УЗБЕКИСТОН РЕСПУБЛИҚ АСИ ФАНЛАР АҚ АДЕМИЯСИ
АКАДЕМИЯ НАУҚ РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН

ЎЗБЕКИСТОНДА

ИЖТИМОИЙ
ФАНЛАР

1995
5­6­7­8
ОБЩЕСТВЕННЫЕ
НАУКИ
В УЗБЕКИСТАНЕ
Издается с мая 1957 г. по 12 номеров в год

ТАШКЕНТ
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ФАН» АКАДЕМИИ НАУК РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН

ния этого популярнейшего символа в искусстве Древнего Востока и
Средней Азии.
Что касается процарапанного изображения «елочки», то оно вос­
производит «древо жизни» или «ось мироздания», что лежит в основе
древнейших культовых представлений как земледельцев юга, так и
скотоводческих народов евразийских степей. Фаллическое изображе­
ние— тоже однозначный символ плодородия.
Вся эта символика, возможно, также намекает на использование
подобных сосудов в празднование Науруза, но в среде простых горо­
жан. Солнечный диск, плывущий в лодке полумесяца, символизировал
в этом случае единение Солнца и Луны в день весеннего равноденствия,
начала Нового года. Кстати, главным божеством па новогоднем празд­
нике был Митра. Другие символы подчеркивали связь этого праздника
с идеей плодородия и размножения.
А. С. Меликян­Ширвани в оригинальном исследовании, посвящен­
ном быковидным сосудам, проанализировал средневековую поэтиче­
скую литературу и выделил метафоры и образы, в которых как бы
застыла идущая из глубины веков символика обрядов и приведены наз­
вания связанных с ними сосудов. У Рудаки, Асади Туей, Накджавани
название сосудов­быков — «такук» или в пехлевийском — «такок».
Преимущественно этот термин означал «быка или корову из керами­
ки, золота или других материалов». Отмечается, что термин вышел из
употребления в середине XI в., хотя сами сосуды продолжали изго­
товляться даже в XVI в. Кстати, именно литературные источники
разъясняют их функциональное назначение — «для питья вина». Ар­
хеология подтверждает преимущественное распространение в доислам­
ское время именно бычьих сосудов.
Фрагмент еще одного сосуда­быка обнаружен в Ташкенте на горо­
дище Шаштепа при раскопках здания солярной планировки (т. е. крес­
товины, вписанной в двойное кольцо стены). Хотя он найден в переот­
ложенном состоянии, фрагмент, видимо, принадлежал раннему сосуду,
связанному с материалом здания. Это скульптурное изображение го­
ловы молодого бычка па длинной шее (до 12 ем) с проработкой глаз
и ноздрей впадинами, с овальными ушами и приоткрытым ртом. Фраг­
мент близко напоминает деталь указанного выше сосуда из Северо­
Западного Ирана, отличаясь лишь отсутствием рогов у животного.
Еще одна находка сделана на городище Тешиккуприктепа и дати­
руется X в. Сохранилась часть слива в виде головы быка с лировид­
ными рогами, узкими ушами, глазами в виде двух налепов. Рога ухо­
дят на­ручку, соединявшую слив с отсутствующим сейчас верхним
наливным горлом. Лоб быка увенчан круглым плоским иалепом в виде
лучистого солярного знака.
Кроме быков, в оформлении сливов использовались образы других
животных. При раскопках храма V—VIII вв. н. э. на Актепа Чиланзар­
ском найден фрагмент стенки объемного сосуда со сливом в виде го­
ловы барана со свисающими рогами. Об особой популярности этого
священного животного14 в сарматско­кангюйской среде, почитавшегося,
по Б. А. Лнтвинскому , как воплощение божества удачи Фарна (Хва­
рена), свидетельствуют многочисленные находки так называемых ба­
раньих ручек кружек и кувшинов, а также «очажных подставок» каун­
чинской культуры.
В литературных источниках приведено название другой разновид­
ности зооморфных сосудов — «балог» или «палог», термин, заимство­
ванный, возможно, из пехлеви. Он обозначал ритон двух типов: а) окан­
чивающийся протомой животного; б) в виде полого рога.
14

80

Л и т в и н с к и й Б. А. Кангюйско­сарматский Фарн. Душанбе, 1968.

рога носорога, быка, бивня слона или выдолбленной ветви дерева»
(Ширазн, Вафаи, Тебризи). Можно добавить, что турьи рога — обя­
зательный атрибут славянских языческих божеств и употреблялись они
для культовых пиршеств. Питьевые рога широко употребляются у не­
которых народов Кавказа вплоть до современности.
Третий тип сосудов с зооморфной символикой — высокие кувшины
с горлом, оформленным в виде бычьей головы. Фрагменты именно этих
сосудов чаще всего встречаются в средневековых слоях среднеазиат­
ских городищ вплоть до XIII в. Подобная находка сделана в Ташкенте
на городище Бинкет. Это — горлышко кувшина зеленой поливы XI в.
Реалистично переданы мощные рога быка в виде полумесяца, глаза
показаны налепами, а на макушке — солярный кружок из перлов.
В поэзии средних веков эти кувшины именуются «виннымл быка­
ми». Так, у Хаканн можно прочесть: «Наливай рубиновую слюну изо
рта винного быка». И далее: «Вот утреннее вино! — раздается призыв
в кругу посвященных, и в это время виночерпий заставляет вытекать
кровь из головной жилы кувшина». Следующее далее двустишие по­
вествует о мистических танцах, сходных с танцами дервишей. В стихах
весьма прозрачно зыступает древняя первооснова обрядов и мистерий
и, как подчеркивает А. С. Меликян­Ширвапп, связь с зороастризмом.
У Дакики есть строки: «Среди прекрасных вещей в этом мире Дакикн
выбрал четыре — губы цвета граната, страдания лютни, вино, похожее
на свет луны, и религию Зороастра». Характерно, что вино "у зороаст­
рийцев не только ассоциировалось с кровью, но и сравнивалось с «жид­
ким солнечным светом». Даже в двустишии XVII в. можно прочесть:
«Виночерпий, принеси солнце зороастринцев, из­за которого высох
розарий религии...»
В одном из стихов приводится описание чтения Зендавесты в та­
верне в то время, как снаружи муэдзин призывает на мусульманскую
молитву. В таверне же хозяин приглашает поэта выпить, восклицая: «Где
же золотая ладья, в которой море рубинов, текущая из ноздрей сереб­
ряного быка?» Здесь примечательно указание на форму питьевой чаши,
которая также имела в древнюю эпоху свое ритуальное значение. Речь
идет о чаше в форме полумесяца, которую можно увидеть в руках пи­
рующих на фресках Пенджикента и Балалыктспа. Вспомним солнечный
диск, плывущий в лодке­полумесяце, 3 такие чаши­лодки наливалось
вино из винных быков в зороастрийскне праздники. Чаши­лодки повлия­
ли на мастеров­торевтов Европы, где в XVI—XVII вв. кубки из рако­
вин наутилусов, оправленные в драгоценные металлы с корабельной
оснасткой, стали модной продукцией на потребу знати.
Рассмотренные находки с городищ Ташкента с красноречивыми
астральными знаками и символами плодородия свидетельствуют в
пользу изначального культового назначения зооморфных сосудов для
возлияния вина, что подкрепляется данными, почерпнутыми из средне­
вековых литературных источников.

Искусство и архитектура
К. А. АБДУЛЛАЕВ

БАКТРИЯ­ГАНДХАРА
(Некоторые параллели в искусстве пластики)
В истории художественной культуры эллинистического Востока
особое место занимают памятники гандхарской школы ваяния. Не­
82

нкки ўғ ли — ал­Амин ва ал­Маъмунни ҳ ам даволаган Умуман эса, «Байт ал­ҳ ик­'
ма»да жамланган юнон, ҳ инд, форс ва туркнй тиллаги табобатга оид асарлар,
уларнинг араб тилига қ илинган таржималари, Бағ додда фаолият кўрсатган турли
миллат ва элатга мансуб бўлган табибларнинг тиббий мероси шарқ халқ лари та­
бобатн ривожннннг цуҳ нм бир босцичн самалнб келинадк.
Юқ орида кглтирилган мисоллар силсиласида шарқ кимс илмининг «отасн» дсб
зикр этиладиган Жобнр б. Ҳ айён нжодниинг энг юқ ори нуқ таси ҳ ам ал­Маъмун
даврига тўғ рн келишм ажаблапарлн ҳ ол эмас. Чункн, ўша давр нқ тнсоднй, нлмнй
•ва маданий ҳ аётнинг барча соҳ аларнда самарали изланишла,р ва йирнк кашфнёт.тарни
юэага келтирдн. Шу сабабдан ҳ ам ал­Маъмун ҳ укмронлнги ислом маданиятининг
энг гуллаган йиллари леб қ абул қ нлннган. Шубҳ асиз, бу юксалишни юзага чиқ и­
шида ал­Маъмуннннг илму­фанга кўрсатгаи ҳ омнйлиги зарурий омнллардан бўлган.
' Б. Абдуҳ алимов
КОНЬ В ВЕРОВАНИЯХ И ЭПОСАХ НАРОДОВ ПРИАРАЛЬЯ
С животным миром у народов Приаралья связано множество древних пред­
ставлений и обрядностей, о чем красноречиво свидетельствуют многочисленные дан­
ные мифологии, верований, фольклора, археологии и письменных источников. И это
не случайно, ибс^ на огромных степных просторах от Северного Причерноморья до
Алтая и Восточного Туркестана, от Уральских гор на севере до Иранского нагорья
на юге кочевали скотоводы, в том числе древние арии. Уже в «Авесте» приведены
некоторые сведения, говорящие об особом почитании арийцами коня как
священного
1
животного. Об этом свидетельствуют и имена мпогнх героев «Авесты» .
Предполагаемые предки каракалпаков — массагеты — единственным богом счи­
тали Солнце. Ему они приносили в жертву коней, полагая,
что
самому
быстрому
2
богу нужно жертвовать самое быстрое существо на свете .
С названием города Хазарасп связана легенда, гласящая, якобы его построил
гигант (дэв), который застал в этой местности
на
водопое
тысячу
крылатых
коней,
3
поймал их, обрезал им крылья и приручил . Археологами, проводившими раскопки
в 1957—1960 гг., установлена глубокая древность Хазараспа. Город существовал
еще в IV—III вв. до и. э.
О бронзовой фигуре вздыбленного коня, стоявшей до начала VIII
в.
напротив
4
зороастрнйского храма на Амударьн, сообщают китайские источники . По сведениям
китайских источников (II в. до н. э.), древние племена Средней Азии считали­за
высокую5 честь употреблять при заключении браков для сговорных даров быков и
лошадей . Они закалывали коня как жертвенное животное в день кончины сородича
и его похорон. В избранный день покойника вместе с его лошадью и вещами сжи­
гали, пепел собирали и зарывали в могилу в определенное
время
года.
Этот
обряд
6
совершали преимущественно в знатных, богатых семьях . •
По данным С. Г. Агаджанова, у огузскнх племен Средней Азии в IX—XIII вв.
конь считался одним из важных жертвенных божеств. В частности, при обряде
вызывания7 дождя в реку загоняли коня и не давали ему выйти, пока дождь не
начинался .
А. Вамберн, М. Н. Багданов (XIX в.) отмечали ритуальные8 функции коня в
свадебной обрядности и мифологии народов •низовьев Амударьн . Т. А. Жданко,
С. М. Абрамзон, Г. П. Снесарев, А. Т. Толсубаев в своих фундаментальных иссле­
дованиях на основе многочисленных данныл также свидетельствуют о традициях
культового почитания коня у народов Средней Азии и Казахстана, в том числе
у каракалпаков, с древнейшей поры до недавнего времени»..
1

Авеста. Душанбе, 1990. Гимн Солнцу. С. 52; Гимн Митре. С. 59; Б е л е н и ц ­
к и й А. М. Хуттальская лошадь в легенде и историческом предании//СА. 1948. № 4.
С. 162—167.
2
Г е р о д о т . История: В девяти книгах. Л., 1972. 3 кн., 117 пункт.
3
Т
о
л
с
т
о
е
С
П
.
Древний*
Хорезм.
М.,
1948.
С­
303.
4
С м и р и о в а О. Места домусульманскнх культов в Средней Азии//Страны
и народы
Востока.
Вып.
X.
М.,
1971.
С.
104.
s
Б и ч у р и н Н. Я. Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии
в древние времена. Т. I. M.; Л., 1950. С. 215.
6
Там
же.
С.
230.
7
А г а д ж а н о в С. Г. Огузскне племена Средней Азии. IX—XIII" вв. (истори­
ко­этнографнческий
очерк//Страны
и
народы
Востока.
Вып.
X.
М.,
1971.
С.
184.
8
В а м б е р и А. Очерки Средней Азии (Дополнения к путешествию по Сред­
ней Азии из Хпвы в Кунград и обратно). М., 1868. С. 352; Б а г д а н о в М. Н.
Очерки
природы
Хивинского
оазиса
и
пустыни
Кызыл­Кум.
Ташкент,
1882.
С.
54.
9
Ж д а н к о Т. А. Очерки исторической этнографии каракалпаков. М.; Л.,
1950. С. 50; А б р а м з о н С. М. Киргизы и их этногенетические и историко­куль­
турные связи. Л., 1971. С. 299; С н е с а р е в Г. П. Реликты домусульманскнх веро­
ваний и обрядов у узбеков Хорезма. М., 1969. С. 323; Т о л е у б а е в А. Т. Релик­
ты доисламских верований в семейной обрядности казахов. Алма­Ата, 1991. С. 137—
148.
40