Journal of Central Asian History 3 (2024) 91–120 brill.com/jcah «Есть всё-таки что-то эротическое в происходящем на границах нашей империи»: эссе-расследование одной крылатой фразы Сергей Абашин | orcid: 0000-0002-4873-1596 Европейский университет в Санкт-Петербурге s-abashin@mail.ru Published online 29 April 2024 Abstract The article examines a quote from the diary of the Minister of Internal Affairs of the Russian Empire, Pyotr Valuev, dedicated to the events of the summer of 1865 in Central Asia. This quote, including the phrase “There is still something erotic in what is happening on the borders of our empire,” became popular both in various academic texts and in the media sphere and turned into an oft-repeated aphorism. Sergei Abashin restores the original quote and “unpacks” the historical context in which it appeared, as well as the author’s own intentions. The article shows how the mistake of scientists when publishing Valuev’s diaries and manipulations with the quote led to various interpretations of it, far from the meaning of the original statement. The article is written in the genre of an academic research essay. Keywords Russian Empire – Central Asia – Far East – colonial conquest Некоторые выражения, когда-то в прошлом произнесённые или написанные, продолжают жить и использоваться вне того контекста, в котором были произнесены или написаны. Яркие формулировки запоминаются, тиражируются, превращаются в крылатые фразы, афоризмы, символы. Их заново интерпретируют и используют как доказательство каких-то Published with license by Koninklijke Brill BV | doi:10.1163/27728668-20240021 © Сергей Абашин, 2024 | ISSN: 2772-865X (print) 2772-8668 (online) Есть всё-таки что-то эротическое 95 не мог координировать сопротивление, поэтому российские солдаты, более организованные и лучше вооружённые, не встретили здесь больших преград. Черняев писал Александру II: «С покорением Ташкента мы приобрели положение в Средней Азии, сообразное с выгодами Империи и мощью русского народа».3 В ответ император наградил его золотой саблей с бриллиантами. (К слову, у К. К. Абазы в этой фразе вместо «выгод» упоминается «достоинство»,4 в результате оба варианта цитируются разными авторами как подлинные.) Российское общество, узнав об этой победе, ликовало. Она стала одним из тех событий, которые восстанавливали репутацию империи в качестве мировой державы после унизительного поражения в Крымскую войну и шквала критики из-за Польского восстания. Занятие Ташкента широко открыло перед Россией двери в новый обширный регион с древней историей и огромными ресурсами. Позже последовали новые военные операции: в Самарканде, Хиве, Коканде и Геок-тепе, Кокандское ханство было ликвидировано и вошло в состав нового Туркестанского генерал-губернаторства, Бухарский эмират и Хивинское ханство стали российскими протекторатами. Но это было потом. Падение же Ташкента, который со временем превратился в столицу всего Туркестана и затем Узбекистана, в «город хлебный», в центр культуры, науки и туризма, стало начальным и потому главным событием в исторической памяти о завоевании Центральной Азии и вхождении её в состав Российской империи. Вернусь к цитате, приписываемой Половцову. Она производит двойственное впечатление. В самом деле, каково отношение её автора к новости о военном успехе Черняева? С одной стороны, «никто не знает, почему и зачем» был захвачен Ташкент, и здесь слышится критика необдуманности действий генерала. С другой стороны, «есть всё-таки что-то эротическое в происходящем на границах нашей империи», а это в современном русском языке может прочитываться как «что-то возбуждающее», имеющее скорее оттенок одобрения. Если «погуглить» фразу в разных текстах, то можно найти разные её смыслы и способы употребления: кто-то ссылается на неё, чтобы выразить восхищение прошлыми победами Российской империи и вспомнить её героев;5 кто-то, чтобы провозгласить нынешнюю неизбежность «запрограммированного расширения 3 “Извлечения из донесений генерала Черняева”: 91. 4 К. К. Абаза, Завоевание Туркестана (Санкт-Петербург: [Без изд.], 1902): 101. 5 М. Калишевский, “Инициатива генерала Черняева. К 145-летию «Взятия Ташкента»”, 23.06.2010. https://www.fergananews.com/articles/6628. Journal of Central Asian History 3 (2024) 91–120 Есть всё-таки что-то эротическое 97 империи, и никак не мог в тот момент принадлежать к её высшей элите. Такая поправка снижает значение того, что он говорил и писал в начале 1860-х годов, делает его высказывания всего лишь частным мнением, которое вряд ли отражает настроения в высших эшелонах правительства империи. Существует и вторая несостыковка. Да, в 1860-е годы Александр Александрович вёл дневник и мог бы написать что-то подобное, даже не будучи высшим чиновником. Однако, предприняв исследование его опубликованных дневников, несложно убедиться, что завоевание Центральной Азии Половцова совсем не интересовало и процитированной фразы в записях за 1865 год нет.10 Вероятность того, что эта заметная фраза по какой-либо случайности выпала из публикации, практически нулевая, а потому можно утверждать, что Половцов вовсе не был автором данного высказывания. Истинный автор быстро обнаруживается среди тех имперских высших чиновников XIX века, кто оставили после себя дневники. Не слишком долгие поиски приводят нас к действительному тайному советнику, занимавшему в 1861–1868 годах одну из ключевых должностей в империи, – к министру внутренних дел Петру Александровичу Валуеву (1814–1890). В 1961 году под редакцией историка П. А. Зайончковского были опубликованы дневники Валуева 1860-х годов. В записи от 20 июля (1 августа по григорианскому календарю) 1865 года министр сначала рассказывает, как проходило принятие церковно-гражданской и военной присяги 16-летнего цесаревича Александра Александровича, будущего Александра III. Отдельно описывая внешний вид императрицы Марии Александровны, супруги Александра II, Валуев отмечает её «безжизненность», имея в виду, вероятно, недавнюю смерть её старшего сына Николая, который считался наследником престола. Заключительный же абзац записи за этот день в опубликованном дневнике выглядит так:11 Ташкент взят ген. Черняевым. Никто не знает, почему и для чего. Между тем по телеграфу получено от ген. Крыжановского на основании настояний Черняева требование заарестовать все бухарские караваны, товары и пр. Министерства финансов и военное недоумевают. Есть нечто эротическое во всём, что у нас делается на отдалённой периферии империи. Амур, Уссура, теперь Ташкент. 10 А. А. Половцов, Дневник. 1859–1882: В 2 т. Том 1 (Москва: Фонд «Связь эпох», 2022). 11 Дневник П. А. Валуева министра внутренних дел: В 2 т. Том II (Москва: Издательство Академии наук СССР, 1961): 60–61. Journal of Central Asian History 3 (2024) 91–120 Есть всё-таки что-то эротическое 99 него Пушкин написал портрет Гринёва из «Капитанской дочки», а Лев Толстой – Каренина в «Анне Карениной». В молодости Валуев входил в круг продвинутой аристократической молодёжи и быстро делал карьеру, отличался бюрократическим умением составлять доклады и записки, а также находить общий язык с различными неформальными политическими партиями в высшей власти. После нескольких лет работы в западных регионах империи он стал подниматься по административной лестнице в столице, а в 1861 году был, неожиданно для многих современников, назначен на ключевые должности в империи – статс-секретаря, управляющего Министерства внутренних дел, а потом и его министра. Под началом Валуева находилась вся система управления империи, особой же его задачей оказалось проведение в жизнь крестьянской и земской реформ после отмены крепостного права. Он был сторонником ужесточения цензуры и выступал за активную русификацию украинцев и белорусов. За ним закрепилась слава умелого бюрократа, фразёра и умеренного политика без определённых идеологических предпочтений, лавирующего между разными влиятельными группами во власти, – поэтому в историографии одни называли его либералом, а другие – консерватором. Покинув должность министра внутренних дел в 1868 году, Валуев не потерял связи с государственной властью, состоял в различных комиссиях и комитетах, управлял Министерством государственных имуществ и возглавлял Комитет министров, но при Александре III, который его не жаловал и называл «Краснопевцевым», был обвинён в административных ошибках и прежнее влияние утратил.13 Последние годы жизни Валуев посвятил литературной деятельности. Это была значимая личность эпохи Великих реформ. Ещё до назначения на должность министра Валуев стал известен своей рукописной запиской «Дума русского». В ней он критиковал среди прочего отсутствие единой политики в империи: «Управление доведено, по каждой отдельной части, до высшей степени централизации; но взаимные связи этих частей малочисленны и шатки».14 Одной из главных политических идей Валуева в период, когда он возглавлял МВД, была реорганизация системы управления. В 1861 году он подал Александру II записку «Общий взгляд на положение дел в Империи с точки зрения охранения внутренней безопасности государства», в которой высказался за «более тесную взаимную связь между действиями разных ведомств» и за придание 13 Зайончковский, “П. А. Валуев”: 44. 14 П. А. Валуев, “Дума русского (во второй половине 1855 года)”. Русская старина 5 (1891): 355. Journal of Central Asian History 3 (2024) 91–120