R А БУЛАТОВА

ДРЕВНЯЯ КУВА

долины. Он занимает самую восточную окраину Ферганской области и
граничит с севера и востока с Андижанской областью, а с юга — Киргиз­
ской ССР. Кувинский район орошается Кува-саем, который подпитывается водами Кара-Су. Кува-сай течет в ущелье между адырами Тал-мазар
и Керкидон и по выходе в оазис разбирается многочисленными каналами.
Ферганский канал проложен у Тал-мазара по южной окраине оази­
са; веер каналов как бы исходит из ущелья, где протекает Кува-сай. Этот
маленький оазис также изобилует памятниками материальной культуры
различных категорий: тут и могильники, и тепа-замки, и тепа-поселения
и город Кува.
Целевое обследование памятников Кувинского района было сделано
в 11956 г. археологом В. Д. Жуковым, составившим археологическую кар­
ту . В последующие годы (1957—1958 гг.) обследование района со
сбором материала повторил И. Ахраров, который нанес на карту
4 античных и 22 средневековых с античной основой памятника.
В 1964—1965 гг. в связи с установлением новых границ района были
проведены новые обследования с целью фиксации памятников на плане
района, глазомерной съемки их планов и установления
датировок
с
по­
2
мощью зачисток, разведочных шурфов и раскопок .
В результате этих работ удалось установить, что в новых границах
район имеет 33 памятника, делящихся на три хронологические группы:
однослойные (I вв. до н. э. и I вв. н. э.); однослойные раннесредневековые (IV—VII вв.); многослойные (с I в. до н. э. до начала XIII в.).
К первой группе относятся: Чилля-мазар, Чильтан-тепе, Безымян­
ное (по дороге на Андижан), Буистан-ата, тепе Кувинской МТС, Такьянтепе, Ходжа-Чилик-тепе, тепе в кишлаке Ура-Баши, Мулладжан-тепе,
Кош-тепе, Бёктемир.
Вторая группа включает в себя Яманджар-тепе, тепе у ст. Федченко,
Ox-тепе, Джар-тепе, Кизил-кетмен-тепе, Урус-мазар-тепе.
К третьей группе относятся Зиндан-тепе, Кувинское городище с рабадами, Ак-ата-бува-тепе, Зенгишт-тепе, Чарбобо.
На восьми объектах сделаны шурфы и зачистки, а на семи тепе не
проводилось археологических вскрытий и они не определены во времени.
Раскопки, произведенные на ряде объектов, выявили замки кушанского
времени из кирпича-сырца, раннефеодальные кешки и поселения, много­
слойные поселения и города с большим хронологическим диапазоном.
Период, наиболее насыщенный археологическими памятниками,—
первые века до н. э. и первые века н. э., когда воды Кува-сая орошали по'ля поселений, расположившихся на веере отводов питающего источника.
Куба была в это время крупным поселением, а может быть городом.
1

В. Д. РКухов. Обследование городища Старая Кува в 1956 г., КСИИМК.
вып. 80,
1960,
стр.
80;
Сообщение
яа
заседании
отдела,
взятое
из
протокола.
1
Работы проводились В. А. Булатовой и Д. П. Вархотовой.
4

Г

лава!

ГОРОДИЩЕ СРЕДНЕВЕКОВОЙ КУБЫ
Среди многочисленных средневековых поселений
Средней Азии большой интерес представляет многослойное городище ста­
рой Кувы—Кубы (в транскрипции древних авторов), находящееся на се­
веро-западной окраине Кувы — современного районного центра Ферган­
ской области.
Город Куба лежал на древнем торговом пути, связывающем Ферга­
ну с Кашгаром. Он был некогда вторым по значимости после Ахсыкета.
Источники (Макдиси, ибн Хаукаль) сообщают, что город имел хорошее
водоснабжение и развитое садоводство. Он стоял на реке того же назва­
ния, которая впадала в Сырдарью. В настоящее время река эта разби­
рается на орошение и бесследно исчезает среди полей.
К восточной окраине современной Кувы по дороге Андижан—Маргилан примыкает большое средневековое городище подквадратное в
плане. Его средневековое название Куба, донесенное до нас источника­
ми VIII и Хвв., почти не изменилось до сегодняшнего дня, если не счи­
тать смягчения звука «б».
Сейчас трудно судить о внешнем облике городища, так как его иска­
зили долговременные земляные выработки, производившиеся как окрест­
ными жителями, так и кирпичным заводом, расположившимся в центре
городища, и за его восточным фасом на территории рабада. Особенно
сильно пострадали восточный, западный и южный фасы шахристана, где
почти полностью уничтожен естественный рельеф и края городища вы­
глядят как отвесные обрывы.
У восточного края находятся кирпичеобжигательные печи и ямы для
примитивного изготовления асфальта, у западного — жилые постройки
окрестных жителей; у южного — жилые и производственные постройки
промкомбината, строительная контора, здания райгаза и склада. Кроме
того южная окраина шахристана рассечена шоссейной дорогой, ведущей
к Маргилану, а часть городища за дорогой была застроена в годы войны
жилыми зданиями.
6

2

симоб-кузача , на юге и западе — плотно заселенные кварталы, сред»
3
которых отмечено крупное производство симоб-кузача .
Уже в X в. в городе были цитадель, шахристан и рабад. Причем в
рабаде размещались: базар, дворец и тюрьма, а в разрушенной к тому
4
времени цитадели была соборная мечеть . Имелся в Кубе X в. и свой мо­
нетный двор, что впервые удалось установить Е. А. Давидович. Наличие
монетного двора — важное свидетельство экономического и политическо­
го значения города, хотя, как указывает Е. А. Давидович, он и выступа­
ет в качестве феодального удела. Саманидские эмиры, осуществляя вер­
ховную власть, фактическое владение и монетную регалию доверил»
5
своим сановникам .
Но Куба была известна не только в X в. Сведения о ней встречаются
и в более ранних источниках, характеризующих такое важное полити­
ческое событие VIII в., как борьбу народов Средней Азии за свою неза­
висимость. Так, Табари и Балами, описывая антиарабское движение в
Согде (720—722), упоминают имя Тара — царя Ферганы, который фак­
тически предал согдийцев арабам, разыграв комедию покровительства.
Но это предательство не избавило Фергану от вторжения арабов и гибе­
ли ее городов. Впоследствии, чтобы оградить Фергану от захватчиков,
Тару пришлось, отбросив хитроумную дипломатию, встать во главе ан­
тиарабской коалиции и поднять оружие. Куба упоминается при этом как
6
резиденция наследника престола .
Таким образом, в первой четверти VIII в. Фергана с ее городами ста­
ла военным ристалищем и претерпела все превратности вражеских на­
шествий. Однако в дальнейшем экономика этой цветущей области была
восстановлена и с IX в. вплоть до монгольского нашествия Куба слави­
7
лась своими ремеслами и торговлей .
2
3
4

Обследования И. Ахрарова, сделанные в 1956—1968 гг.
Обследования В. А. Булатовой 1959—1970 гг.
В. В. Б а о т о л ьд. Географический очерк Мавераннахра, т. I, M., 1963, стр.
214—217—220; О н ж е . Туркестан в эпоху монгольского нашествия, ч. II, СПб..
1900, стр. 159; Е. К. Б е т г е р. Извлечения из книги «Пути и страны» Абуд Касымд
ибн Хаукаля, Труды САГУ, «Археология Средней Азии», вып. IV, Ташкент, 1957,
стр. 26.
6
Е. А. Д а в и д о в и ч . Саманидские монеты Кубы, «Советская археология»,
№ 2, 1960, стр. 256.
* A. R. G i b b . Arabe conquest in Central Asia, London, 1923, s. 91. (указано
M. H. Федоровым); С. Г. К л я ш т о р н ы й. Из истории борьбы народов Средней Азии
против арабов, эпиграфика Востока, вып. IX, М.—Л., 1954, стр. 64; А. Д ж а д и л о в .
Согд накануне арабского нашествия и борьба согдийцев против арабских завоевателейв первой половине VIII в., Сталинабад, 1961, стр. 137; Т. К а д ы р о в а . Мавераннахр
и восстание Хариса ибн Сурейджа, ОНУ, №6, 1962, стр. 45.
7
Археологические материалы, добытые при исследовании шахристана археоло­
гом И. Ахраровым в 1956—1959 гг., позволяют дополнить В. В. Бартольда, который
указывал, что после X в. Куба не упоминается в источниках. Археологические данные
дают возможность утверждать, что Куба вплоть до XIII в. не утратила значения
крупного экономического центра Ферганы.
8