Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

этой дорогѣ, сталъ доказывать, что надо итти влѣво; китаецъ что-то съ жаромъ объяснялъ намъ, но нашъ кореецъ-переводчикъ либо не понималъ его, либо не могъ передать его словъ по-русски. Въ концѣ концовъ мы повѣрили настойчивымъ увѣреніямъ лѣсника и пошли влѣво. Однако, правымъ оказался китаецъ: пройдя часа два, мы окончательно потеряли тропу и еле нашли ее, чтобы вернуться на прежній перекрестокъ; а пока мы плутали, нашъ проводникъ-китаецъ куда-то скрылся и, мы какъ его потомъ ни окликали, такъ и не вернулся къ намъ. — Боится видно, что завелъ въ тайгу!—такъ объясняли наши люди его исчезновеніе. Провожать „господъ" по тайгѣ—небезопасное, должно быть, занятіе для китайца... На наше счастье, однако, навстрѣчу намъ попался другой, молодой китаецъ, шедшій съ Улахе, который и помогъ намъ выбраться на вѣрную дорогу. Еще полдня путешествія по тайгѣ, мимо новыхъ фанзъ, новыхъ соболиныхъ просѣкъ и новыхъ плашекъ,— и подъ вечеръ мы спустились въ лучшую изъ долинъ Южно-Уссурійскаго края—долину Улахе. Прежде, нежели спуститься въ долину, намъ пришлось, однако, пройти довольно большой кусокъ по узенькому карнизу, высѣченному въ скалѣ, десятка два саженъ надъ уровнемъ рѣки, которая прорыла себѣ здѣсь русло у самой подошвы почти отвѣснаго обрыва. Вотъ однако и переправа черезъ весело-шумящую, кристально-чистую Улахе; еще нѣсколько верстъ по ровной, какъ столъ, открытой долинѣ, усѣянной лишь рѣдкими экземплярами ильма, грецкаго орѣха или клена, но зато густо поросшей двухъаршинною полынью и кустарнымъ луговымъ орѣшникомъ,—и мы достигаемъ одного изъ крупнѣйшихъ китайскихъ поселеній края,