Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

цами она вытянулась вдоль берега Амура, по неширокой прибрежной полосѣ, къ которой со всѣхъ сторонъ подступаютъ лѣсистые склоны Хингана. Однако, карантина все-таки не видно. — Какъ же намъ быть,—спрашиваемъ мы нашихъ проводниковъ? — Да чего быть-то,—отвѣчаютъ проводники не безъ нѣкотораго недоумѣнія въ голосѣ,—просто до земской квартиры ѣхать, да и все. Однако, у насъ не хватаетъ смѣлости на столь простое рѣшеніе вопроса. Подъѣхавъ къ первымъ изгородямъ, я слѣзаю съ лошади и пѣшкомъ иду до первой избы, гдѣ оказывается на лицо какой-то мѣстный обыватель. — У васъ чтб же, нѣтъ развѣ карантина? — Пошто нѣтъ,—есть карантинъ. — Да гдѣ жь онъ? — А по дорогамъ стоитъ отъ Башуровой да отъ Помпеевки. Башурова и Помпеевка — казачьи поселки, расположенные по Амуру, выше и ниже Радде; значитъ, карантины поставлены по совершенно непроѣзжей лѣтомъ почтовой тропѣ, проложенной вдоль Амура, и не поставлены на бойкой дорогѣ, по которой лѣтомъ идетъ оживленнное движеніе между Амуромъ и хин-ганскими пріисками. — Такъ какъ же намъ быть-то,—продолжаю я недоумѣвать,—можно ѣхать на станицу или нельзя? — Пошто нельзя,—можно; ѣзжайте до атамана, онъ вамъ ужъ скажетъ. Посовѣтовавшись и поколебавшись, — немного неловко нарушить карантинъ!—рѣшаемъ ѣхать до атамана. Ъдемъ, однако, съ опаскою, ѣдемъ и оглядываемся— не бѣжитъ ли кто-нибудь, остановить насъ. Однако, никто насъ не останавливаетъ. Въѣзжаемъ въ самый центръ