Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

табакъ. Тутъ же, на улицѣ, стоятъ нѣсколько морожениковъ—роль мороженаго играетъ глыба снѣга, который поливается патокой и въ такомъ видѣ подается потребителямъ; тутъ же и фонографъ, съ множествомъ блуховыхъ трубокъ. „Чайная" улица биткомъ набита народомъ: во всѣхъ чайныхъ масса сартовъ и киргизъ, кое-гдѣ между ними русскіе, мѣщане или солдаты; на порогѣ одной изъ чайныхъ попиваетъ чай туземный полицейскій, въ длинномъ коломянковомъ халатѣ и мерлушковой папахѣ, съ жгутами и шашкой, какъ у настоящаго городового, и мирно пьетъ чай изъ круглой чашки; завидѣвъ проходящихъ „тюрэ“, изъ которыхъ одинъ въ полувоенной формѣ, онъ приподнимается и дѣлаетъ подъ козырекъ. Въ одномъ мѣстѣ большое собраніе народа: тѣсными рядами, по обѣимъ сторонамъ улицы, сидятъ сарты и киргизы, въ чалмахъ, тюбетейкахъ и сѣрыхъ войлочныхъ треухахъ, а посреди улицы стоитъ длиннобородый старикъ, въ бѣлой чалмѣ, опираясь па длинный посохъ, и что-то оживленно разсказываетъ, усиленно жестикулируя и оборачиваясь то къ одному, то къ другому ряду своихъ слушателей; порой онъ прерываетъ свое повѣствованіе какимъ-нибудь вопросомъ; ему отвѣчаютъ изъ толпы, иногда много человѣкъ заразъ, иногда только одинъ или двое, сидящихъ прямо противъ старика и, повидимому, поддерживающихъ съ нимъ особенно оживленную бесѣду. Это—„маддахъ", профессіоналъ-разсказчикъ, который ходитъ по чай-ханамъ и увеселяетъ публику разсказами на всевозможныя темы; чтобы не дать остыть живому интересу публики, онъ пересыпаетъ свой разсказъ разными вопросами, а среди слушателей сидятъ его негласные помощники, которыхъ обязанность—отвѣчать на его вопросы и такимъ образомъ придавать представленію „маддаха" видъ оживлена 18