Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

стали подбираться: какъ на межѣ чего выйдетъ — глядишь, лошадей десятка аль полуторыхъ какъ не бывало. Ну, наши тоже спуску не давали: на кого подумаютъ—безъ суда вѣшали, да въ колодцахъ топили: которыхъ, ужъ правду сказать, пожалуй и занапрасно. Троихъ киргизцевъ у судьи въ оградѣ убили—самъ едва живой ушелъ: ты, молъ, самъ изъ орды, конокрадовъ укрываешь... Лѣсъ рубить въ Арй *), бывало,по сотнѣ подводъ заразъ выѣзжало—полѣщикъ и подступиться не смѣлъ; развѣ на какого одинокаго нападетъ, опишетъ. Лѣсничій пріѣхалъ, сталъ лѣсъ продавать,—а народъ на него: гдѣ, молъ, у тебя царская золотая грамота?! Хорошо—судья подъѣхалъ, улестилъ народъ, а то бы и лѣсничаго, пожалуй, порѣшили... а пока судъ да дѣто— лѣсъ то весь по дворамъ растащили; такъ лѣсничій ни съ чѣмъ остался. На уѣзднаго разъ насѣли—за попомъ послалъ, тотъ съ иконой вышелъ; насилу угомонился народъ!.. Ну потомъ ужъ того не стало: казаковъ въ Кустанаѣ поставили, уѣздный на жительство перешелъ. Ну, .тоже не сразу смирились: только съ голоднаго году—вотъ тому десятокъ лѣтъ былъ, аль поболѣ— присмирѣли: поразбрелись тоже которые: кто на Ишимъ ушелъ—знаете небось, подъ Кочетовомъ * 2) городомъ— тамъ нашихъ мно-ого; кто въ Ташкентъ, кто въ поселки да на хутора—безъ мала что половина народу поразбѣжалась... — И ты въ то время ушелъ изъ Кустаная?.. — Нѣтъ, я то пораньше, годовъ за пять: шесть лѣтъ я прожилъ въ Кустанаѣ. Утѣсненіе стало, городскую •землю всю повыпахали, хлѣбъ не сталъ родиться; ну, которые у киргизцевъ покортомили землю,—а я такъ себѣ расположилъ, что лучше въ деревнѣ жить. Въ тѣ поры 9 Аракарагайскій боръ, недалеко отъ Кустаная. 2) Кокчетавъ, Акмолинской обл.—одно изъ переселенческихъ ильдорадо.