Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

Наши проводники-китайцы, однако, упорно продолжаютъ говорить что-то такое о какихъ-то сотняхъ верстъ. Положимъ, манзовская верста—это полверсты; но всетаки, откуда могутъ взяться здѣсь сотни хотя бы и коротенькихъ, манзовскихъ верстъ?... Мы утѣшаемъ себя мыслью, что либо наши манзы путаютъ, либо мы ихъ, просто, не понимаемъ, и остаемся въ сладкой увѣренности, что идти до тракта не больше тридцати верстъ, и что ужъ скоро начнутъ попадаться многочисленныя, разбросанныя по низовьямъ Аввакумовки, арендаторскія фанзы. Однако, наши китайцы сварили и съѣли свою лапшу, мы просушили, не знаю ужъ въ который разъ, наши промоченная дождями и подмокшія на бродахъ вещи, и пускаемся въ дальнѣйшій путь. Опять ровная, прекрасная долина, шириною версты полторы или двѣ, такого же типа, какъ долина Улахе или Фудзина, наполненная запахомъ густой полыни и грецкаго орѣха. Трава до того густа, что проводники-китайцы поминутно теряютъ тропу; иногда они скоро находятъ ее, приподнимая своими посохами нависшую траву; но сплошь и рядомъ тропа исчезаетъ совершенно, и мы простаиваемъ на мѣстѣ по полтора и по два часа, пока наши китайцы бѣгаютъ во всѣ стороны кругомъ, разыскивая потерянный слѣдъ. Лѣсная растительность то разбросана отдѣльными деревьями по открытымъ полянамъ, то вытянулась узенькою лентою густой уремы вдоль русла Аввакумовки, которая уже превратилась въ довольно широкую, весело бѣгущую рѣчку, съ удивительно прозрачною, свѣтлою водою, принимающею на омутахъ темно-зеленый цвѣтъ озера Четырехъ Кантоновъ; мѣстами пб заливной долинѣ рѣчки тянутся полоски ничѣмъ не прикрытыхъ каменныхъ наносовъ. Идемъ такими открытыми полянами полдня, идемъ