Некоторые проблемы изучения этногенеза

29­

занятиях кельтеминарского населения. Выявлены имеющие фундамен­
тальное историческое значение хозяйственно­культурные различия
между северными и южными районами Узбекистана в период перехо­
да к эпохе бронзы. Если в Приаралье и вообще на севере преимущест­
венно были распространены заманбабинская, суярганская, тазабагь­
ябская и амирабадская культуры скотоводов и земледельцев, знанием
14
которых мы обязаны
в
первую
очередь
работам
С.
П.
Толстова
,
15
16
1г
Я. Г. Гулямова , А. А. Аскарова и М. А. Итиной , то на юге А. А. Ас­
каровым и Л. И. Альбаумом открыты и исследованы значительные зем­
ледельческие поселения,
входящие
в
ареал
высокоразвитых
культур
18
19
древневосточного типа , и культура крашеной керамики — Сапалли­
тепа, Джаркутан, Кучуктепа. Изучен богатый археологический ком­
плекс, найденный на этих поселениях; на основе палеоантропологи­
ческих исследований, осуществленных Т. К. Ходжайовым, реконструи­
рована палеодемографическая
картина;
прослежены
связи
с
другими
20
памятниками Средней Азии .
Начало изучения сложения городской культуры в Узбекистане свя­
зано с деятельностью
В.
Л.
Вяткина,
В.
А.
Шишкина,
А.
И.
Теренож­
21
кина на Афрасиабе . Их инициатива продолжена десятками археологов,
изучавших поселения городского типа не только на Афрасиабе,
но
и
на
221
городищах Ахсикент, Канка, Еркурган, Дальварзинтепа .
Едва ли не первое место по богатству и уровню культурного раз­
25
вития занимает дворец в Варахше, раскопанный В. А. Шишкиным .
Информация о многих других памятниках получила отражение как в
серийном издании «История материальной культуры Узбекистана»,
так и в отдельных монографиях. К периоду античного времени и эпо­
хе раннего средневековья относятся такие высочайшие образцы ис­
кусства, 24получившие мировое признание, как скульптура античного
25
Хорезма , исследованная
С.
П.
Толстовым;
скульптура
Халчаяна
и
26
Дальварзина
,
изученная
Г.
А.
Пугаченковой;
живопись
Балалыкте­
27
28
па , исследованная Альбаумом; скульптура Кувы , изученная
14

Т о л с т о е С. П. Древний Хорезм. Опыт историко­археологического исследо­
вания.16 М., 1948; е г о же. По древним дельтам Окса и Яксарта.
Г у л я м о в Я. Г. История орошения Хорезма с древнейших времен до наших
дней. 16Ташкент, 1957.
А с к а р о в А. А. Освоение земель древнего обводнения и орошения в эпоху
бронзы в низовьях Зарафшана и Қ ашкадарьн.— В кн.: «Первобытная культура в ни­
зовьях
Зарафшана»,
Ташкент,
1966.
17
И
т
и
н
а
М.
А.
История
степных
племен
Южного
Прнаралья.
М.,
1977.
18
А с к а р о в А. А. Древнеземледельческая культура эпохи бронзы юга Узбе­
кистана. Ташкент, 1977.
"я А с к а р о в А. А., А л ь б а у м Л. И. Поселение Кучуктепа. Ташкент, 1979.
Х о д ж а й о в Т. К. Антропологический состав населения эпохи бронзы Са­
паллитепа.
Ташкент,
1977.
21
В я т к и н В. Л. Афрасиаб — городище былого Самарканда. Археологический
очерк. Ташкент, 1927; Ш и ш к и н В. А. Кал'а­и­Афрасиаб. Работы Института исто­
рии и археологии АН УзССР по изучению домонгольского Самарканда (1945—
1966).— В кн.: «Афрасиаб>, вып. I, Ташкент, 1969; Т е р е н о ж к и н А. И. Вопросы
историко­археологической периодизации древнего Самарканда.— «Вопросы древней
истории», 1947, № 4 .
и
А с к а р о в А. А., Б у р я к о в Ю. Ф. Некоторые итоги и перспективы раз­
вития23археологии в Узбекистане.— «Советская археология», 1978, № 2.
Ш
и
ш
к
и
н
В.
А.
Варахша.
М.,
1963.
24
Т
о
л
с
т
о
е
С.
П.
По
древним
дельтам
Окса
и
Яксарта.
и
П у г а ч е н к о в а С. А. Халчаян. К проблеме художественной культуры Се­
верной
Бактрии.
Ташкент,
1966.
26
П у г а ч е н к о в а Г. А., Р т в е л а д з е Э. В. и др. Дальверзин­тепе — кушан­
ский этгород на юге Узбекистана. Ташкент, 1978.
АльбаумЛ.
И.
Балалык­тепе.
Ташкент,
1960.
28
Б у л а т о в а В. А. Древняя Кува. Ташкент, 1972.

Некоторые проблемы изучения этногенеза

31

40

и В. Я. Зезенковой . Ими были охвачены население разных областей
Узбекистана и представители многих родоплеменных групп, например
узбеки­кунграды. В результате удалось показать, что антропологиче­
ский состав узбекского народа в целом представляет собою довольно
сложный конгломерат, образовавшийся в ходе смешения европеоид­
ных и монголоидных компонентов.
На основе этих исследований в антропологической литературе
утвердилось перешедшее затем в исторические и этнографические ра­
боты мнение о принадлежности узбеков вместе с таджиками к особой
расе, которую А. И. Ярхо называл памиро­фергаиской, но более из­
вестной под данным ей Л. В. Ошаниным наименованием расы Сред­
неазиатского междуречья. Однако сейчас все четче выясняется, что
эта расовая общность не имеет внутреннего генетического единства
и представляет собой пучок локальных вариантов, морфологически,
а наверное, и генетически отличающихся один от другого. Европеоид­
ные и монголоидные компоненты, на основе смешения которых обра­
зовался антропологический состав узбекского народа, надо думать,
также имеют разное происхождение. Все это — материал для даль­
нейшей углубленной исследовательской работы.
Мы специально не касаемся здесь итогоз и перспектив лингвисти­
ческих исследований — это дело соответствующих специалистов. От­
метим лишь, что появилось уже много исследований, монографически
описывающих диалектный состав узбекского языка в сопоставлении
с диалектными ареалами других тюркских языков Средней Азии. Вы­
явлена и исследована фактическая база (в виде большого числа древ­
них литературных памятников) для истории сложения и хронологи­
ческой динамики узбекского языка. Но пока все эти данные слабо ин­
терпретированы в этногенстическом аспекте.
Все сказанное достаточно красноречиво демонстрирует громадные
масштабы проделанной работы и в то же время вплотную подводит
нас к тому, что еще остается сделать по сбору первичных данных и
этногенетическому освоению уже накопленной информации.
ill
Археологические раскопки, все шире осуществляемые на террито­
рии республики, несомненно, будут открывать все новые детали исто­
рического процесса, обогащая наши возможности в реконструкции
культуры и исторического прошлого древнего населения Узбекистана
и планомерно расширяя картину наших знаний. Безусловно, деталь­
ное сопоставление отдельных сторон культуры древних племен с эт­
нографически фиксируемыми культурой и бытом отдельных локаль­
ных и родоплеменных групп в составе узбекского народа будет по­
следовательно увеличивать число аналогий, позволит хронологически
датировать время их возникновения и, следовательно, расширить и
фактически укрепить историко­культурную базу этногенетических со­
поставлений. Однако само обилие и богатство известных нам архео­
логических памятников разных эпох, колоссальный объем добытого
при их раскопках материала, большое число исторических свиде­
тельств, которые могут быть сопоставлены с поздними памятника­
ми,— все это, отраженное в десятках монографических трудов, ждет
еще надлежащего суммирования в большом сводном издании. Краткое
40

О ш а н и н Л. В., З е з е н к о в а В. Я. Вопросы этногенеза народов Средней
Азии в свете данных антропологии.— В кн.: «Материалы к палеоантропологии Узбе­
кистана и Туркменистана», Ташкент, 1953.

Некоторые проблемы изучения этногенеза

33

40—50 родоплеменных и территориальных групп, в каждой из которых
были бы исследованы 100—150 человек. Кроме того, надо исследовать
по нескольку выборок и других народов Средней Азии, как относя­
щихся, так и не относящихся к тюркской языковой семье и проживаю­
щих за пределами Узбекистана. Это увеличивает число необходимых
выборок до 60—70, но только так можно поставить изучение антро­
пологического состава узбекского народа на твердую фактическую
базу.
Однако такое обследование далеко не исчерпывает проблемы изу­
чения антропологии узбеков и их этногенеза на основании антрополо­
гических данных. Кроме антропометрии (измерение головы и тела)
и антропоскопии (описание головы и тела), современная антрополо­
гия располагает мощными и достаточно чувствительными методами
анализа многих систем человеческого организма. В первую очередь,
речь идет о так называемых генетических маркерах, т. е. признаках
с уже установленным типом, как правило, простого наследования. Это
группы крови, типы сывороточных белков, отдельные ферменты. Ин­
формация об этих признаках получается при заборе крови в полевых
условиях, а обработка полученных образцов осуществляется в лабо­
ратории с применением стандартных биохимических методик. Немалое
значение в дополнение к изучению генетических маркеров имеют и
признаки, относящиеся к сфере мпкроморфологии, например вариации
ладонного и пальцевого рельефа, а также размеров и особенно мик­
роструктуры зубов.
Антропологические исследования в настоящее время приобретают
все более многосторонний и комплексный характер, и реализация этой
комплексности служит необходимой предпосылкой использования их
результатов в этногенетических целях. Информация о перечисленных
системах непременно должна быть получена параллельно с упомяну­
тыми данными по антропометрии и антропоскопии во всех родоплемен­
ных и локальных группах узбекского народа. Конечно, полная этноге­
нетическая интерпретация всех этих данных может быть успешно
осуществлена лишь после критической сводки всех палеоантропологи­
ческих материалов с территории Узбекистана и окружающих районов.
Такая сводка уже осуществляется в Институте археологии АН УзССР
силами антропологов во главе с Т. К. Ходжайовым и в ближайшее вре­
мя будет закончена.
В данной статье мы коснулись лишь некоторых важных вопросов
проблемы этногенеза узбекского народа. Их решение поставит рас­
смотрение этой кардинальной научной и политической проблемы на
уровень методологических требований современной науки, сформули­
рованных выше, т. е. комплексности подхода, анализа этногенеза в
многообразии локальных проявлений и охвата его в широких хроно­
логических рамках.
Комплексная разработка проблемы этногенеза требует многолет­
них целеустремленных полевых и стационарных исследований, вклю­
чая археологические раскопки погребальных памятников разных пе­
риодов по всей республике; сбор этнографических материалов путем
систематических экспедиционных выездов, с организацией топоними­
ческих и лингвистических экспедиций в различные районы республи­
ки; тщательную подготовку перевода сведений античных авторов о на­
родах Средней Азии и сбор средневековых арабоязычных и персид­
ских источников, касающихся вопросов этногенеза узбекского народа;
проведение широких полевых и лабораторных исследований по попу­
ляционной генетике и т. д.
3­250