Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

грязный самоваръ; на парѣ тарелокъ разныя „прикуски" и остатки съѣденной дыни. Заходимъ въ домъ—большое помѣщеніе въ три сруба. Въ передней горницѣ полъ покрытъ бѣлою кошмою; въ роли мебели—только столъ, да пара стульевъ, очевидно предназначенныхъ исключительно для почетныхъ посѣтителей, не привыкшихъ проводить жизнь, сидя на корточкахъ. Въ жилой комнатѣ—широкія нары, сплошь покрытыя дешевыми коврами. Все запущено и страшно грязно, и только въ послѣдней крайности, со всякими мѣрами предосторожности, въ этой грязи можно было бы рискнуть остаться на ночлегъ. Этой крайности однако нѣтъ; по здравомъ размышленіи мы рѣшаемся проѣхать еще нѣсколько верстъ и ночевать въ ближайшемъ русскомъ поселкѣ,—гдѣ однако находимъ ничуть не меньшую грязь, и гдѣ миріады ползающихъ и скачущихъ всю ночь не даютъ намъ сомкнуть глазъ. На слѣдующее утро я объѣзжаю рядъ поселковъ, расположившихся по мелкимъ притокамъ Ика. Вотъ, одинъ за другимъ, по теченію Талдыбулака, почти вплотную около линіи желѣзной дороги, расположились три переселенческихъ поселка — Ярославка, Семеновскій и Хорошевскій. — Не житье бы имъ, а масляница, — разсказываетъ мнѣ ямщикъ, крестьянинъ изъ того поселка, гдѣ мы такъ неблагополучно провели ночь, — земля хорошая, хлѣбъ родится, зимой на желѣзной дорогѣ большія деньги зарабатываютъ: мѣсто здѣсь буранпстое, чуть погода, сейчасъ линію снѣгомъ занесетъ, и тогда идите, честной народъ, снѣгъ сгребать... Большія тысячи зарабатываютъ!.. Умирать крестьянину не надо! А вѣдь поди-жь ты,—продолжалъ ямщикъ оборачиваясь ко мйѣ, не хотятъ здѣсь жить: изъ Семеновки да изъ Хорошевки