Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

на каждую семью, не менѣе двадцати пяти десятинъ прекрасныхъ степныхъ земель—хоть сейчасъ пахать— но что, дѣйствительно, эти земли цѣликомъ захвачены первыми переселенцами. Все дѣло, значитъ, въ неравномѣрномъ распредѣленіи удобныхъ земель; чтобы хватило всѣмъ земли, надо только передѣлить или раздѣлить ее между всѣми водворенными переселенцами,—да „ первые жители", позахвативъ всю землю, не допускаютъ ни раздѣла, ни передѣла. Узнаемъ затѣмъ, что ѳеодосьевцы, Черниговскіе хохлы, пришли съ большими для переселенцевъ деньгами, а потому крайне требовательны и придирчивы къ качеству земли; что притомъ самые богатые уже ушли, какъ только зашли разговоры о передѣлѣ земли поровну между всѣми домохозяевами; что, уходя, они не остались въ убыткѣ, такъ какъ даже съ барышомъ продали свои дома новымъ переселенцамъ. Напившись въ деревнѣ чаю, идемъ обратно къ своему вагону; по дорогѣ опять основательно проваливаемся въ болото, такъ что, добравшись до вагона, должны съ ногъ до головы переодѣться и просушивать одежду и обувь. Времени у насъ осталось полдня, и мы отлично могли бы посѣтить еще и сосѣдній Ольгинскій поселокъ; но увы, между двумя сосѣдними—межа объ межу— поселками нѣтъ никакого сообщенія иначе, какъ по желѣзной дорогѣ; даже желѣзнодорожная „времянка", и та пришла въ такое состояніе, что по ней нѣтъ возможности проѣхать; пройти пѣшкомъ тоже нельзя, изъ-за какихъ-то непроходимыхъ болотъ. Пришлось ждать до поздняго вечера, когда намъ удалось прицѣпиться къ какому-то товарному поѣзду и переѣхать съ нимъ до ближайшаго разъѣзда Чернаго. Переночевавъ въ вагонѣ, рано утромъ выхожу на полотно, и въ нѣсколькихъ шагахъ отъ нашего вагона вижу удручающую сцену: большая куча переселенческаго скарба, прикрытая брезентомъ; около нея—потухающій