M. X. ИСАМЙДДИНСа P. X. СУЛЕИМАНОВ

Отдельные данные о городах Южного Согда приводятся в гео­
графическом сочинении на персидском языке, известном под наз­
ванием «Худуд-ал-Алем» («Границы мира»). О городах долины
Кашкадарьи сообщают и арабские географы (Табари, Наршахи,
Гардизи, Ибн-ал-Асир, Ибн-Хаукал), а также проезжавшие через
Южный Согд в Афганистан и в Бухарское ханство русские чинов­
ники и любители старины из числа военных (Яворский, 1882, с.
64; Логофет, 1919, с. 559—591), члены Туркестанского кружка
любителей археологии Л. И. Зимин и И. Кастанье (Кастанье
1917, с. 26—80; Зимин, 1927, с. 197—214).
Систематические и планомерные раскопки в Южном Согде на­
чинаются только после Великой Отечественной войны.
В 1946 г. один из отрядов Амударьинской экспедиции во главе
с А. И. Тереножкиным провел археологические рекогносцировоч­
ные работы по нижнему течению Кашкадарьи, в которых было от­
мечено «необычайное изобилие археологических памятников» (Тереножкин, 1947а, с. 188). В эти же годы начинается многолетняя
работа С. К- Кабанова в Южном Согде. В результате его иссле­
дований в значительной степени стала известна материальная и
духовная культура древних жителей долины реки Кашкадарьи
вплоть до арабского завоевания! (см. Кабанов, 1955; 1957; 1963;
1973; 1978; 1981), были решены многие вопросы о периодизации
и этнокультурной принадлежности изученных памятников, уста­
новлении различий в материальной культуре среднего и нижнего
течения Кашкадарьи на рубеже древности и средневековья, в
III—IV вв. н. э.
В 1959—1964 гг. Махандарьинский археологический отряд под
руководством Я. Г. Гулямова обследовал древнюю трассу в низо­
вьях Кашкадарьи, уходящую к границам Бухарского оазиса
(Гулямов, 1963), где были обнаружены неолитические памятники.
В десятках пунктов к югу от озера Пайкенд найдены памятники
эпохи бронзы (Гулямов, Исламов, Аскаров, 1965, с. 194—196).
О наличии средневековых памятников в низовьях реки Кашка­
дарьи упоминается в работе А. Р. Мухамеджанова (Мухамеджанов,
1972, с. 55).
В 1963—1966 гг. создается Кешская археолого-топографическая
экспедиция во главе с M. E. Массовом. Ею в общем плане была
изучена топография столичных городов Каршинского оазиса
(Массой, 1973). Эта же экспедиция и в настоящее время работает
в верхнем течении Кашкадарьи. Цель ее заключается в учете
археологических памятников и нанесении их на карту. Одновре­
менно ведутся археологические раскопки на некоторых крупных
памятниках (Массой, 1977; Крашенинникова, 1968, 1977а, 19776;
Усманова, 1973а, 1977; Лунина, 1977; Лунина, Столярова, 1977;
Пругер, 1970).
С 1973 г. в связи с созданием Кашкадарьннской экспедиции
Института археологии АН УзССР начинается новый этап в исто­
рии изучения долины Кашкадарьи. Наряду с широкими разведоч4

Фиксация находок производилась при максимально дробном
членении слоев, по всем уловимым признакам, что в дальнейшем
дало возможность максимально объективно группировать комп­
лексы керамики выделенных микрослоев и прослоек. Попутно ис­
пользовалась для маркирования и сравнения уровня отложений
различных участков раскопов и фиксация по формальным ярусам
или горизонтам (высотой по 50 см каждый), что дополняло обще­
принятое маркирование по строительно-планировочным периодам
строений и их заполнений, образованных в результате обживания
по культурным слоям. Фиксация материалов в плане производи­
лась по помещениям, в отдельных случаях она дополнялась при
необходимости сеткой квадратов 2 м X 2 м. Классификация кера­
мики осуществлялась по комплексам, которые выявлялись при
сравнении коллекций различных слоев.
Раскопочные работы на квартале керамистов производил
М. X. Исамиддинов, раскопки фортификационных сооружений —
М. Туребеков, вскрытия! на храме городища — Р. X. Сулейманов и
Н. Нефедов. Остатки поселения V в. до н. э. Караултепе обнару­
жены впервые Б. Д. Кочневым и обследованы затем Р. X. Сулеймановым. Общее руководство изучением всего городища осуществ­
лялось Р. X. Сулеймановым.
Авторы выражают искреннюю благодарность А. М. Беленицкому и Б. И. Маршаку за ценные замечания и советы при написа­
нии работы.

конусовидных бугорков через каждые 17—18 м прекрасно чита­
ются в рельефе внешней стороны стены и по сей день (рис. 2).
Внешняя стена периметром более 4 км имеет неправильную кон­
фигурацию и окружает около 150 га площади (подробное описа­
ние городища см.: Кабанов, 1950, 1953а, б, 1977; Массой, 1973).
Следует отметить, что раскопами экспедиции были изучены в
различной степени производственные, общественные и оборони­
тельные сооружения городища. Раскоп 1 был заложен на город­
ском храме, находящемся к северо-востоку от центра городища.
Этот объект был представлен двумя холмами, наиболее крупный из

Рис. 2. Внутренняя оборонительная стена Еркургана.

которых был назван центральным, второй, более мелкий, — вос­
точным холмом, их окружали более мелкие всхолмления. На хра­
мовом комплексе было произведено три раскопа (Р-1 ЦХ, Р-1 ВХ,
Р-6). В восточном фасе между храмом и восточной стеной были
открыты руины квартала керамистов, в центральной и южной час­
тях которого были заложены основные стратиграфические раскопы
Р-5 и Р-13, а также Р-14 (рис. 1). В северной части городища
были частично вскрыты и изучены два самых крупных холма:
цитадель (Р-8), примыкавшая к внутренней стене в северном углу
ее, и дворец (Р-11). Ближе к центру были произведены вскрытия
на обширном возвышении, где были открыты жилые строения
(Р-2). В пределах внешнего города раскапывались два отдельно
стоящих высоких бугра. На одном из них, находящемся в север­
ной части, были открыты остатки зороастрииской дахмы (Р-3), на
8