Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

ужь только жить здѣсь дорого,—внезапно перемѣнилъ разговоръ мой собесѣдникъ: вотъ я — какое мое жалованьишко, а домъ себѣ построилъ; нанимать квартиру не по средствамъ. — А рабочій народъ какъ же помѣщается? — Да по землянкамъ ютятся. Которые на лѣсопилкахъ работаютъ, тѣмъ каждый день полагается по два горбыля на отопленіе; онп изъ нихъ и складываютъ себѣ хибарки; на зиму привалятъ земли да снѣга,— вотъ и тепло. — А лѣсопилокъ здѣсь много? — Много; на весь Новоузенскій уѣздъ лѣсъ поставляютъ. Однако подали лошадей, ѣдемъ. Гладкая, черноземная, совершенно безлѣсная степь, изрѣдка изрѣзанная неглубокими балками. Сначала обширный, до-чиста выбитый Покровскій выгонъ, потомъ— море еще зеленой, едва начинающей бѣлѣть усатой пшеницы, среди котораго, кое-гдѣ, ярко желтѣютъ небольшія пятнышки ржи. — Выгонъ покровскіе распахали, говоритъ ямщикъ: разбили на участки да посдавали съ торговъ; по 40 да по 50-ти рублей брали за два хлѣба, а землѣ вся цѣна сто рублей, да и то только въ эти года такая цѣна стала. Раньше десятину свободно за 50 рублей можно было купить. Ъдемъ нѣсколько верстъ этимъ сплошнымъ моремъ пшеницы; дѣлянки обширныя, посѣвы чистые, безъ сора, хлѣбъ густой, высокій; арендаторы, видно, состоятельные, крѣпкіе хозяева—да иначе и быть не можетъ: слабому откуда взять пятьдесятъ рублей за десятину, да, главное, чѣмъ ее вспахать?.. Пересѣкаемъ линію хуторовъ, расположившихся вдоль границы бывшаго выгона. Поодаль—вторая такая же линія, кое-гдѣ—отдѣльные, разбросанные хутора.