Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

фанзъ, и въ такомъ случаѣ вы можете быть увѣрены, что неподалеку окажутся граничные столбы нарѣзаннаго для переселенцевъ участка: китайскія пашни— вотъ указатель, которымъ руководствовались землемѣры, выбирая мѣста подъ водвореніе переселенцевъ. Только теперь, когда китайскія пашни пообобрались, стали рѣзать участки и безъ этого безспорнаго признака пригодности земли для культуры... Да и не одни переселенцы интересуются китайскими пашнями: манзовскія поля захватываются въ земельные надѣлы для лѣсничихъ и лѣсной стражи, намѣчаются къ отводу для церквей и для архіерейскихъ домовъ, наконецъ на китайскія пашни съ особой нѣжностью обращены взоры тѣхъ многочисленныхъ чиновныхъ и нечиновныхъ мѣстныхъ обывателей, которые мечтаютъ о насажденіи въ краѣ — конечно, въ своемъ собственномъ лицѣ — благодѣяній частнаго землевладѣнія. Какъ ни презираютъ русскіе обитатели края „некрещеную тварь“,—некрупныя аренды, какія могутъ выжимать изъ себя только китайцы, съ ихъ невѣроятнымъ трудолюбіемъ и ихъ ограниченными потребностями, представляютъ для всѣхъ и каждаго презаманчивую перспективу... Ночью переправляемся на паромѣ черезъ Сучанъ и минуемъ Владимиро-Александровское—средоточіе довольно значительнаго сучанскаго населеннаго района, а рано утромъ я впервые вижу воды Тихаго океана, образовавшія здѣсь небольшой заливъ „Востокъ"; чудныя, синія воды его въ ясный солнечный день—совершенно того же оттѣнка, какъ воды Чернаго моря на южномъ берегу Крыма. Отсюда трактъ почти сплошь идетъ крестьянскими надѣлами. Вотъ деревня Душкина,—та самая, которую покойный Буссе нѣсколько лѣтъ тому назадъ приводилъ въ примѣръ плодородія лѣсныхъ земель Уссурійскаго края: „крестьяне, — писалъ онъ, — не нахвалятся