Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

верстъ,—къ самому Егорьевскому поселку подошла. Мы-было тамъ и поселились; да тамъ вода худая — стали болѣть, которые и примерли. Сюды перешли, у живой воды дома поставили,—такъ отсюда опять далеко на поля попадать, черезъ рѣчки да арыки; какъ вода съ горъ набѣжитъ, такъ черезъ рѣчки и вовсе не переѣхать: ужъ сколько возовъ съ хлѣбомъ, да съ сѣномъ потопили... Больно только общество у насъ несогласное! — Что такъ? — Да такъ вотъ: по началу все изъ-за усадебъ спорили. У насъ вѣдь въ поселкѣ не все хохлы — десять домовъ есть со всякихъ мѣстовъ: въ Чимкентѣ раньше жили да по поселкамъ,—такъ вотъ, съ ними все нелады; а теперь и изъ своихъ, кто побогаче, общественную землю запахиваютъ. — Ау васъ земля не разбита по паямъ? — Какъ не разбита! Да они нешто глядятъ! пашутъ, сколько имъ надо, да и все тутъ; прогоны перепахиваютъ, ничего знать не хотятъ. Мы вотъ, которые побѣднѣе, хотимъ на вѣчность раздѣлиться, а то они намъ вовсе не даютъ житья. — Что-жъ у васъ, развѣ уже вся земля распахана! — Какой тебѣ вся! на первый разъ по три десятины на пай подѣлили, потомъ по пятку. Только еще обзаводимся,—все больше на заемныя деньги. — У кого занимаете? — Да у егорьевскихъ мужиковъ больше. Дастъ онъ тебѣ сто рублевъ,—а ему за процентъ десятину пшеницы отдай. А десятина пшеницы—она вѣдь тоже па сто рублей выйдетъ... Ну, сейчасъ ужъ которые изъ долговъ выходить стали. Тоже вотъ съ водою первое время намаялись. Первый годъ вовсе не поливали—не умѣли взяться: слава-те Господи, дождичка послоъ, такъ хлѣбъ хорошо уродился. А кто польетъ—пуститъ воду, стоитъ,