросу на страницах тех же «Туркестанских ведомостей» 14. Его точка зрения была в корне отличной от взглядов С. Ф. Ольденбурга, поддержанных редакцией газеты. (Вне зависимости от вопроса, насколько был прав в своих 13 М. М. Вирский, и распрост ранения Ближ айш ие меры для упрочения русского влияния п р о свещ ен и я ср ед и туземцев Т уркест ан ского к рая, — «Туркестанские ведомости», 6.11.1900. 14 В. В. Бартольд, П о п о в о д у п р о е к т а станокие ведомости», 25.IV.il902. 20* С. Ф. О л ь д е н б у р г а , — «Турке' Из истории первого въюшего востоковедного учебного заведения 309 школы мотивами (недвусмысленно политического характера («борьба за рынки»), В. В. Бартольд как защитник «чистой науки» реагировал следующими словами: «Насколько при­ знается в настоящее время важность научных задач русского востоковедения, известно каждому, кто следил за газетными статьями о факультете восточных языков и его недостатках. Далеко не всеми признается, что деятельность восточного, как и всякого другого университетского факультета, должна определяться исключительно научными, а не политическими или коммерческими задачами (курсив наш. — Б. Л.)... При теоретическом знании восточных языков, при знакомстве с литературой, историей и географией восточных стран буду­ щему дипломату, чиновнику или коммерсанту нетрудно в ко­ роткое время «приобрести практическое знание нужного ему языка, ознакомиться с вопросами текущей политики, изучить условия коммерческой деятельности на Востоке и т. п. Жерт­ вовать полнотой научного образования ради того, чтобы в бу­ дущем избавить молодых людей от несложной самостоятель­ ной работы, значило бы вредить интересам не только науки, но и жизни. Все это, конечно, азбучные истины, но в приме­ нении к задачам востоковедения постоянно нарушаемые.А Если существует стремление подчинить даже программы вот сточного факультета узкопрактическим целям, то несомненно, что подобные требования в еще более категорической форме будут предъявлены к новой высшей школе. Владивостокский институт, на который, как на образец для проектируемого Ташкентского учебного заведения, указывают „Новое Время“ (№ 933S) и отчасти „Туркестанские Ведомости4*, пошел навстречу этим требованиям... Будущее покажет, насколько возможно соединить в одном учебном заведении научные за­ дачи с узкопрактическими; появившиеся до сих пор выпуски „Известий44 института, содержащие подробный отчет о пер­ вых годах его деятельности, едва ли дают повод к радужным надеждам. Для нашей цели достаточно отметить факт, что подобное учебное заведение не имеет ничего общего с той ученой школой, о которой говорится в статье С. Ф. Ольдент бурга». В заключение В. В. Бартольд пишет, что «едва ли можно сделать серьезное возражение против перенесения в Таш­ кент высших восточных школ, куда поступают молодые люди, не нуждающиеся в сложной теоретической подготовке или уже приобревшие таковую; мы имеем в виду, между прочим, и учебное отделение восточных языков при Министерстве ино­ странных дел с его офицерскими классами (мысль о перене­ сении последних в Ташкент давно уже была высказана на