Шавров Н. - Водное хозяйство Туркестана и Закаспийской области, в связи с проектом водного закона (1911)

3) Запрещается, подъ какимъ бы то ни было предлогомъ, измѣнять водопріемники большихъ и малыхъ каналовъ, или положеніе и уровень плотинъ и подпрудъ, безъ разрѣшенія чиновника ирригатора, который, съ своей стороны, въ случаяхъ болѣе важныхъ, испрашиваетъ разрѣшеніе губернатора. 4) Посѣвъ риса въ тѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ это воспрещено въ настоящее время, не допускается. Распространеніе такого ограниченія на новыя мѣстности разрѣшается губернаторомъ, въ тѣхъ случаяхъ, если мѣра эта признается медицинскимъ вѣдомствомъ безусловно необходимой въ гигіеническомъ отношеніи для сохраненія здоровья жителей. а) Фабрики и заводы могутъ быть устраиваемы съ разрѣшенія генералъ-губернатора только ниже поселеній, по теченію рѣкъ или оросительныхъ каналовъ, если это будетъ признано возможнымъ безъ вреда для чистоты воды. На этой базѣ выработалась и та система завѣдыванія водами для орошенія, которыя дѣйствуютъ и понынѣ. Въ каждой области при Областномъ правленіи имѣется чиновникъ, завѣдывающій ирригаціей области, съ нѣсколькими ирригаціонными техниками; ирригаціонными участками и каналами завѣдываютъ н а ч а л ь и и к и к а н а л о в ъ, за которыми сохранено неудобно произносимое туземное названіе а р ы к ъ-а х ъ-с а х к а л ъ; въ селеніяхъ и обществахъ распредѣленіемъ воды вѣдаютъ м и р а б ы; содержаніе оросительной сѣти относится на счетъ земскихъ средствъ при широкомъ участіи натуральной повинности населенія. Важнѣйшимъ пунктомъ въ этихъ правилахъ, имѣющихъ вполнѣ характеръ закопа, принимая во вниманіе тѣ права, которыми былъ облеченъ въ то время генералъ-губернаторъ, является 1-й пунктъ, которымъ вода въ арыкахъ каналахъ и рѣчкахъ признается собственностью казны въ предѣлахъ Туркестанскаго края. Этотъ законъ не отмѣненъ и понынѣ. На первый взглядъ представляется, что въ его редакціи имѣется пропускъ, а именно въ немъ не упоминается о водѣ въ озерахъ и рѣкахъ.

Но о нихъ не упомянуто очевидно потому, что никогда не возникало сомнѣнія, что вода въ нихъ принадлежитъ государству, да и никакихъ притязаній на право собственности этихъ водъ ни съ чьей стороны никогда не возникало. Поэтому законъ подтвердилъ только права казны на ту воду, которую населеніе выводило себѣ для орошенія и относительно которой возникали различныя претензіи со стороны отдѣльныхъ лицъ и