КРАСНАЯ

НОВЬ

ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ
И НАУЧНО-ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ

№ 12

ДЕКАБРЬ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ
МОСКВА
1928

ИЗДАТЕЛЬСТВО
ЛЕНИНГРАД

В

КОЛХОЗАХ

ПОД

САМАРКАНДОМ

231

района. Председатель коммуны (женатый на европейке), бывший секретарь Самаркандского окружного комитета партии, отдает распоряжение
0 том, чтобы для нас приготовили закуску. Через несколько минут на
подносе подается с полсотни яиц (— От своих кур,
— вставляет председатель), приносится большая пиала с молоком, чайник, маленькие пиалы,
арбуз, дыня и помидоры. Кругом усаживаются руководители коммуны —
бородатые узбеки в чалмах. Ибрагимов говорит им, что я — из Москвы
и желаю знать о всех достижениях и недостатках артели. Сначала хозяева сосредоточенно молчат, как будто соображая, чего в коммуне больше:
достижений или упущений. Потом председатель начинает говорить:
— Недостатков много. Недостатки не по нашей вине. Коммуна организовалась в марте месяце. Тогда же мы начали просить об отпуске
кредитов на жилищное строительство. Но Сельхозбанк почему-то оттягивал отпуск средств. Летом можно жить под открытым небом. Теперь
ночи холодные, а мы только приступаем к постройке квартир, потому
что лишь несколько дней назад получили часть кредитов. На сорок семей
цам нужно тридцать тысяч, а отпущено только восемь.
— Сначала нам говорили: «Мы построим для вас дворцы». Теперь
нам предлагают: «Стройте жилище, как знаете, только по возможности
европейского типа и поскорее». На-днях мы приступаем к постройке
двух корпусов по десяти квартир в каждом.
— Поселились мы На заброшенной земле, которая не обрабатывалась пятнадцать лет. Оросительная система была разрушена. Восстановление арыков заняло много времени. Из-за этого мы посеяли разных культур не столько, сколько хотели.
— Большой урон мы потерпели из-за ошибки специалистов агроцентра. Для богары они прислали нам поливную пшеницу. Наши члены
артели говорили: «Не надо нам таких семян, они не взойдут, земля пропадет, труд пропадет, средства пропадут». Специалисты спрашивали:
«Кто больше знает — вы или мы?» Пришлось сеять. Конечно, из этого.
ничего не получилось: ни одно зерно не проросло.
Я не замечаю,

как мой

седобородый

сосед

подкладывает

мне

пол-

дюжину очищенных от скорлупки якц.
— Рахмат (спасибо), —говорю я, прикладывая правую руку к сердцу.
— Мархамат клиньк (кушайте пожалуйста), — просит он, а сам
все чистит и чистит яйца и разбрасывает их, как резиновые мячики,
всем участникам трапезы.
— Правление распределяет членов артели на работы, — продолжает председатель. — Каждый делает то, что умеет. Иногда отдельные
лица скандалят, не хотят подчиняться постановлению правления. В таких случаях приходится убеждать, а если убеждение не помогает, грозить исключением. Исключения все боятся, как огня, потому что убедуились в пользе артельного хозяйства. До объединения каждый страдал
от недостатка воды. Одиночка не получал кредитов. Про узбека была псговорка: «Узбек ничего не знает, только работать знает. Девять месяцев
работает, три месяца ест». Узбек дехкан всегда живет
впроголодь:
лепешка и кок-чай
— все его питание. Объединившись в артель, мы
стали получать воду, кредиты, мы имеем возможность хорошо питаться.
В здешнем районе дехкане никогда не сеяли картофеля. В коммуне мы
решили посеять на пробу один танап (четверть десятины). Урожай получился прекрасный. Телерь все поняли, что картофель — выгодная культура. На будущий год сделаем опыт посадки по американскому способу.
Я выпил уже не одну пиалу чаю, съел несколько яиц. Передо мною
ноложили разрезанную дыню. (Ибрагимов, чувствуя себя ине совсем здо

В КОЛХОЗАХ

ПОД

САМАРКАНДОМ

233

кровь в основание печки: тогда она будет хорошо обжигать кирпичи.
Построишь дом, сто лет простоит. Долго живут кирпичи, пропитанные
кровяным духом. Бухарские минареты тысячу лет простояли. Еще простоят пять тысяч лет, потому что в их основании жертвенная кровь
пролита». Я сказал мастеру: «Партийному человеку не подобает признавать твоего фанатизма»... Тогда: он купил козленка на свои деньги. и выпустил в печку кровь. Я был против этого.
Мы подошли к мастеру. Спросили у него:
— Зачем ты зарезал козленка?
Мастер в свою очередь спросил у нас:
—. Зачем русские печники обрызгивают кирпичи водкой? Здесь
водки нет. Вот почему я зарезал козленка.

_ „| Мы улыбнулись и отошли

от строящейся
ж

Алянга — в переводе

*

печки.

жЖ

пламя.

В колхозе «Алянга» мы никого не застали дома, если можно назвать
домом единственное полуразрушенное хауле, служащее приютом для
двенадцати членов, татар по национальности.
— Жилищ вы не увидите почти ни в одном колхозе, — сказал мне
Ибрагимов. — Самаркандский

тов виновата

Москва.

в кунжутный

сноп.

с.-х. банк говорит, что в задержке

креди-

Мы поехали к тому месту, где строились конюшни для колхоза.
Слева от дороги мы увидели много развалившихся жилищ. Когда-то
здесь был большой кишлак.
— Куда же подевалось все население?
— Одни вырезаны басмачами, другие сами покинули насиженные
места.
От строителей конюшни
— туркмен — мы узнали, что все члены артели «Алянга» в поле косят кунжут. Когда мы подъехали к кунжутному
полю, жнецы оставили работу и подошли к нам с приветствиями.
Сначала в артели было пятнадцать членов (бывшие служащие и
безработные батраки). Потом трое выбыло. Один (учитель) ушел потому,
что не приспособлен к земледельческому труду, другому вреден здешний климат, у третьего жена не захотела жить в дикой заброшенной
местности.
Председатель артели (бывший учитель) «оставил учительство с
целью — быть поближе к природе».
— Исполняю заветы Руссо, — улыбнулся он, ловко воткнув серп
Внимание путешественника всегда привлекается дотоле невиданным, и поэтому вполне понятен мой интерес к кунжуту. Пять фунтов
семян этого растения (на десятину) дают восемьдесят пудов урожая. Из
такого количества семени получается сорок пудов масла.
‚— Успеет ли созреть кунжут в Самарской губернии?
— Попробуйте, — сказал учитель и дал мне спелых стручков.
Все члены артели хорошо говорят по-русски. Все они семейные.
Но семьи пока находятся в Самарканде, потому что в, колхозе нет жилья.
Учитель повел нас на свои посевы. Остальные принялись за работу.
Больше всего в «Алянга» кунжута. Есть маш (мелкий зеленый горошек), кунак (зид проса), джугара, хлопок, подсолнухи. Посевы радуют
чистотой. В этом колхозе я не видел сорной травы. Урожай всех культур очень хороший.

Чиваоиалианнаовннанииюниинанианинананавииинииининианиииниинивилариицаавиинириниинининиь
В КОЛХОЗАХ

ПОД

САМАРКАНДОМ

235

в Самарканд, призвал гостей, устроил пир, похваляется: «Вот какие
в коллективах порядки: даже на дом мяса по пуду дают».
— Так же, прикрываясь именем артели, купил для себя и своих
друзей четыре шляпы.
— Один раз мы покупали с Султановым ситец на рубашки для членов артели, пятнадцать метров купили. Пока я платил деньги в кассу,
Султанов успел отхватить от покупки четыре метра и засунуть в карман.
Но самая большая подлость Султанова — присвоение двухсот рублей,
полученных им для покупки инвентаря. С тех пор мы не видели жулика.
Знаем только, что он снова поступил на должность милиционера. В свое
оправдание Султанов сочинил донос: «Средства, получаемые от ширката
(с.-х. товарищества), артель имени Ширинова проедает и пропивает, а
сама валяет дурака. И вообще в артели собралась голая шантрапа. Не
давайте им ни копейки. Все равно никогда с них не получите». Прохвссту
поверили. Кредиты нам закрыли.
Ибрагимов написал от имени артели большое заявление в народный
суд с просьбой привлечь к ответственности Султанова, как уголсвного
преступника.
В просторной камышовой палатке мешки с семенами для посева,
упряжь, два ружья, новые чемоданы, одеяла, плуг. Все расставлено по
своим местам. На полу полосатый ковер-палас. Стены шалаша шуршат
от ветра. На озабоченных лицах членов артели желание — поскорее смыть
с себя грязь клеветы.
В нескольких шагах от шириновцев артель «Кошчи». Оттуда за нами
пришла делегация...
— Побывайте у нас, рассудите, кто прав, кто виноват.
Как только мы очутились в неуютном шалаше «Кошче», один из
членов, распахнув‘халат, бросил в нашу сторону розовые клочки ситцевой материи.

— Меня каждый день бьют. Рубашку изорвали. Что я теперь надену? У меня больше нет рубашек. Смотрите. Я голый.
Председателя в это время не было дома. Председатель, как и все
остальные члены артели, неграмотный. Из-за этого он не пользуется уважением. Его приказаний не слушают. Его сторонников бьют.
— Уртак (товарищ) Ибрагимов! Назначьте нам нового председателя.
Кого угодно — русского или татарина. Только обязательно постороннего и обязательно грамотного.
Члены артели «Кошчи»
— потомки тех арабов, которые строили
мечети на Регистане в Самарканде. При организации колхоза они не хотели принимать в члены людей не арабского происхождения. Они гордились чистотой своей крови. Но ежедневные ссоры и драки утихомирили
гордость, и теперь они согласны подчиниться любому авторитету. Несколько членов заявили о выходе из артели.
|
— Но мы не уйдем, пока не получим своей доли. Мы проработали
семь месяцев.
.
—- До сбора всех урожаев и выяснения доходов артели вы ничего
не сможете получить, — разъяснил Ибрагимов, — придется вам подождать.
з
— Мы не можем ждать, потому что председатель толкает нас в шею
и ругает пс-русски.
Для нас приготовили кок-чай. На грязную тряпку нащипали мелких кусочков подгорелой лепешки.
|
Приехал председатель. Он возил в Джуму сдавать горох. Члены
аотели притихли. Высокий статный председатель с красивым, очень