Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

сосѣди все видятъ, сколько жалъ, сколько молотилъ,— они все скажутъ; бѣдный обманетъ—другой разъ богатый скотина не дастъ... Вотъ и желанный ночлегъ. Опять чаепитіе съ „ достарханомъ", опять зарѣзанъ баранъ и жарится коурдакъ, опять народные судьи, аульные старшины и множество киргизъ, собравшихся на „тамашу". Наконецъ, всѣ требованія этикета исполнены, и мы остаемся вдвоемъ въ нашей юртѣ, гдѣ и располагаемся на ночлегъ. Убранство юрты не совсѣмъ такое, какъ у сѣверныхъ киргизъ: ковры—главная гордость сѣвернаго киргиза, разостланы здѣсь только на землѣ, да и то—неважные, хотя юрта выставлена, видимо, богатымъ киргизомъ; боковыя стѣнки увѣшаны, вмѣсто ковровъ, покрывалами изъ пестраго туземнаго шелка, обшитыми широкою каймою изъ чернаго плиса. Противъ двери, на почетномъ мѣстѣ, груда подушекъ, на которыхъ полагается сидѣть дорогимъ гостямъ,—а по обѣимъ сторонамъ — чего я никогда не видѣлъ въ сѣверныхъ степяхъ— старинныя кровати, въ формѣ ладьи, съ рѣзьбой по дереву и съ грудою шелковыхъ одѣялъ, подъ которыми лежатъ достаточно грязныя подушки и пуховики. Освѣщается юрта чиракомъ—приспособленіе, напоминающее тѣ древніе свѣтильники, которые находятъ въ Помпейскихъ или Керченскихъ раскопкахъ. — Ни у кого здѣсь свѣчей нѣтъ, — объясняетъ на наши разспросы джигитъ—самой богатой нѣту. — А лампы? — Лампа нѣту. Вѣтеръ джурта валить можетъ, отъ лампа огонь будетъ, джурта сгорить будетъ. На другой день—все та же пустынная, слегка волнистая степь. Тастюбинскаго управителя смѣняетъ Уюковскій управитель, объясняющійся съ нами черезъ того же переводчика джигита, — а Тастюбинскій управитель со своею свитой, проводивъ насъ, по этикету, Digitized by