Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

цвѣточками, и съ полузатопленными полями риса, попадаются поля, не слишкомъ густо засаженныя низенькими, раскидистыми кустиками хлопка, съ его желтовато-бѣлыми или розоватыми цвѣточками. Зеравшанская долина—одинъ изъ главныхъ хлопковыхъ и рисовыхъ районовъ края; подъ интенсивныя культуры занята почти вся площадь поливныхъ земель, а пшеница оттѣснена на неорошаемыя предгорья, гдѣ производятся, на рискъ случайно выпадающаго дождя, такъ называемые богарные посѣвы. Присматриваясь къ аккуратно разбитымъ сартовскимъ полямъ, густо-обсаженнымъ разными южными деревьями, и къ сартамъ, копошащимся какъ муравьи, я переношусь мыслью въ другія, отдаленныя страны. Общая картина Зеравшанской долины удивительно напоминаетъ мнѣ сѣверную Италію, гдѣ, точно также, мелкія полоски полей чередуются съ аллеями и куртинками насаженнаго лѣса. А сарты и ихъ культура вызываютъ во мнѣ воспоминаніе о культурѣ китайцевъ на нашемъ Дальнемъ Востокѣ. Какъ и уссурійскіе китайцы, сарты работаютъ самыми примитивными орудіями; мѣстный плугъ, по туземному омачъ,— какая-то деревянная рогулька съ небольшимъ желѣзнымъ наконечникомъ, вызывающая снисходительное презрѣніе нашихъ агрономовъ, и кетмень— универсальное орудіе, состоящее изъ почти круглаго желѣзнаго диска, насаженнаго перпендикулярно, однимъ краемъ, на длинную деревянную ручку,—вотъ и весь мертвый инвентарь сартовскаго хозяйства. А между тѣмъ, благодаря неусыпному труду—сартъ, какъ и китаецъ, труда своего не жалѣетъ и не считаетъ,—благодаря тысячелѣтнему приспособленію къ требованіямъ климата и почвы, сартъ, какъ и уссурійскій китаецъ, поставилъ свое хозяйство на такую высоту, что мы пока только учимся у него, только перенимаемъ понемногу и его