В СГДРОМ

fej

ТЕРМЕЗЕ

902.6
H72

«Новые находки на Кара-тепе в Старом Термезе» — чет­
вертый выпуск материалов археологической экспедиции, уже
пятнадцать лет работающей близ Термеза. В нем помещены
статьи и заметки о новых находках экспедиции, обработке и
систематизации этих находок.
10602-195
Н
013(02)-75

255-75

© Главная редакция восточной литературы
издательства «Наука», 1975.

рийских и среднеперсидских надписей, терракот и фрагментов каменных
рельефов и архитектурных деталей, сведения об антропологических и па­
леопатологических исследованиях останков людей, результаты анализов
красок росписей и каменных рельефов, исследование вопросов политиь^
ской истории Бактрии — Тохаристана и аннотированную библиографию ра­
бот по Кара-тепе 1961—-1970 гг.
Настоящий сборник посвящен итогам изучения Кара-тепе в 1972 и
1973 гг. Как и ранее, полевые работы в эти годы осуществлялись экспеди­
цией, организованной совместными усилиями трех учреждений Министер­
ства культуры СССР — Государственного Эрмитажа, Государственного
музея искусства народов Востока (ГМИНВ) и Всесоюзной центральной
научно-исследовательской лаборатории по консервации и реставрации му­
зейных художественных ценностей (ВЦНИЛКР) при поддержке Институ­
3
та востоковедения АН СССР .
Раскопки Кара-тепе в 1972—1973 гг. велись в так называемых первой
и второй группах помещений. В первой группе, включавшей три двора,
два пещерных и один наземный храмы, наземное святилище и ряд вспо­
могательных пещерных и наземных помещений, основные работы велись в
центральной части, т. е. в комплексе Б, где завершены зачистка большого
храмового двора и извлечение из завала остатков сюжетной полихромной
росписи, украшавшей в древности стены одного из четырех колонных айванов. Вопреки ожиданиям в восточной стене двора оказался проход, ве­
дущий наружу или в какие-то дополнительные наземные помещения. Прин­
ципиальное значение для понимания устройства и архитектуры Кара-тепе
имеет обнаруженная Л. К. Сергеевой близ вершины холма, над пещерным
храмом П-П комплекса Б, наружная сырцовая постройка, исследование
которой, однако, пока что лишь начинается. Для истории Кара-тепе, а воз­
можно, и Термеза в целом важно открытие новых захоронений с кушаносасанидскими монетами, чайниковидными керамическими сосудами и дру­
гими изделиями; эти захоронения были совершены в уже покинутых на­
земных помещениях, поверх слоя запустения, во второй половине IV в.
н. э. и связаны, вероятно, как и вскрытые ранее групповые захоронения в
пещерных храмах П—I и П—II, с какой-то эпидемией.
В результате раскопок второй группы помещений, осуществляемых с
1971 г. отрядом ГМИНВ во главе с Н. С. и В. Л. Сычевыми, выявляется
новый комплекс В, включавший большой двор, в который с юга выходят
3

В полевых работах на Кара-тепе в 1972 г. участвовали: Б. Я. Ставиский (начальник экспедиции, зав. отделом ВЦНИЛКР), старшие научные
сотрудники ГМИНВ Н. С. Сычева, В. Л. Сычев, Э. В. Ганевская, научный
сотрудник ИВАН
СССР
Ф. А. Заславская,
художник-реставратор
ВЦНИЛКР Ю. М. Егоров, аспирант МГУ О. Н. Щеголев, архитектор
В. Г. Дончик, археолог Л. К. Сергеева, лаборант О. В. Семененко. В 1973 г.
на Кара-тепе работали: Б. Я. Ставиский, Н. С. и В. Л. Сычевы, Ю. М. Его­
ров, Л. К. Сергеева, В. Г. Дончик, О. В. Семененко, ст.'научн. сотр. ГТГ
Н. В. Розанова, сотрудники ВЦНИЛКР А. Д. Дорофеев и С. Ю. Внуков,
архитектор В. Б. Кузнецов, лаборант Т. И. Смирнова, а также — кратко­
временно — научные сотрудники ИВАН СССР индолог В. В. Вертоградова,
арабист С. Б. Певзнер и зав. сектором ВЦНИЛКР Л. А. Лелеков.
6

Учитывая крайне небольшое число известных сейчас науке памятников
бактрийской письменности, можно понять, что каждая новая публикация
бактрийских надписей Кара-тепе (а такие надписи мы находим практиче­
ски ежегодно) ведет к уточнению понимания не только изданных ранее
каратепинских надписей, но и аналогичных надписей Афганистана и Индо­
стана. Свидетельством этого служат публикуемые в сборнике статьи из­
вестного ленинградского ираниста В. А. Лившица и западногерманского
лингвиста проф. Хельмута Хумбаха, уже не раз уделявшего внимание каратепинским надписям (статья X. Хумбаха была, в частности, опубликова­
на в предыдущем, третьем, выпуске Материалов нашей экспедиции). Поновому осмысляются теперь и индийские надписи Кара-тепе, за публика­
цией которых столь пристально следят индологи всего мира: находка со­
суда с полностью сохранившейся надписью брахми, изданию и анализу
которой посвящена статья В. В. Вертоградовой, позволила поставить во­
прос о существовании в буддийском культовом центре на Кара-тепе нео­
бычных сосудов с надписями не дарственного, а поучительного характера,
отражающими дискуссии между различными школами буддизма. Арабистов
и медиевистов-востоковедов заинтересуют, вероятно, арабские надписиграффити, процарапанные на стенах пещер Кара-тепе через много столе­
тий после того, как они перестали служить буддийскими святынями; их
публикует С. Б. Певзнер, изучавший эти надписи на Кара-тепе и сделав­
ший их прорисовки в полевой сезон 1973 г. На одной из таблиц (илл. 10)
приведена также двуязычная надпись-граффити, оставленная на карнизе
входного сводчатого айвана пещеры III комплекса В посетителем, знав­
шим бактрийский и среднеперсидский языки: здесь дважды повторено одно
имя — Мирано (по-бактрийски; прочитано Б. Я. Стависким) и Михран (посреднеперсидски; прочитано В. Г. Лукониным).
Среди эпиграфических находок на Кара-тепе 1973 г. следует отметить
три фрагмента тонкостенного керамического сосуда с надписью, от которой
сохранилось семь знаков (пять — полностью, два—частично), близких
акшарам индийского письма кхароштхи. По определению В. В. Вертогра­
довой, это, скорее всего, знаки того вида письменности, который недавно
выявлен французским исследователем Ж. Фюсмаиом. Ж. Фюсман считает,
что эта разновидность была основана на кхароштхи и предназначалась
для записи одного из восточноиранских языков (см.: G. F u s s m a n , Do­
cuments epigraphiques kouchans, BEFEO, t. LXI, 1974, стр. 1—66). Четыре
акшары, тождественные написанным на сосуде из Кара-тепе, значатся в
таблице, составленной Ж. Фюсманом, причем три из них имеют характер­
ный диакритический знак, по-видимому, огласовку. Две акшары из Каратепе, очевидно, могут дополнить таблицу Фюсмана.
Большое место в настоящем сборнике занимает статья Н. С. Сычевой,
представляющая публикацию и исследование керамики Кара-тепе, над
которой Н. С. Сычева работает начиная с 1966 г. Возможно, что не все
.положения автора этой статьи будут признаны исследователями керамики
других археологических памятников Средней Азии и сопредельных обла­
стей и стран; вполне может быть, что последующие раскопки Кара-тепе
внесут дополнения или уточнения в выводы Н. С. Сычевой, но как публи8