ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭРМИТАЖ Т Р У Д Ы л ОТДЕЛА ч ВОСТОКА том и ЛЕНИНГРАД • 1940 A. M. БЕЛЕНИЦКИЙ 192 О том, как выглядели павильоны и в чем выражалось „искусство ремесленников", наиболее полное представление дают рассказы источников, посвященные празднествам, устроенным в 1404 году Тимуром по его возвращении из индийского похода. Почти все авторы по истории Тимура, в том числе и Клавихо, отводят определенное место именно этим празднествам, так как они по своему блеску превосходили все предыдущие увеселения. У восточных авторов в данном случае описание полнее, чем у кастильского дипломата. Прежде всего, следует отметить одну незначительную деталь, которой отличается описание первых от описания Клавихо. Празднества были устроены в честь свадьбы не одного „внука", как об этом пишет Клавихо, 1 а нескольких, именно — Улугбека, сына Шахруха, Ибрагим Султана и Иджиль, сыновей Мираншаха, и двух сыновей Омар шейха-Ахмеда и Байкары. 2 Наиболее важные подробности интересующей нас стороны празднества, а именно участие ремесленников, мы находим у Шерефаддина и у ИбнАрабшаха. К сожалению, описание Шерефаддина, благодаря стихотворной форме, сильно растянуто. Растянуто оно и у ИбнАрабшаха, все сочинение которого написано белыми стихами, тем не менее картина получается достаточно яркая. Начну с описания Шерефаддина. „Так как, — пишет он, — августейшая мысль его величества Сахиб Кырана обратилась на веселье и радость, а согласно изречению: „Корни обогащаются за счет ветвей", изобилие радость и счастье стало всеобщим и лучи благоденствия и ликования проникли в мысли и великих и малых, „(в том числе) все цехи (аснаф) ремесленников и мастеровых раскрыли руки способностей, и каждый из них (тайифа) изобрел зрелище, достойное своего ремесла". Само описание устроенных зрелищ Шерефаддин дает в стихотворной форме. — Задумали люди каждой профессии — начинает он — устроить зрелище, подобающее их ремеслу. Люди всех классов — простые и благородные, Каждый по-своему показали нечто привлекательное. Продавцы драгоценностей красиво развесили нити из драгоценных камней. Царский кулах (головной убор) они разукрасили бессчетным числом дорогих камней. — Рубинами цвета граната, благородным лалом Сверленым и цельным (несверленым) жемчугом. Какими словами привлечь мне взоры 1 2 К л а в и х о , стр. 282. The Zafar-Namah, II, 605. 194 A. M. БЕЛЕНИЦКИЙ Раскрытый гранат со смеющимся ртом точно шкатулка, в которой рубины. Что сказал я! — Нет, не шкатулка, а курильница из золота, Каждое зерно блестит подобно звезде, От запаха фруктов и вблизи и вдали Весь пирующий народ благоухает, Плодам порядок придает красоту, блеск, яркость и очарование. Затем все мясники на свой лад Устроили множество редкостных зрелищ, Искусством превращен человек в барана, Одет он в шкуру без изъяна. Козлы, говорящие, золоторогие, шествовали один за другим. По виду (они) подобны козлам, но под оболочкой Периподобные, способные очаровать и сердце и душу людей, Пери умеют иногда волшебством менять свой внешний вид. (И здесь) периликие обрели новый образ, то в слоноподобных обратись, то в баранов. Таким же способом ловкие скорняки превратились (одни) в гепардов, (другие) в тигров, В шкуры различных зверей облачившись, Сами в них прятались, точно душа в теле. Обращали себя и по форме и цвету в лисиц, гепардов, гиен и барсов. По виду хищный зверь, но на деле пери. Что мне сказать об искусных мастерах веревок, способных расщепить и волос. Они вывели много верблюдов, Сделанных из дерева, камыша, веревок и паласов. Умело сделали они остов верблюда И спрятались в нем, дабы наглядно показать свое мастерство жителям мира. А сейчас, дабы речь не затянулась, Обратимся от мастеров веревок к чистильщикам хлопка. Они, совершенные в своем искусстве, Сделали из хлопка множество птиц с оперением и крыльями. Легко построить минарет из кирпича и глины, Но трудно (соорудить) его из очищенного хлопка. Посмотри, как умело они это решили! Они предпочли минарет из хлопка и камыша. 196 A. M. БЕЛЕНИЦКИЙ Со всех сторон опускались веревки столбов — Сверху вниз, справа и слева. Ты бы сказал, что тот столб достигал неба, (А на нем) канатоходец был подобен не луне, а солнцу, Его щек блестящая луна устыдилась. Конец столба вознесся выше небесного свода. Качаясь на веревках, он был столь прекрасным, Что ты сказал бы — появились два солнца на небе. Он так легко и ловко взбирался по канату, Точно блестящая звезда по небесному куполу. Канатоходство было (все же) самым незначительным, Но если перечислить (все) подробности, то рассказ удлинится. Поэтому скажи каляму: вернись к прерванному рассказу. Это же празднество описывает другой современный автор — Ибн-Арабшах, который был, вероятно, и очевидцем их. Его описание по своему характеру сходно в основном с данными Шарефаддина. Особый интерес представляет конкретное описание нескольких предметов, сооруженных ремесленниками, которые не перечислены Шерефаддином. „И приказал он (Тимур) жителям города, рассказывает Ибн-Арабшах, чтобы они приготовили украшения.... и чтобы они вынесли их к месту, находящемуся на расстоянии около мили от Самарканда, называемому Кани Г и л ь . . . И извлекли жители города то, что у них было приготовлено из предметов убранства и украшения, и расположили их в порядке. Палатки заняли всю площадь на пространстве, пока хватал глаз. Каждый из жителей города выставил все, что он имел красивого. А ремесленники выказали старание (в показе того), что было связано с их ремеслом. Каждый из них усердствовал (в сооружении) зрелища, подобающего их профессии. Так, мастера цыновок устроили всадника с полным вооружением. Был он крайне тщательно отделан вплоть до ресниц и копыт. Полностью до мелочей снарядили его (всадника) оружием вроде лука, меча и другого вооружения, все это было сделано из камыша. И возвышался он (всадник) на своем месте без опор и подставок. А ткачи хлопка устроили павильоны и з хлопка, устойчивые, превосходные, по пропорциям — привлекательные, устройством — крепкие, по виду — прекрасные, белизной превосходили белки глаз черноокой (красавицы), совершенством устоев превосходили дворцы. 1 The Zafar-Namah, II, 605.