Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

ный намъ въ качествѣ переводчика джигитъ уѣзднаго управленія, въ бѣломъ коломянковомъ бешметѣ, папахѣ съ красною тульею и шашкѣ чрезъ плечо. Туземцы на базарѣ, только еще открывающіе свои лавки, дѣлаютъ кулдукъ, немногочисленные встрѣчающіеся русскіе снимаютъ шапки. На самой чертѣ города городской аксакалъ слѣзаетъ съ лошади и пропускаетъ мимо себя начальство, которое обмѣнивается съ нимъ, черезъ переводчика-джигита, парою благодарственныхъ и привѣтственныхъ словъ. Цѣлый день, потомъ еще день двигаемся ровною степью. Мы тянемся большою караванною дорогой, съ десятками параллельныхъ верблюжьихъ слѣдовъ, то по совершенно ровной, то по слегка всхолмленной степи. По лѣвую руку продолжаютъ виднѣться каменистыя предгорья и красивыя снѣжныя вершины Алатау, по правую долго тянется почти сплошная цѣпь киргизскихъ курганчей, съ уложенными на крышахъ скирдами люцерны. Сѣро-бурая или сѣрожелтая, то плотная лёссовая, то рыхлая супесчаная почва степи усѣяна отдѣльно-стоящими характерными шапками „колючекъ", между которыми мѣстами пробивается, послѣ недавняго случайнаго ливня, молоденькая ярко-зеленая трава — предвѣстникъ того сплошного травяного ковра, который покроетъ степь послѣ большихъ осеннихъ дождей; по низинамъ располагаются, то узкими полосками, то обширными площадями, покрытые не крупнымъ, но густымъ зеленымъ ковромъ солонцеватые „сазы", которые на днѣ низинъ переходятъ въ голые солонцы — „такыры". То тутъ, то тамъ небольшіе арыки. Но большинство арыковъ совершенно пересохло, и цахатныя земли, гдѣ ихъ можно разсмотрѣть съ дороги, почти вездѣ, какъ будто-бы, пустуютъ; лишь изрѣдка виднѣется полоска чернаго или краснаго проса-кумака, или рѣдкое жнивьё уже собранной пшеницы.