Губаревич-Радобыльский А. - Экономический очерк Бухары и Туниса. Опыт сравнительного исследования двух систем протектората (1905)

Чтобы новую монету можно было скорѣе ввести въ обращеніе, слѣдовало бы разрѣшить принимать обязательно только этою одной» монетою на 1 милл. рублей таможенныхъ доходовъ въ русскія кассы, а чтобы она не залеживалась въ банкѣ, поступивъ туда изъ таможенъ, необходимо было бы обязать, чтобы по крайней мѣрѣ половина «хераджа» іи» казну эмира, отъ котораго отчислялся бы « земскій сборъ», вносилась населеніемъ не иначе, какъ этой же монетой. Для извлеченія старой теньги можно было бы оставлять въ кладовыхъ банка каждый годъ 1 милл. кружковъ старой монеты, т. е. 10% выпускаемой вновь монеты, съ тѣмъ, чтобы черезъ 20—30 лѣтъ, когда старая монета естественнымъ ходомъ дѣлъ будетъ исчезать изъ обращенія, этотъ же запасъ въ 10—20 милл. тенегъ вновь но 1 милл. кружковъ былъ бы выпускаемъ въ обращеніе. При подобной системѣ казначейство не могло бы потерпѣть убытка, какой неминуемо пришлось бы нести при извлеченіи теньги, если бы пришлось перелить теньгу въ серебро, что дало бы убытка до 500,000 рублей съ 10 милл. кружковъ по настоящему курсу серебра. Подобная мѣра не является введеніемъ серебряной валюты, и, въ сущности, теньга, имѣя на 12 коп. серебра по настоящей цѣнѣ металла (а въ будущемъ, вѣроятно, и на 10 и менѣе коп., такъ какъ міровое паденіе цѣнъ серебра должно, вѣроятно, продолжаться), будетъ тѣмъ же русскимъ билиномъ, какъ это и предполагалъ политическій агентъ Лессаръ.

Разница этой мѣры отъ мѣры, предполагавшейся. туркестанскимъ генералъ-губернаторомъ, та, что почти совершенная полноцѣнность монеты, малый ея размѣръ и похожій на настоящую теньгу видъ, съ тѣми же мусульманскими надписями, но только правильной и изящной чеканки, дастъ этой теныѣ быстрое распространеніе вь народѣ, а обязательность ея пріема, единственно въ русскіе таможенные платежи и въ «хераджъ», гарантируетъ казну отъ накопленія въ кассахъ этого новаго билона низкой стоимости, тогда какъ если бы было разрѣшено низкопробную теньгу въ 20 коп. сдавать въ казначейство за счетъ русскихъ платежей, то, какъ было съ хивинской деньгой, могли бы быть сдаваемы теныой акцизы за кассы Европейской Россіи и теньги поступало бы до 2 милл. рублей въ годъ ’)• ’) Впрочемъ, рано пли поздно, съ бухарской теныой будетъ тоже, что нынѣ съ хивинской: ташкентское отдѣленіе государственнаго банка выслало въ петроалександровскоо казначейство на 1 милл. рублей двугривенныхъ для Хнвы къ сезону покупки хлипка, такъ какъ, очевидно, русскій билонъ началъ вытѣснять мѣстную теньгу, но что будетъ съ обезцѣненной старой монетой, куда денегъ ее населеніе—этому бѣдствію подобная замѣна теньги русскимъ денежнымъ знакомъ помочь не можетъ, а оставленіе бухарской теньги въ обращеніи у народа именно было мотивировано желательностью замѣны ея