Азии на фоне истории и культуры всего региона, выявить уровень благоустройства раннесредневекового доисламскою города Сред­ ней Азии, проследить дальнейшее развитие городского благо­ устройства в развитом средневековье (IX—XIII вв.), выявить его преемственность и различие в эти периоды. Для разработки указанных вопросов проводились специальные работы на территории Пенджнкснта, Самарканда и Нессфа (Шуллюк­тепа). Объекты раскопок — водоемы, городские каналы, незастроенные площади, водопроводы, наслоения улиц—не типич­ ны для Средней Азии, поэтому потребовалась выработка спе­ циальной методики изучения: расчистка по прослойкам с деталь­ ной фиксацией всех твердых поверхностей и наслоений на археологических разрезах; фиксация находок, в частности керами­ ки, по микростратиграфин; увязка слоев дворов и улиц с разно­ временными полами или неоднократно перестраивавшимися стенами зданий. В результате использования этой методики удается проследить по изменениям улиц, водопроводов, водоемов, садов этапы жизни города. Специальное исследование по проблеме благоустройства сред­ неазиатского города важно как для истории Средней Азии, так и других стран Востока, с которыми Средняя Азия находилась в постоянных экономических и культурных связях. В. В. Бартольд, основываясь на сведениях письменных источ­ ников, первым охарактеризовал общую линию развития средне­ векового города. На примере столичных городов Мавераппахра (Мерв, Самарканд и Бухара) он показал, как постепенно услож­ нялась топография города. В его работах собраны сведения источников об улицах и водоснабжении среднеазиатских городов в IX—начале XIII в., которые являются важными показателями ­ городского благоустройства (Бартольд, т. I, I I I ) . В. Л. Воронина, исследовав Пенджикснт, Афрасиаб, Варахшу и и другие памятники Средней Азии, высказала мысль о благо­ устройстве жилищ раннефеодального города. Основываясь на пенджикентскнх материалах, она рассматривает освещение, вентиляцию, отопление и обстановку жилищ (Воронина, 1963). В другой своей работе, посвященной средневековым городам Средней Азии, В. Л. Воронина приводит некоторые конкретные данные по благоустройству города IX—XII вв. (Воронина, 1959, с. 102—104). Общую картину развития городской жизни в Средней Азии изучаемого периода мы находим в монографии А. М. Белепникого, И. Б. Бентович, О. Г. Большакова «Средневековый город Средней Азии» (Л., 1973). В рамках этой картины, отражающей уровень развития нашей науки, должны быть рассмотрены специальные вопросы истории благоустройства города. Среди работ О. Г. Большакова (I95G, 1971, 1973) особый инте­ рес представляет его последнее исследование, посвященное сред­ невековому городу Средней Азии конца VIII—иачала XIII в. 4 БЛАГОУСТРОЙСТВО РАННЕФЕОДАЛЬНОГО ГОРОДА Вопросы, связанные с историей раннефеодального города Средней Азии, давно привлекали внимание исследователей. В. В. Бартольд, основываясь на сведениях письменных источников, установил, что в доарабское время города состояли из двух отличных одна от другой частей: цитадели (кухендиза— арка) и собственно города (шахристана — медины) (Бартольд, т. IV, с. 173). Позднее были высказаны различные точки зрения на урбани­ зацию раннего средневековья Средней Азии. В. II. Лавров (1950), С. П. Толстов (1962) и О. А Сухарева (1958), не учитывая густой застройки раннесредневехового города, характеризовали его как «усадебный». В частности, О. А. Сухарева писала: «Город и его кварталы не утратили еще к началу VIII в. своего сельского облика. Его жители занимались земледелием. Их пашни находи­ лись на территории шахристана...» (1958, с. 29) (позже автор отказался от «усадебной» теории: Сухарева, 1976, с. 332). Такого рода высказынапия основывались преимущественно на известных повествованиях Наршахи о Бухаре и на наблюдениях, полученных в результате первоначального знакомства с археологическими памятниками Средней Азии. А. Ю. Якубовский также был одним из сторонников «усадеб­ ной» теории, но уже в первые годы раскопок на территории городища Пенджикент он обратил внимание на густоту застрой­ ки города раннего средневековья. Он писал об этом: «У шахриста­ на древнего Пенджикента имеется еще одна особенность, которую также необходимо отметить. Бугры—остатки здании—стоят близко один к другому, между ними небольшие полосы сво­ бодной земли, что исключает возможность видеть в зданиях строения усадебного типа» (Якубовский, 1951 а, с. 235). В. Л. Во­ ронина, основываясь на. результатах раскопок в Пенджикенте, выступила против «усадебной» застройки города. Но ей также не удалось дать более четкого определения характера застройки раннефеодального города (Воронина, 1959, с. 88—89). 6 уличной сети. Древний Пенджикент существовал на этом месте с V в. по 70­е годы VIII в. В V в. город был обнесен крепостной стеной, имел два храма и цитадель отдельно от шахрпстана, но был слабозастроенным. В начале VI в. Пенджикент обнесли внешней стеной, охватившей большую территорию (Беленнцкнй, Маршак, Распопова, 1976). Остатки внутренней стены обнару­ жены на VII, III объектах раскопок. Стена проходила с севера на юг. С наружной стороны к ней примыкал ров. В конце VII или начале VIII в. внутренняя стена потеряла свое значение и местами была снесена. Пространство между внутренней и наружной стенами остава­ лось слабо застроенным, место рва, прилегавшего к внутренней городской стене почти до середины первой четверти VIII в. не застраивалось. Предполагается, что в дальнейшем застрой­ ка данного участка была связана с появлением новых горо­ жан. Строительство домов и торгово­производственных построек на месте рва приходится на время правления Деваштича. Вполне возможно, что этот участок, принадлежавший городу, мог быть распродан городской общиной (пли сдан в аренду) определенным семьям, прибывшим из Самарканда в связи с захватом арабами при Кутейбе домов самаркандского шахрпстана. Именно в это время иенджикентский шахристан застраивается полностью, тем самым окончательно оформляется топография города и его улич­ ная сеть. Всего на территории городища Пенджикент прослежено семь отрезков улиц и двенадцать переулков разной длины и ширины, кроме которых предполагается наличие еще одной улицы и двух 2 переулков (рис. I) . Все они в основном исследованы на уровне верхнего слоя, а более ранние периоды изучены с помощью стратиграфических шурфов. Улицы отличаются от переулков функциями и устройством. Они являлись главными линиями ком­ муникаций и служили местом средоточення хозяйственной жизни города, т. е. вдоль них располагались производственные и торго­ вые постройки. На некоторых улицах прослеживаются водопро­ водные сооружения. В устройстве улиц четко выделяются тротуары и проезжая часть. Для вымостки тротуаров широко применялись камни. i У л и ц а 1 — одна из главных улиц восточной части шахрп­ стана Пенджнкента, идет с севера на юг, прослеживается на протяжении более 200 м. На севере она соединяется под прямым углом с улицей 8, а на юге выходит на незастроенную площадку. Направление улицы обусловлено направлением восточного рва внутренней стены. К западу от нее находятся строительные мас­ сивы, которые исследователи выделили в виде объектов XVII, VII, XX и III, а вдоль ее восточной стороны тянутся объекты VI, XIII и XIX. Вдоль улицы на объектах XIII и XX располагались ремесленные мастерские, а на объекте XVII раскопан небольшой 2 в Нумерация улиц и переулков имеет чисто условный характер.