ДВОР В СТРУКТУРЕ ЖИЛИЩА СРЕДНЕЙ АЗИИ
ПЕРИОДА РАННЕГО И РАЗВИТОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
(VII–XIX вв.)

Д. АБДУЛЛОЕВ

Раннесредневековые жилые постройки городов Средней Азии изучены
слабо. Лишь дома древнего Пенджикента раскопаны на большой площади
(Воронина 1950; 1957; 1964; Беленицкий и др. 1973: 25–30; Распопова 1969;
1990; Абдуллоев 2009). Сельские жилища успешно исследованы в Хорезме
(Неразик 1966; 1976). Следует отметить, что в эту эпоху рядовое население в
основном жило в укрепленных селениях, а земледельческая аристократия — в
замках. Ценные сведения в этом плане были получены в результате раскопок
в Хорезме (Гудкова 1964), Согде (Якубов 1979; 1988) и Фергане (Булатова
1972).
К сожалению, археологические данные о среднеазиатских жилищах IX–
XIV вв. незначительны. О жилищах этого времени приходится судить по исследованию части кварталов и отдельных домов, которые были вскрыты на Афрасиабе (Ташходжаев 1970), в Пайкенде (Мухамеджанов и др. 1988), в Варахше
(Шишкин 1963; Кабанов 1958), в Дехистане (Атагаррыев 1986), в Отраре (Акишев и др. 1987; Байпаков 1989), в Ак-Тюбе (Бубнова 1963).
О средневековых жилищах города и деревни сообщают и письменные источники (Казвини 1340 г. х.; Балхи 1337 г. х.). Важные данные о жилых строениях имеются в этнографических исследованиях. Впервые обстоятельные
описания среднеазиатских жилищ были сделаны русскими учеными и путешественниками (Данилевский 1851: 105–120; Иванин 1873; Арандаренко
1883: 56–78; Семенов 1903: 12–34), а затем советскими этнографами (Андреев 1958; Писарчик 1970; Жилина 1967; 1970; Жданко 1952; Кисляков 1939;
Давидов 1973; Сухарева 1976; Сухарева, Турсунов 1982; Хамиджанова 1982).
Настоящая статья посвящена изучению дворов среднеазиатских жилищ, причем этапы эволюции двора в городе и в сельской местности впервые рассматриваются на основе письменных, археологических и этнографических источников.
Двор в средневековых персидско-таджикских толковых словарях назван
арабскими словами «хаёт», «хавли» или персидско-таджикскими «ханэвар, хонавор». Так, в толковом словаре «Бурхон-и-котеъ», относящемся к XVII в., говорится: «хаёт — это пространство, по периметру которого располагались жилые, хозяйственные помещения и другие постройки (Бурхон-и-котеъ 1330 г. х.:
15–16). Почти аналогичное определение двора дает другой толковый словарь
«Гиёс-ул-лугот», составленный в XIX в. Гиёсиддином Мухаммадом (Гиёс-уллугот 1988: 288).

Д. АБДУЛЛОЕВ

151

оборудовали несколько бытовых очагов, превратив помещение в кухню (рис.
2 — пом. 34). В юго-восточном углу двора находился проход шириной 2,5 м,
который вел в вестибюль, а затем к воротам с навесом, открытым в сторону
улицы (рис. 2 — пом. 36). Во дворе и вдоль его стен не обнаружены бытовые
очаги, суфы и айваны (навесы).
Таким образом, все три двора, раскопанные в древнем Пенджикенте, находились в жилищах богатых горожан, возможно, занимавших особое положение в обществе. Поэтому они позволяли себе, несмотря на дороговизну земли
в городе, устраивать дворы, которые могли использоваться для семейных и родовых церемоний: свадеб, праздников или похорон. В остальное время дворы,
видимо, играли роль связующего звена между жилищем и улицей.
На городище Афрасиаб вскрыт единственный двор раннесредневекового
жилища. Раскопки в северо-западной части памятника показали, что уже во
второй половине VIII в. в городской застройке наметилась периметральная
планировка двора, причем сооружали не двух- или трехэтажные дома, как в
древнем Пенджикенте, а одноэтажные. Все помещения располагались по периметру двора и выйти на улицу можно было только через двор (Шишкина
1973).
В горном Согде небольшой двор сельского одноэтажного жилища раскопан на поселении Гардани Хисор (верховья Зеравшана). Дом включал жилое,
культовое, бытовое и хозяйственное помещения, которые не сообщались между собой. Каждое из них было снабжено отдельным выходом во двор (рис. 3).
Исследователь этого памятника Ю. Якубов обоснованно сравнивает планировку этого жилища с современными среднеазиатскими домами, имеющими дворик-«хавли» (Якубов 1988: 83– 88).
Обратимся теперь к рассмотрению дворов раннесредневековых сельских жилищ Средней Азии.
В Хорезме, в отличие от других областей Средней Азии, археологическому
исследованию подверглись в основном замки и дома-усадьбы крупных землевладельцев и простых крестьян (Неразик 1966; 1976; Гудкова 1964). Сельское
хорезмийское жилище, независимо от того, был ли это замок феодала или
усадьба рядового общинника, являлось в основном единым домом. Отличия
между замком феодала и усадьбой простого землевладельца заключалось в
том, что первый был лучше укреплен и имел большие размеры. Однако их планировка почти не отличалась друг от друга. Раннесредневековые сельские жилища Хорезма либо разделены коридором на две равные части, либо помещения группируются вокруг двора. Последний вариант был более распространен. Например, широкий коридор делил усадьбу № 28 на две половины. Ее
западную часть занимал обширный двор с единственным входом (Неразик
1966: 72–73). Самые ценные материалы были получены в результате раскопок
замков Тешик-кала и Якке-Парсан (Там же). В Тешик-кале был исследован
Рис. 2. Древний Пенджикент, план южной части объекта XXV с двором
(по Распопова 1990)

Д. АБДУЛЛОЕВ

153

Двор жилищ Средней Азии периода развитого средневековья
Начиная с IX в. двор занимает в среднеазиатском жилище центральное место. Дома этого времени имели в основном один этаж и плоское перекрытие. Комнаты располагались по периметру двора, часто с отдельными выходами в него.
Во дворе под навесом (айваном) находилась суфа, где члены семьи отдыхали весной и летом. Здесь же размещались бытовые очаги и тандыр для выпечки хлеба.
С распространением ислама большие изменения произошли и в планировке среднеазиатских жилищ. Дома теперь разделены на две части, причем одна
из них, включающая передний двор, составляла мужскую половину, а задняя
часть с внутренним двором — женскую. Ценные сведения об этом имеются в
средневековых персидских письменных источниках. Так, автор XIV в. Амир
Хасан Казвини сообщает о доме одного из богатых горожан Герата. Он пишет,
что его жилище было окружено высокой стеной. Посреди одной из стен были
устроены двухстворчатые ворота с навесом. Пройдя их, посетитель оказывался
в большом дворе, по периметру которого размещались разные комнаты хозяйственного назначения, а также помещение для гостей — «михманхане» (Казвини 1340 г. х.: 245). Эту половину дома с двором автор называет мужской. Женская половина дома находилась во внутреннем дворе. Она сообщалась с мужской половиной небольшим проходом. В этой части дома располагались жилые
и бытовые помещения, водоем (хауз), фруктовые деревья и цветники. Заходить сюда могли только отцы, мужья, братья и другие близкие родственники.
Посторонним вход на женскую половину был запрещен (Там же: 247).
Почти аналогичное описание имеется также у Музаффара Балхи, автора
XVI в. Однако он сообщает о наличии навесов (айванов), сооруженных по периметру дворов (Балхи 1345 г. х.: 121). Балхи также дает краткую характеристику жилища простого горожанина и сельского жителя. Он отмечает, что планировка их домов не отличались от планировки жилищ богатых горожан. Разница состояла лишь в площади дома и убранстве его интерьера (Там же: 122–123).
Теперь обратимся к рассмотрению археологических материалов. На городище Афрасиаб было раскопано жилище IX–X вв., разделенное на две части —
хозяйственную и гостевую с большим залом (михмонхона) (Ташходжаев 1970).
Ввиду отсутствия подробного описания и плана этого дома трудно судить о том,
были ли разделены его части дворами.
Жилище, раскопанное на средневековом городище Талгар, состояло из двух
частей с внешним и внутренним дворами (Савельева 1989). Во внешнем дворе
находились хозяйственные помещения и загон для скота, а во внутреннем —
жилые помещения. Планировка этого дома соответствует сведениям вышеизложенных персидских письменных источников.
Иная структура жилищ IX–X вв. была выявлена на городище Варахша. Самый большой дом был вскрыт в западной части памятника (рис. 4). Вход в жилище вел с улицы, проходившей восточнее дома, центром которого служил открытый дворик. Вокруг него располагались жилые помещения, кладовая с хумами, кухня с очагами и комната с тануром (Шишкин 1963: 97–105).

Д. АБДУЛЛОЕВ

155

Перечисленные материалы свидетельствуют о том, что в средние века двор
занимал центральное место в планировке жилищ Средней Азии, помещения в
которых располагались по периметру двора. Каждая комната часто имела отдельный выход во двор (Афрасиаб, Варахша, Отрар, сельские поселения Хорезма). Средневековый двор также выполнял хозяйственно-бытовую функцию.
Судя по письменным источникам и археологическим данным (городище
Талгар), в это время впервые появляются дома с двумя дворами, причем внешний двор являлся мужским, а внутренний — женским.

Двор жилищ Средней Азии периода позднего средневековья
Этот период хронологически охватывает XVI–начало XX в. Для XVI–XVIII
вв. ценные сведения были получены при раскопках средневекового города Отрар (Казахстан), исследователям которого удалось выделить два основных строительных горизонта, соответствующих двум периодам жизни на городище.
Нижний горизонт датируется XVI–первой половиной XVII в., верхний — второй половиной XVII–XVIII в. (Байпаков 1989). В результате раскопок в некоторых домах были обнаружены летние дворики с навесами. Большой интерес
представляют дома, состоявшие из нескольких жилых помещений с общим
двором (рис. 5). Количество жилых, хозяйственных и бытовых помещений в
домах доходило до шести (Там же: 85–90).
Дворы городских и сельских жилищ конца XIX–начала XX в. рассмотрены
по этнографическим данным, которые свидетельствуют о том, что каждый городской дом в это время делился на две части: внешний двор (мужская половина) и внутренний двор (женская половина) (Данилевский 1851: 105–106; Иванин 1873: 32– 34; Арандаренко 1883: 56–67; Семенов 1903: 45–34; Жданко 1952:
36–43; Кисляков 1939; Писарчик 1970; Сухарева, Турсунов 1982). Во внешнем
дворе, как правило, находились входная дверь или двустворчатые ворота, через которые попадали в дом; помещение для гостей («михманхане»); различного рода навесы (айваны), предназначенные как для отдыха в летнее время,
так и для хозяйственных нужд; подвалы для хранения запасов, конюшня и хлев.

Рис. 5. Отрар, реконструкция дома XVII в. (по Байпаков 1989)