Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

номъ Уссури, мы уже увидѣли истоки Вайфудзина и оказались въ бассейнѣ Японскаго моря. По нашимъ свѣдѣніямъ, основаннымъ на данныхъ недавнихъ рекогносцировокъ, мы разсчитывали пройти въ верховьяхъ Аввакумовки пару десятковъ верстъ лѣсистою долиной, а затѣмъ—выйти на открытыя поляны, протянувшіяся верстъ на 25 или на 30, до самаго устья Аввакумовки; всего, значитъ не болѣе 45—50 верстъ, или полтора дня пути. Дѣйствительность, казалось, подтверждала наши предположенія. Спустившись съ перевала, мы въ самомъ дѣлѣ попали въ густую дѣвственную тайгу, все больше лиственную, кое-гдѣ съ подмѣсью мелкой поросли уссурійскаго кедра. Все дно долины сложено изъ каменныхъ обломковъ, которые по водомоинамъ совершенно обнажены или прикрыты тонкимъ слоемъ дерноваго войлока, а на „мысахъ" одѣты мощнымъ пластомъ прекрасной черноземно-глинистой почвы. И здѣсь, какъ и на Лифудзинѣ, мы совершенно не видимъ китайскихъ фанзъ; но гдѣ-то въ сторонѣ, несомнѣнно, есть фанзы— „ловушка-фанза", какъ выражаются наши проводники-китайцы на ходячемъ русско-китайскомъ жаргонѣ; и тамъ, гдѣ намъ приходится огибать кое-гдѣ попадающіяся въ долинѣ мочежины или извилины рѣки, и для этого подниматься на склоны окаймляющихъ долину горъ, мы натыкаемся на группы разбросанныхъ по всѣмъ направленіямъ соболиныхъ „плашекъ", — наивнѣйшихъ приспособленій, разсчитанныхъ исключительно на свойственное этому цѣнному, но глупому звѣрю любопытство. Прошли, судя по времени хода, верстъ двадцать. Лѣсъ началъ рѣдѣть, затѣмъ и вовсе исчезъ, и мы, какъ и разсчитывали, вышли на открытую поляну, протянувшуюся, очевидно, далеко внизъ по теченію Вайфудзина