Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

Заглянули въ двѣ-три чай-ханы: всѣ онѣ болѣе или менѣе одного типа; чай изъ круглыхъ фарфоровыхъ чашекъ, сартовскія лепешки, дыни, горою наваленныя у входа; въ углу обязательный чилимъ, изъ котораго, по исконному обычаю, можетъ сдѣлать затяжку каждый прохожій, хотя бы онъ и не потребовалъ никакой платной порціи, и тутъ же обязательная туземная гитара или домра; на ней играетъ каждый потребитель, которому захочется усладить свой кейфъ тихимъ и мелан- ’ холическимъ перебираніемъ струнъ; въ нѣкоторыхъ висятъ своеобразныя коническія клѣтки съ перепелами, которые воспитываются то для пѣнья, то для боя. Однако, чистота во всѣхъ этихъ чайныхъ болѣе, нежели сомнительна, и потому мы направляемся пить чай въ болѣе культурную чай-хану, извѣстную и среди жителей русскаго города. Передняя часть ея предоставлена туземцамъ, которые попиваютъ чай, сидя на корточкахъ на достаточно грязномъ коврѣ; тутъ же въ переднемъ углу сидитъ на корточкахъ небольшой оркестръ—четыре человѣка, исполняющіе, между прочимъ, и русскія пѣсни; за переложеніе ихъ на туземные инструменты содержатель ханы получилъ даже, какъ гласитъ висящій на стѣнѣ дипломъ, какую-то награду на мѣстной выставкѣ. Задняя часть чай - ханы, съ окнами, выходящими на большой, обсаженный деревьями арыкъ, предназначается для привиллегированныхъ посѣтителей изъ русскаго города,—здѣсь стоитъ нѣсколько столовъ со стульями и не слишкомъ мягкими диванами. Мы располагаемся, вмѣстѣ съ Юсупомъ, за однимъ изъ нихъ; намъ подаютъ порцію чая, тѣ же сартовскія лепешки, еще какое-то печенье и тарелку съ фруктами, персиками и виноградомъ; мой спутникъ и Юсупъ дѣлаютъ по затяжкѣ изъ чилима, и лишь послѣ того приступаютъ къ чаепитію. — Хорошо, небось, сегодня торгуете?—спрашиваю