Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

забыли?... Хороша устойчивость хозяйства! придетъ куянъ, настанетъ гололедица—и бывшій богачъ, если не поспѣлъ отогнать скотъ куда-нибудь за тридевять земель, становится чуть не байгушомъ—у цѣлыхъ ауловъ скотъ до-чиста вываливается... Вы вотъ, кажется, не служили въ уѣздахъ, гдѣ киргизы больше осѣли; а тамъ вамъ даже богачи не посмѣютъ сказать, что земледѣліе—зло для киргизъ. Каждый прямо скажетъ, что жить стало много лучше: прежде на одной ногѣ хозяйство стояло, а теперь на двухъ—скотъ и запашка; и „куяна* не боятся—на зиму сѣно есть, да солома. Вы вотъ говорите—гдѣ земледѣліе, тамъ киргизъ бѣднѣетъ; какъ разъ навыворотъ—гдѣ киргизъ бѣднѣе, тамъ онъ охотнѣе берется за земледѣліе. И понятно: богачу-то и раньше хорошо жилось! А у кого пара лошадей да двѣ или три рогатыхъ—тотъ какъ жилъ? только милостями богатыхъ; а милости эти ахъ какъ дорого доставались! А теперь—съ парой лошадей или быковъ онъ съ кѣмънибудь спряжется, а старую землю и одинъ вспашетъ; запасся хлѣбомъ—и самъ себѣ хозяинъ. Я не знаю, чѣмъ кончился споръ у моихъ случайныхъ попутчиковъ. На станціи Мугоджары я долженъ былъ сходить, чтобы верхомъ проѣхать немного въ горы, а потомъ посмотрѣть прилегающую степь. Горы по величинѣ игрушечныя—въ теченіе двухъ часовъ, верхами, мы взобрались на три вершины и перебрались черезъ четыре или пять переваловъ. Тѣмъ не менѣе, это настоящія горы: голыя скалы, поросшія лишаями самыхъ разнообразныхъ цвѣтовъ; лишь кое-гдѣ горная порода немного вывѣтрилась, и въ такихъ мѣстахъ до самаго верху всползаетъ тотъ самый ковыль и тѣ самыя полыни, которыя такъ наскучили намъ на ровной степи. Среди скалъ — множество глубоко врѣзавшихся извилистыхъ долинокъ, гдѣ какъ-то успѣлъ образоваться толстый слой наноснаго чернозема, съ прекраснымъ