Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

— А много ихъ? — Да домовъ съ полсотни. Богатый народъ, у каждаго кубышка. Работать больно здоровы, да и скопидомы-же, не дай Господи: копѣйки лишней изъ рукъ не выпуститъ. Заѣзжаемъ мѣнять лошадей и пьемъ чай, повидимому, у „перваго жителя" деревни. И на дворѣ, и въ домѣ — классическая грязь, характерная для чувашскихъ поселковъ. Чуваши въ синихъ рубашкахъ, чувашки—въ синихъ-же, но съ красными каймами, короткихъ кофтахъ или охабняхъ, поверхъ синихъ же юбокъ. Всѣ приземистые, широкоплечіе, смуглые, многіе съ больными глазами, и всѣ почему-то—съ какимъ-то безнадежнымъ уныніемъ на лицѣ, вызывающимъ воспоминаніе объ остякахъ, карагасахъ, вообще о первобытныхъ племенахъ, погибающихъ подъ гнетомъ напирающей на нихъ „цивилизаціи",—и совершенно не подобающимъ такому несомнѣнно крѣпкому и успѣшно борющемуся за существованіе племени, какъ чуваши. Собираемся ночевать въ населенной башкирами, бывшими государственными крестьянами, деревнѣ Биктяшевой, на Икѣ. Деревня—очень бѣдная и съ довольно сомнительною репутаціей. Тѣмъ не менѣе, имѣя на ревизскую душу по ’пяти десятинъ угодій, биктяшевское общество въ полномъ составѣ арендуетъ два казенныхъ участка, да сверхъ того, кто побогаче, участвуютъ въ нѣсколькихъ арендаторскихъ товариществахъ вмѣстѣ съ припущенниками и крестьянами нѣсколькихъ другихъ селеній. Подъѣзжаемъ къ указанному намъ для ночлега дому. Заѣзжаемъ во дворъ, гдѣ застаемъ всю семью за вечернимъ чаепитіемъ. Посреди двора разостланъ коверъ, на которомъ размѣщается на корточкахъ, по восточному обычаю, вся семья, и шумитъ невѣроятно