и тяжбы затѣваются ради „тамаши": скучно киргизу, не предвидится ни байги, ни проѣзда начальства, — онъ и начинаетъ съ кѣмъ-нибудь тягаться; все-таки развлеченіе: къ народному судьѣ надо ѣхать, къ волостному управителю, пожалуй къ начальнику уѣзда— людей можно повидать, новости узнать. При нашемъ приближеніи вся толпа киргизъ спѣшивается и становится въ установленномъ обычаемъ порядкѣ: впереди аульные старшины и біи, позади— всѣ остальные киргизы; всѣ дѣлаютъ кулдукъ; волостной управитель представляетъ старшинъ и біевъ, послѣ чего мы тоже слѣзаемъ съ лошадей и слѣдуемъ, едва передвигая изломанныя верховою ѣздою ноги, въ прі-уготованную для насъ парадную юрту; юрта тотчасъ же наполняется болѣе почетными изъ присутствующихъ киргизъ, которые разсаживаются на корточки и смотрятъ, какъ начальство разбирается въ вьюкахъ и извлекаетъ оттуда вещи для умыванья и кой-какую провизію. Черезъ нѣсколько минутъ уже готовъ и самоваръ; на коврахъ, посреди юрты, разстилаютъ не особенно чистой „ддстарханъ" — не то платокъ, не то салфетку, и на немъ раскладываютъ угощенье: боурсаки, орѣхи съ изюмомъ, окаменѣлые крендели и леденцы ташкентскаго производства... Мы съ аппетитомъ потягиваемъ чай; насколько хватаетъ чашекъ, попиваютъ чай и размѣстившіеся въ юртѣ почетные киргизы. Тѣмъ временемъ, конечно, успѣти уже зарѣзать традиціоннаго барашка. Любимое киргизское яство—это вареная баранина. Но варить барана долго, а потому насъ угощаютъ „коурдакомъ“ — мелко нарѣзанные кусочки баранины, зажаренной въ собственномъ салѣ. Поѣти, покормили лошадей свѣже - срѣзанною люцерной, отдохнули, засѣдлали и навьючили лошадей— и въ путь. Все такая же степь, которая только теперь уже не
✎ Исправить текст этой страницы — стол волонтёра · какие книги ждут помощи