Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии

точную грайицу только 6 баталіоновъ, которые тотчасъ ж» были замѣнены 1000 хазадаровъ (милиціонеровъ). За выдѣле ніемъ означенныхъ баталіоновъ, въ Туркестанѣ оставалось Г. баталіоновъ, 12 полковъ кавалеріи и отъ 30 до 40 полевыхъ і и горныхъ орудій. Сюда впрочемъ не вошли войска, расположея ныя въ Бадахшанѣ и Кундузѣ, свѣдѣнія о которыхъ сбивчивы Права Абурахманъ-хана на афганскій престолъ основываютъ на слѣдующемъ родословіи. У Достъ-Магомета было 14 женъ, Отъ первой жены, персіянки; дочери Мулла-Садыкъ-хана, Бан гашскаго сардара, произошелъ Магометъ-Афзаль-ханъ; у этог родился сынъ Абдурахманъ-ханъ, про котораго идетъ рѣчь Умершій на дняхъ ПІиръ-Али-ханъ произошелъ отъ пятой жени Достъ-Магомета, афганки, дочери хаджи Рахметулла-хана; эта была любимая его жена. Умирая, Достъ-Магометъ оставилъ своимъ преемникомъ Ширъ-А ли-хана. Но Магометъ-Афзаль-ханъ. основываясь на своемъ первородствѣ, оспаривалъ престолъ у брата и по смерти передалъ свои права сыну Абдурахманъ-хану. Абдурахианъ-хану 35 лѣтъ отъ роду. Онъ уже одивадцатыи годъ проживаетъ въ Самаркандѣ, получая 24 т. р., ежегодной пенсіи изъ нашей казны. Онъ жаждетъ начать борьбу за власть въ Афганистанѣ. У него готовъ персоналъ для дѣйствія: генералъ, нѣсколько полковыхъ командировъ; 300 чел. бывшихъ военныхъ. Пенсію свою онъ тратитъ на содержаніе личнаго состава и па пріобрѣтеніе оружія и сапогъ, которые скрываетъ въ подвалѣ дома своего. Это разумный человѣкъ, хорошій азіятскій генералъ. Онъчитаетъ карту. Надо было видѣть въ какомъ возбужденномъ состояніи находился онъ лѣтомъ прошлаго года, ожидая результатовъ нашего посольства въ Кабулъ. Опъ не могъ не догадываться, что при неудачѣ нашей миссіи настанетъ пора когда онъ долженъ появиться дѣйствующимъ лицомъ. Покамѣстъ наши дѣла въ Кабулѣ не выяснялись, генералъ Кауфманъ долженъ былъ призвать къ себѣ Абдурахманъ хана и высказать ему, что онъ надѣется, что Абдурахманъ-ханъ не будетъ злоупотреблять русскимъ гостепріимствомъ. Абдурахманъ-ханъ обѣщалъ сидѣть смирно, но выговорилъ себѣ право высказаться откровенно лишь только генералъ Столѣтовъ вернется въ Ташкентъ. Въ чемъ