Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

костеръ, около костра—что-то покрытое не то одѣяломъ, не то небольшимъ кускомъ брезента; кругомъ группа мужиковъ и бабъ малорусскаго типа; всѣ стоятъ и смотрятъ на „чтб-то",—мужики съ угрюмо сосредоточенными лицами, бабы всѣ въ слезахъ. Мнѣ вспоминается чья-то картина „Смерть переселенца на дорогѣ", и я, не сводя глазъ съ этой группы, не рѣшаюсь подойти къ ней, чтобы не разбередить поразившаго, очевидно, бѣдныхъ переселенцевъ горя. Черезъ нѣсколько минутъ, однако, одинъ изъ мужиковъ отдѣляется отъ группы и приближается ко мнѣ. — Покойникъ?—спрашиваю я его. Мужикъ съ недоумѣньемъ смотритъ на меня. Я показываю ему глазами на „что-то", покрытое одѣяломъ или брезентомъ. Оказывается, подъ одѣяломъ просто спятъ маленькія дѣти. Комаръ и мошка мѣшали имъ спать почти всю ночь, и вотъ, теперь взрослые стоятъ вокругъ нихъ и горюютъ. — Вовсе пропадамъ, — разсказываютъ они: комаръ заѣлъ до полусмерти; добро подъ дождемъ гніетъ; дѣти сидятъ три дня не ѣвши,—хлѣба негдѣ купить; купили было хлѣба—теперь три дня блюемъ. — Въ Спасскомъ хлѣбъ купили?—спрашиваетъ одинъ изъ моихъ товарищей по поѣздкѣ, переселенческій чиновникъ. — Въ Спасскомъ. — Ну, эти ужъ извѣстны, — замѣчаетъ „ переселенный": только и норовятъ пьянаго хлѣба подсунуть или какъ-нибудь надуть новоселовъ. — Кто, казаки?—спрашиваю я. — Нѣтъ, переселенцы, — хуже всякихъ казаковъ!.. только и заботы—со своего брата содрать или обмануть; и не подумаютъ войти въ ихъ положеніе, а вѣдь сами два-три года тому назадъ вынесли все то же самое... Digitized by