Здесь вырисовывается важная роль государства, которое должно определить
те 
рамки, 
в 
пределах 
которых должны 
действовать 
водохозяйственные
организации 
в 
интересах 
всех 
отраслей 
и 
водопользователей. 
Успех
выживания состоит в том, что система управления водой должна обеспечить
достижение или приближение к максимальной продуктивности воды у всех
водопользователей, будь то орошаемое земледелие, промышленность или
муниципальное водоснабжение. Здесь имеется в виду, что на производство
единицы продукции будет затрачено то количество воды, которое близко (или
стремится) к биологическому или технологически необходимому потреблению
при минимальных непродуктивных потерях по всему циклу от водозабора,
транспортировки, 
водоподачи 
до 
использования 
воды 
(так 
называемая
«потенциальная продуктивность воды»). Это требует очень чёткой увязки всех
технологических процессов водопользования с процессами распределения и
водоподачи, а также соблюдения других (не связанных с водными ресурсами)
технологических требований.
В орошаемом земледелии, например, это означает необходимость чёткого
следования правилам мелиорации земель, агротехники, охраны плодородия
почв, выбора сортов сельскохозяйственных культур и т. д.; в водоснабжении
— правилам санитарии, сочетания системы очистки и использования стоков и
т. д.; в промышленности — обеспечение передовых технологий производства,
возвратного (циклического) водопользования, утилизации отходов и т. д. Таким
образом, деятельность в рамках управления водой часто выходит за пределы
организации «чистого» водопользования и охраны водных ресурсов и включает
все сферы, связанные с водой как основным лимитирующим фактором. Именно
такой опыт должен быть почерпнут из интегрированного (комплексного)
развития и управления территориальными комплексами освоенных пустынных
земель, которые были применены в своё время в Голодной и Каршинской
степях, и которые именно тогда обеспечили самую высокую удельную
продуктивность водных и земельных ресурсов в Центральноазиатском регионе.
На это ориентируют и примеры управления территориальными комплексами в
пределах речных бассейнов, имеющие место в таких развитых странах, как США,
Нидерланды, Швейцария, Австралия и других. Поэтому область применения
принципов ИУВР должна выходить за пределы обычного управления водными
ресурсами в отдельных зонах с дефицитом воды и вторгаться в область
управления социальной сферой и природными комплексами, обеспечивая их
гармоничное развитие под эгидой «руководства».
Обратимся ещё раз к схеме на рис. 1.4. Здесь видно, что политическая среда с
помощью определённых инструментов (прогрессивно-блочной платы за воду,
системы штрафов и поощрений) побуждает все отрасли водопользователей к
управлению требованиями на воду — к снижению потребления. Одновременно,
«руководство» — стимулирует 
— применение — общественных — инструментов
давления — вовлечение традиций экономного расходования воды, привлечение
общественности к управлению и развитию водного сектора. В этих условиях,
при чётко определённых правилах игры в политическом пространстве, система
23