Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

акцизъ вносится весьма неисправно; богачи, засѣвающіе сотни, а то и тысячи десятинъ, предпочитаютъ пользоваться разными обходными путями, стоющими во много разъ дешевле, нежели стоилъ бы акцизъ. Весьма строго регулированы и порядки пользованія покосами: въ первые три дня „валового" покоса каждый казакъ можетъ косить только самъ, безъ наемныхъ рабочихъ, и однимъ лишь офицерамъ дозволяется ставить за себя наемныхъ замѣстителей. Въ слѣдующіе три дня дозволяется нанимать по одному работнику, позже—по два и больше. Такимъ образомъ обычай, неустановляя безусловнаго равенства въ пользованіи покосомъ (да въ этомъ не было бы и необходимости, потому что покоса пока хватаетъ на всѣхъ съ избыткомъ), однако обезпечиваетъ и бѣдняку возможность накосить, сколько ему нужно, сѣна. Но богачи скупаютъ паи у бѣдняковъ, и такимъ образомъ накашиваютъ тысячи копенъ. Наконецъ, и право выпаса на войсковыхъ степяхъ ограничено, на каждаго казака, опредѣленнымъ числомъ головъ скота, и за каждую лишнюю скотину тоже полагается „акцизъ"; но мнѣ называли казака-скотопромышленника, властвующаго въ районѣ одной изъ уральскихъ станицъ, который ежегодно скупаетъ и нагуливаетъ на войсковыхъ степяхъ до полусотни тысячъ головъ скота, оплачивая „акцизомъ" какую нибудь десятую долю. Вообще, едва ли гдѣ либо такъ сильна дифференціація, такъ велика власть богачей и такъ безгранично ихъ вліяніе на общественныя дѣла, какъ въ казачьихъ общинахъ и въ частности—въ уральской. И, пожалуй, правы тѣ мѣстные люди, которые приводятъ это явленіе въ прямую связь съ полувоенною казачьею общественною организаціей. Станичный или поселковый атаманъ—это офицеръ, въ худшемъ случаѣ—урядникъ, воздѣйствующій на рядового казака не только своею Digitized byLjOOQle