А К А Д Е М И Я И Н С Т И Т У Т Н А У К С С С Р В О С Т О К О В Е Д Е Н И Я СОВЕТСКОЕ ВОСТОКОВЕДЕНИЕ II ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКВА АКАДЕМИИ 194 1 НАУК ЛЕН И Н ГРА Д СССР 8 Е. В. БУНАКОВ сить мнение по данному вопросу Оренбургского военного губернатора барона Ингельстрема и главнокомандующего кавказскими войсками (в Гру­ зии и Астрахани) графа Гудовича. Император утвердил решение Совета.1 Из всего сказанного видно, что и Непременный совет и тем более Бланкеннагель в качестве основного объекта для суждения имели военный захват Хивы и торговлю с ней. Торговля с Индией упоминается лишь в качестве одного из многих аргументов и отнюдь не важнейшего для обоснования активного вмешательства в дела узбекских ханств. Характерно, что и самый отказ от завоевания Хивы Непременный совет мотивирует опас­ ностью вызвать внешнеполитические осложнения и вовлечь Россию в войну с «завидующими России» несреднеазиатскими державами. Принципиаль­ ных же разногласий у Совета с Бланкеннагелем нет. Следует вообще отме­ тить, что центральное русское правительство в последнем десятилетии X V III в. хотя и проявляет повышенный интерес к делам узбекских ханств, однако обставляет свои сношения с ними крайне осторожно. Так, посланные в 1794 г. в Бухару и Ташкент Г. Бурнашев и А. Безносиков получили письма к местным узбекским правителям не от центрального правительства, а от генерал-губернатора Западной Сибири ген. Штрандмана.2 Та же осто­ рожность была проявлена и при посылке того же Г. Бурнашева (и Поспе­ лова) в Ташкент в 1800 г., поскольку в 1794 г. Бухара не пропустила его в Ташкент.3 Рассмотрим теперь позицию в этом вопросе местных русских властей в пограничных со Среднею Азиею районах, а также состояние торговых связей узбекских ханств с Россией в конце X V III и начале X IX вв. Так как точка зрения местных русских властей и, в первую очередь оренбургского военного губернатора, аргументировалась в значительной степени состоя­ нием торговли с ханствами, то мы считаем целесообразным сначала дать краткую характеристику этой торговли и лишь затем перейти к ознакомле­ нию с вышеупомянутой аргументацией. Данными о торговле России с узбекскими ханствами в конце X V III и начале X IX вв. мы располагаем лишь в отношении той ее части, которая шла через Оренбургский край и Астрахань. При этом достаточно подробные материалы мы имеем лишь для Оренбургского края. Сведениями по Запад­ ной Сибири, которую, кстати сказать, Непременный совет забыл или не нашел нужным запросить, мы не располагаем. Правда, через Западную Сибирь шла лишь небольшая часть торговли с Россией только одного из узбекских ханств — Коканда, а почти вся прочая торговля направлялась через два упомянутые выше района. Торговля с Хивою и Бухарою через Оренбургский край за время с 1787 по 1796 г. носила исключительно мено­ вой характер. Из России было отправлено в Бухару за указанный период на 3680.9 тыс. руб. по «истинной цене» (т. е. по рыночным ценам, суще­ ствовавшим тогда в России), а взамен ввезено товаров на 4158.3 тыс. руб.4 Таким образом в результате мены русские торговцы выиграли за 10 лет около 480 тыс. руО 3 л тот же период в Хиву было вывезено из России на 413.2 тыс. руб., а завезено из нее на 461.5 тыс. руб.5 Здесь выигрыш 1 Там же, л .17. 2 Путешествие от Сибирской линии до города Бухары в 1794 г. и обратно в 1795 г. Сиб. вестник за 1818 г., ч. II, СПб., 1818. 3 Путешествие от Сибирской линии до Ташкента и обратно в 1800 г. Сиб. вести, за 1818 г., ч. IV, СПб.,‘ 1818. 4 Арх. внутр. полит. Фонд Непрем. сов., д. № 155, л. 25. 5 Там ж е. В предшествующие годы эта меновая торговля была еще более выгодна для русских купцов. Так, в записке оренбургского губернатора Рейнсдорпа о недостат­ ках вверенной его управлению губернии 1770 г. (Вести. РГО, 1859, № 10) указывается, что «русский купец отъезжает в свой дом всегда с тройной прибылью и с потребным ему остатком суровых бухарских продуктов и таких товаров, кои в России почитаются весьма надобными». 10 Е. В. БУНАКОВ или 3% ввоза, прочие товары составляли 3% ввоза, а всего на сумму 732.2 тыс. руб. ассигнациями. б) П о в ы в о з у и з Р о с с и и . Золотых червонцев на 217.7 тыс. руб. или 40% вывоза, сукна и ткани (главным образом иностранного происхо­ ждения) на 112 тыс. руб. или 21% ввоза, гвоздики и кошенили на 83 тыс. руб. или 16% вывоза, мехов на 76 тыс. руб. или 15% вывоза, юфты красной на 16 тыс. руб. или 3% вывоза, прочие товары составляли 5% вывоза, а всего на 547 тыс. руб. ассигнациями. Анализируя приведенные данные, следует прежде всего констатировать общий рост товарообмена России с Бухарой по сравнению с предшествую­ щим десятилетием. Ввоз в Россию в 1801 г. почти на 50% больше макси­ мального годового ввоза предшествующих лет (502 тыс. руб. в 1795 г.). Далее обращает внимание исключительно большой удельный вес среди вывозимых из Бухары товаров хлопковой пряжи, хлопчатобумажных изде­ лий и хлопка-сырца. Вместе эти три группы товаров составляли 75% всего ввоза в Россию из Бухары. При этом почти 91% хлопковой группы товаров падал на полуфабрикаты, 5% на готовые изделия и лишь 2% на сырье. Такое соотношение находилось в тесной зависимости от характера хлоп­ чатобумажной промышленности России в этот период. Так, в 1805 г. в Рос­ сии имелось 59 бумаготкацких фабрик, 5 красильных и отделочных и ни одной бумагопрядильной.1 Относительно высокий удельный вес кожевен­ ного сырья (13%) в бухарском вывозе объясняется довольно бурным разви­ тием кожевенной промышленности в России и, в частности, в пограничной Оренбургской губернии. Уже в 1837 г. в губернии работало 59 кожевенных заводов.12 Ревень в основном реэкспортировался в Западную Европу.3 В вывозе из России бросается в глаза исключительно большая роль вывоза золота в червонцах (40% вывоза), а также значительная роль иностранного текстиля (21%). Усиленный вывоз золота объясняется главным образом гем, что до начала X IX в. из России был запрещен вывоз в азиатские страны металла и металлических изделий, а также хлеба, т. е. как раз тех изделий, которые в первую очередь могли служить предметом массового вывоза из России в азиатские страны.4 Некоторую роль в форсированном вывозе золота несомненно играло и стремление правительства Бухары накопить таким путем золотой фонд, поскольку собственной добычи золота у нее почти не было. Желание организовать поиски золота в Бухаре побудили бухарского эмира даже пригласить в 40-х годах из России «горную» миссию подполковника Бутенева. Значительное количество вывозимого в Бухару иностранного текстиля (бархат, сукна и т. д.) было вызвано отсутствием в России в начале X IX в. соответствующих собственных предприятий. Этот факт является доказательством того, что географические позиции России в торговле со Средней Азией уже тогда были благоприятнее, чем у Англии, если мы могли вывозить английские сукна в Бухару через всю страну. Что касается товарообмена с казахами, то он составил в 1801 г. по ввозу в Россию 333.2 руб., а по вывозу около 83 тыс. руб. по «истинным ценам». Из ввоза в Россию 99% приходилось на ввоз живого скота. В вывозе из России свыше 90% приходилось на долю текстиля и кожи (красная юфть). 1 Сборник сведений по истории и статистике внешней торговли России под ред. В. И. Покровского. Изд. Департамента таможенных сборов. СПб., 1902, стр. 275. 2 Отчет оренбургского военного губернатора за 1836 и 1837 гг. Арх. внутр. полит. Фонд. Деп. общих дел (по Совету), д. № 51, лл. 77—78. 3 Сборник сведений. . . ., стр. X X . 4 Следует, впрочем, оговориться, что из этого правила делались исключения. Т ак, в 1781 г. бухарскому эмиру, по его просьбе, было разрешёно закупить в России 3 тыс. пуд. меди. См. С. В. Ж у к о в с к и й , К истории сношений России с Бухарою и Хивою жонца X V III в. 12 Е. В. БУНАКОВ ливостию и исправностию в торгу приобрели и сохранили полный кредит у азиятцов и европейских купеческих контор внутри России, поелику теперь здесь существующие или банкруты или же маловажные комиссио­ неры».1 г) Изменение условий таможенного обложения азиатских купцов и р а з р е ш е н и е им п р о д а в а т ь с а м и м с в о и т о в а р ы в н у т р и Р о с с и и . Следует отметить, что общий тон письма несколько пессимистический. Чувствуется, что автор лишь по приказанию свыше измышляет различные способы увеличения торговли, но сам, в условиях малонаселенного, только еще создающегося края, мало верит в реальность своих предложений.12 Не случайно, что из четырех предложений Ингельстрома (а если откинуть, как явно нереальное,3 предложение конвоировать караваны, то даже из трех) два сводятся к поискам добросовестных купцов. Еще в 1836— 1841 гг. отчеты оренбургских губернаторов полны жалобами на отсутствие работников, их пьянство, воровство и т. д.45Д ля примера мы приведем данные, взятые нами из отчета оренбургского военного губер­ натора за 1836 и 1837 гг. об изменении в составе чиновников за один год/’ Было отрешено от должности 19 чел. «большею частию за нетрезвую жизнь и взятки».6 Было предано суду 111 чел. чиновников и большое количество членов земских судов. Новых чиновников за год было принято 120 чел. Точка зрения кавказских властей выражена в письме уже упоминав­ шегося ранее графа Гудовича на имя вице-канцлера от 24 X I 1797 г.7 Прежде всего следует отметить, что оно значительно лаконичнее письма И нгельстрома. Д а оно и понятно — торговые интересы Кавказа лежали прежде всего в Иране и Турции. Сообщив приведенные выше данные о размерах торговых оборотов с Хивою и отметив значительные размеры утечки золота вследствие запрещения вывоза металла, Гудович для увеличения товаро­ оборота с Хивою предлагает, во-первых, конвоировать торговые русские суда, идущие из Астрахани к восточным берегам Каспийского моря, для обеспечения их от нападения туркмен, а, во-вторых, избрать в качестве военно-торгового порта вместо Мангышлака, где нет воды, какой-либо дру­ гой пункт южнее по побережью, имеющий достаточное количество ее. В избранном таким путем пункте надлежит построить укрепление. Д ля более полного освещения точки зрения местных властей в конце X V III — начале X IX вв. мы считаем полезным привести здесь также соображения, изложенные в записке директора астраханской таможни Иванова и быв­ шего астраханского губернатора Аршеневского.8 Эта записка представлена в 1802 г. и содержит в себе, кроме уже упоминавшихся выше данных о тор­ говле с Хивою, еще и предложение построить укрепление на Мангышлаке, после чего часть туркменских родов, кочующих здесь, готова принять рус­ ское подданство. В качестве других полезных результатов от постройки укрепления указывается на облегчение условий для торговли с Хивою, а также на возможность в этом случае воздействовать на казахов, имеющих на Мангышлаке свои летние пастбища. По мнению авторов записки, казахи, 1 Там же, л . 26. 2 О крайней малолюдности края и слабом развитии его экономики достаточно ясное представление дает уже упоминавшаяся выше записка оренбургского губер­ натора Рейнсдорпа. 3 Единственный опыт такого конвоирования был сделан в 1824 г. Стоимость конвоя обошлась правительству в 230 тыс. руб., но несмотря на конвой караван был разграблен (В. В. Г р и г о р ь е в . Русская политика в отношении Средней Азии). 4 Арх. внутр. полит. Фонд Деп. общих дел (по Совету), д. № 126 за 1837 г., №59> за 1838 г., № 47 за 1839 г., № 57 за 1841 г. 5 Арх. внутр. полит. Фонд Деп. общих дел (по Совету), д. № 51. 6 Там же, л. 5. 7 Арх. внутр. полит. Фонд Непрем. сов., д. № 155, лл. 32—35. 8 Там ж е, д. № 305.