Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

Игнатій Семеновъ—можетъ припомните, ваше благородіе, онъ тоже къ вамъ приходилъ, какъ вы народъ опрашивали,—сталъ народъ собирать на Боровое озеро. Ну, я домъ свой продалъ—хорошій барышъ взялъ, потому въ то время, народу еще много приходило въ Кустанай,—да и перешелъ на Боровое. — Ну, что же? :— Да ничего—годовъ десятокъ прожилъ. По началу общество то маленькое было. Я какъ пришелъ, домовъ десятка три засталъ, съ пяткомъ, пожалуй. 'Ладовъ тоже большихъ не было: по началу то, сказываютъ, тихо было, смирно: наши, пока въ умаленьѣ были, киргизцевъ не трогали, аренду платили, да и киргизцы нашимъ тоже уважали. Много народу не хотѣли киргизы пускать: себѣ, молъ, земля нужна. А потомъ изъ Кустаная Худяковы перешли—пять семей ихъ было разомъ, пятьдесятъ рублей за пріемъ заплатили; киргизцы то, какъ такія деньги увидѣли, ровно сбѣсились; кто придетъ— переночевать не даютъ—деньга, молъ, надо; кто переночуетъ — утромъ ужъ приходятъ: давай деньги, не то ступай вонъ. Которые изъ нихъ поумнѣй, пытали унимать прочихъ, а они хоть бы что: „земля— говорятъ,—много, сдавай больше “. Опять же и Игнатій Семеновъ своею волею тоже принимать сталъ народъ; ни общества не спрашивалъ, ни киргизцевъ, а такъ, самовольно: могарыча возьметъ, тамъ пятерку или десятку, глядя по состоянію, да и пишетъ въ списокъ; въ два года эдакъ за сто семей напринимали. Ну, тутъ ужъ киргизцы видятъ—дѣло плохо, большое село стало, да и наши тоже имъ спуску давать не стали. Почали киргизцы насъ выживать: озеро купцу Поспѣлову сдали— тотъ насъ и водой сталъ тѣснить, и моху не сталъ давать, аль рыбки половить; спасибо уѣздному — Поспѣлова щрогналъ и озеро намъ велѣлъ сдать. Пришелъ срокъ нашимъ усадьбамъ — у насъ подъ усадьбы мѣ-